Двойная рокировка - Ной Чарни

— Вы что, издеваетесь, черт вас побери?! — завопил Тоби Коэн, пока Эйвери безуспешно нажимала клавиши, бросая взгляды в сторону темных экранов, практически неразличимых в абсолютной темноте лишенного окон помещения. — Что, черт возьми, происходит в этом проклятом месте?

— Сэр, отключены все источники энергии, включая аварийные генераторы.

— Я и сам это вижу, будь я проклят. Где вы там?

— Одну минуточку, сэр.

Эйвери покопалась в темноте, и комнату вдруг осветил яркий белый луч.

— Вот, возьмите, сэр, — сказала она, протягивая Коэну фонарик.

Второй раз на этой неделе Коэну пришлось лезть в черный стальной шкаф за оружием. «Староват я стал для таких приключений», — подумал он.

— И это после того как мы перетряхнули всю нашу компьютерную систему. Эта хреновая защита ни к черту не годится…

— Дело не в том, сэр. Компьютеры здесь ни при чем, это не хакерство. Наша новая охранная система практически неуязвима. Кроме одной мелочи: ей нужно питание.

— Они вырубили электричество во всем здании?

— Да, только так можно отключить компьютеры. Они не забыли даже про аварийные генераторы. Насколько я понимаю, музей обесточен.

— Они убедились, что через парадный вход не пройти, и решили проникнуть с черного.

— Своего рода гордиев узел, сэр.

— Мне наплевать, что это такое, но пока я дежурю, ни одна сволочь и близко не подойдет к картинам.

— А вы уверены, что они хотят что-то украсть? Возможно, это опять игра мускулами.

— Зачем? Какого дьявола они нас достают? Вызовите охрану по радио.

— Связь поддерживается через компьютер, сэр. Но у нас есть автономные переносные рации.

Пошарив по комнате фонариком, Эйвери отыскала рацию и, нажав на кнопку, стала вызывать охрану.

— Центр управления вызывает вторую и третью охранные бригады. Вы нас слышите?

Последовала продолжительная пауза. Коэн остановился и затаив дыхание ждал ответа.

— Третья бригада на связи. Мы вас слышим.

Коэн и Эйвери с облегчением вздохнули.

— Вторая бригада на связи. Мы вас слышим.

Коэн забрал у Эйвери рацию.

— Это Тоби. Что там у вас происходит?

— Третья бригада на связи. Мы обходили третий этаж, когда внезапно погас свет. Здесь ни хрена не видно.

— Следите за своими выражениями, Стаммерс, черт бы вас подрал. Надо разобраться, что произошло. Вторая бригада, где вы?

— Мы на первом этаже. Перед тем как погас свет, раздался взрыв. Правда, довольно приглушенный, так что мы не поняли, где он произошел. Но похоже, рвануло здорово.

— Что значит «здорово»?

— Даже пол тряхнуло.

— Ничего себе.

— Какие будут распоряжения?

— Вторая бригада остается на первом этаже. Третья прочесывает третий. Мы с Эйвери проверим второй этаж. Я надену очки ночного видения, но у нас здесь только две пары, так что вам придется использовать фонарики. Стойте тихо и слушайте. Мы ни черта не видим, но слышать пока можем.

Коэн пристегнул рацию к поясу и протянул Эйвери пистолет.

— Но, сэр, я не умею…

— Замолчите. Мы должны связаться с полицией.

— Но, сэр…

— Эйвери, у нас воры. Надо что-то делать.

— Я понимаю, но…

— Никаких «но».

— Кнопка тревоги работает от электросети, радио и телефон — тоже. Наши мобильные в раздевалке на первом этаже. Мы не сможем связаться с полицией. Мы здесь в западне.

— Тогда будем прорываться.

Третья бригада блуждала по темным безмолвным коридорам. Небо за окном затянули тучи. Ничто не нарушало непроницаемую черноту ночи — ни мерцание луны, ни свет фонарей. Лишь тонкие лучики фонариков осторожно скользили по стенам, к которым жались картины, беспомощные и беззащитные, как новорожденные ягнята. В музее имелись камеры слежения, внешняя и внутренняя сигнализация, замки на дверях и опускающиеся железные решетки, блокировавшие входы на этажи. Но все это работало на электричестве. А без него единственной защитой картин являлись замки на входных дверях и рамы, прикрученные болтами к стенам. Не слишком надежный бастион. В музее как-то не рассчитывали на подобные нападения, поэтому там имелось всего шесть ночных охранников. После вчерашнего инцидента успели усилить лишь сетевой компьютерный заслон. И вот теперь охрана лишилась возможности что-либо видеть.

Охранники Стаммерс и Фокс шли по залам, освещая фонариками картины, которые не могли защитить. Они были похожи на пастухов, попавших в снежный буран, когда овцы разбегаются, рискуя попасть в зубы подстерегающих их волков.

Вдруг раздался какой-то звук.

— Ты слышал? — спросил Фокс, останавливаясь.

— Ага.

Они подняли пистолеты. Снова тот же звук. Как будто играют в футбол. Охранники обернулись и застыли.

— Я ясно слышал, — сказал Стаммерс, направляясь в ту сторону, откуда раздался шум.

Похоже, звук доносился из соседнего зала. Фокс последовал за напарником.

— Опять девятый зал?

— Ну да.

— Прямо как в прошлый раз.

— Точно.

Они медленно продвигались вперед, освещая фонариками пол.

— Только теперь мы не сможем опустить решетки.

— Да уж.

Они остановились. Было темно как на дне моря. Перед ними зиял вход в зал.

Там промелькнула какая-то фигура. Повернувшись ей в след, они услышали голос:

— Не стреляйте, это мы!

Из девятого зала вышел Тоби Коэн и направил луч фонарика себе в лицо, осветив поднятые на лоб очки ночного видения.

— Фу ты Господи! — произнес он. Рядом с ним стояла Эйвери, тоже в очках ночного видения. — Эйвери идет вызывать полицию. Здесь явно что-то происходит. Я не хочу рисковать. Давайте проводим ее до выхода.

Они двинулись темными пещерами залов и вышли к застекленной входной двери, сквозь которую пробивался слабый свет. Эйвери отперла ее ключом.

— Дойдите до ближайшего телефона, а потом ждите у входа, чтобы впустить полицейских. Мы внутри можем их не услышать. И, ради Бога, скажите им, чтобы привезли какой-нибудь свет.

Коэн открыл дверь, выпустил Эйвери на улицу и снова запер замок.

— Посидим взаперти, ребята. Надеюсь, ничего страшного за это время не произойдет.

Квартира Роберта Грейсона в Сент-Джон-вуд находилась на другом берегу Темзы, всего в нескольких милях от музея. В подвале его дома раздался звук, похожий на глухой удар по футбольному мячу. Потом звук повторился.