Долг чести - Том Клэнси

– Значит, вы действительно американцы, – кивнул головой Кога. Черт возьми, зачем отпираться? – подумал Кларк.

– Да, сэр, мы американцы.

– Шпионы?

– Сотрудники разведывательного управления, – поправил его

Чавез, предпочитавший такой термин. – Человек, который находился с вами в комнате…

– Убитый вами? Канеда?

– Совершенно верно, сэр. Он убил американскую гражданку, девушку по имени Кимберли Нортон. Должен признаться, что я рад его смерти.

– Что делала в Японии эта девушка?

– Она была любовницей Гото, – объяснил Кларк. – А когда Кимберли Нортон стала источником политической опасности для вашего нового премьер-министра, Райзо Ямата решил устранить ее. Мы прилетели сюда лишь для того, чтобы отвезти ее домой, вот и все, – закончил Кларк, говоря почти правду.

– Можно было обойтись без всего этого насилия, – бессвязно пробормотал Кога. – Если бы ваш Конгресс дал мне возможность…

– Не исключено, вы правы, сэр. Я не могу ответить однозначно, но не исключено, – заметил Чавез. – Однако разве сейчас это имеет значение?

– Тогда что, по-вашему, имеет значение?

– Нужно положить конец этому проклятому конфликту, пока не пострадало слишком много людей, – сказал Кларк. – Я принимал участие в войнах и знаю, что это вовсе не развлечение. В них гибнет множество молодых парней, прежде чем они успевают создать семью и вырастить своих детей. Вот это по-настоящему имеет значение, разве нет? – Кларк сделал паузу. – Это плохо для моей страны и, можете не сомневаться, станет намного хуже для вашей.

– Ямата считает…

– Ямата – бизнесмен, – прервал его Чавез. – Сэр, вы должны понять, что он не отдает себе отчета в том, что наделал.

– Да, вы, американцы, умеете убивать людей. Я видел это собственными глазами пятнадцать минут назад.

– В таком случае, мистер Кога, вы также видели, что мы оставили одного живым.

Резкий ответ Кларка на несколько секунд положил конец разговору. Кога не сразу понял, что это правда. Охранник у входа в апартаменты Яматы, через тело которого они перешагнули, был жив. Он стонал и вздрагивал, словно от электрического шока, но был определенно живым.

– Почему вы не…

– Убивать его не было необходимости, – ответил Кларк. – Я не собираюсь извиняться за смерть этого подонка Канеды. Он сам выбрал себе такую участь. Когда я вошел в комнату, он сунул руку за пистолетом и подписал свой смертный приговор, сэр. Ведь это не кино. Мы не убиваем людей ради развлечения и приехали, чтобы спасти вас, потому что кто-то должен положить конец этой проклятой войне – как вы считаете?

– Но даже в этом случае – даже в этом случае, ваш Конгресс принял закон… он подорвал экономику нашей страны…

– Неужели для всех будет лучше, если война продолжится? – спросил Кларк. – Если Япония и Китай начнут воевать с Россией, что тогда будет с вами? Как вы думаете, кто станет расплачиваться за эту ошибку? Китай? Сомневаюсь.

* * *

Первое сообщение о случившемся поступило в Вашингтон по космической связи. Один из разведывательных спутников Агентства национальной безопасности, АНБ, занимающихся сбором электронной информации, случайно обратил внимание на то, что прекратился обмен сигналами – таков был термин АНБ – между тремя японскими самолетами радиолокационного обнаружения. Другие посты прослушивания АНБ зарегистрировали радиопереговоры, продолжавшиеся несколько минут и затем внезапно прерванные. В докладе, который держал Райан, говорилось, что аналитики пытаются разобраться в этом.

* * *

Всего один сбитый мной самолет, подумал полковник. Ну что ж, придется довольствоваться этим. Его ведомый сбил последний из оставшихся японских «иглов» F-15J. Пара «молний» на южном фланге записала на свой счет три вражеских истребителя, а ударные F-15E сбили пять сразу, после того как японцы внезапно лишились радиолокационной поддержки, что оставило их дезориентированными и уязвимыми. По-видимому, группа «Зорро» справилась с третьим Е-767. В общем удачная ночь, хотя и слишком долгая, подумал полковник, собирая свою четверку для встречи с заправщиком и последующего трехчасового перелета на Шемью. Самым трудным было соблюдать радиомолчание. Его пилоты испытывают, должно быть, прилив эйфории, как часто случается с летчиками-истребителями, справившимися с заданием и сумевшими уцелеть, чтобы потом рассказать о происшедшем. Им очень хочется поговорить друг с другом. Скоро это настроение изменится, подумал он, вспомнив первый самолет, сбитый им в воздушном бою. Там было тридцать человек! Проклятие, обычно испытываешь радость после успешного боя. Тогда почему сейчас все по-другому?

* * *

Произошло что-то интересное, подумал Датч Клаггетт. Они едва успели обнаружить в этом районе след японской подводной лодки, как она по какой-то причине повернула на север и ушла, оставив «Теннесси» на позиции. Как обычно поступают во время патрулирования, Клаггетт вчера отдал команду подвсплыть достаточно близко к поверхности, чтобы поднять над водой антенну и следить за японскими самолетами радиолокационного обнаружения, а собранную информацию передать для дальнейшего использования. Сбор электронной информации был одной из задач подводных лодок еще до того, как он начал учиться в Аннаполисе, и в составе его команды были два техника-электронщика, уже продемонстрировавших редкое умение в этой области. Но едва им удалось обнаружить два самолета с мощными радарами на борту, как оба – бах! – и исчезли. Затем были перехвачены радиопереговоры, ведущиеся взволнованными голосами, и они тоже стихли один за другим где-то к северу отсюда.

– Вы полагаете, капитан, что нам удалось добиться успеха? – спросил лейтенант Шоу, рассчитывая на всезнание Клаггетта, потому что капитаны должны знать все, хотя на самом деле это вовсе не так.

– Похоже на то.

– Рубка, говорит гидропост.

– Рубка слушает.

– Наш друг снова всплыл на шноркельную глубину, пеленг ноль-ноль-девять, контакт в зоне схождения, – сообщил старший акустик.

– Начинаю слежение, – произнес Шоу, направляясь в сторону кормы к прокладочному столику.

* * *

– Итак, что произошло? – спросил Дарлинг.

– Мы сбили три японских самолета радиолокационного обнаружения, и наши истребители уничтожили все восемь перехватчиков, которые вели патрулирование.

– Это был самый сложный момент? Райан кивнул.

– Да, сэр. Нам нужно еще некоторое время подержать их в замешательстве, но пока они знают – что-то происходит. Им стало ясно…

– Им стало ясно, что разразилась настоящая война. Есть что-нибудь новое о Коге?

– Пока нет.

* * *

Было четыре часа утра, и все трое выглядели усталыми. Первый шок у Коги прошел, и сейчас он старался полагаться на разум, а не на эмоции. Двое его спасителей – именно так он начал думать о них, к собственному удивлению, – ездили с ним по городу и продолжали сомневаться, правильно ли они поступили, оставив в живых одного из охранников у дверей кондоминиума Яматы. А вдруг он уже пришел в себя? Как он поступит? Вызовет полицию? Или позвонит кому-то еще? Каков будет исход ночного нападения?