Хромосома-6 - Робин Кук

– Ты прямо в осадок выпал, глотая свои спортивные страницы, – усмехнулся Джек. – Мы с Лори минут десять о том толковали.

Они зашли в кабину лифта и стали спускаться на этаж, где находились прозекторские. Винни упрямо избегал смотреть Джеку в глаза.

– Ты как-то странно себя ведешь, – сказал Джек. – Только не говори, что исчезновение Франкони тебя лично трогает.

– Отвали, – буркнул Винни.

Пока Винни облачался в костюм, похожий на лунный скафандр, раскладывал принадлежности, необходимые для проведения вскрытия, а затем доставлял тело в морг и укладывал его на прозекторский стол, Джек просмотрел остальное содержимое папки, чтобы убедиться, что абсолютно ничего им не упущено. Затем он пошел и отыскал рентгеновские снимки, сделанные по поступлении тела.

Джек тоже облачился в «лунный скафандр», вынул из розетки источник питания, который ночью стоял на зарядке, и подключился к нему. Вообще костюм этот он ненавидел, но при работе с разлагающимся утопленником ненависть стихала. Пикируясь с Лори, он был точен: самое противное – это вонь.

В такую рань в прозекторской никого, кроме Джека с Винни, не было. К досаде Винни, Джек неизменно настаивал на том, чтобы день был занят плотно. Нередко он уже заканчивал первое вскрытие, когда его коллеги только-только приступали к делу.

Прежде всего полагалось рассмотреть рентгеновские снимки, и Джек закрепил их на смотровом стекле. Уперев руки в бока, он отступил на шаг и взглянул на снимок тела в полный рост анфас. Безголовое и безрукое изображение было явно ненормальным, будто рентген какого-то примитивного, нечеловеческого существа. И еще одна аномалия: яркое плотное пятно, оставленное зарядом дроби в правой верхней четверти. Сначала Джеку даже показалось, будто в тело попал не один заряд, а множество. Слишком много было дробинок.

Дробинки, непроницаемые для рентгеновских лучей, скрывали все детали того, что находилось за ними. На матовом освещенном стекле они казались белыми.

Джек уже собирался переключиться на снимок в профиль, когда что-то в матовой полупрозрачности привлекло его внимание. В двух местах края выглядели необычно, более комковато, чем контур обычной дробинки.

Взглянув на второй снимок, Джек обнаружил ту же картину. Поначалу он даже подумал, не занесли ли дробинки в рану какой-нибудь не поддающийся радиооблучению материал. Возможно, частички одежды убитого.

– Маэстро, по первому вашему знаку, – прозвучал голос Винни. У него все было готово к началу.

Джек отвернулся от рентгеновских снимков и подошел к прозекторскому столу. В жестком свете флуоресцентных ламп утопленник был синюшно бледен, как привидение. Кем бы ни был убитый, он оказался довольно тучен и в последнее время явно не бывал на Карибах[13].

– Пользуясь одним из твоих любимых выражений, – заметил Винни, – не похоже, чтобы он на бал собирался.

Джек улыбнулся черному юмору Винни. Такие шутки больше подходили его характеру и в данном случае означали, что санитар оправился от утренней перепалки.

Тело было в плачевном состоянии, хотя и дочиста отмылось, бултыхаясь в воде. Новость хорошая: судя по всему, в воде оно пробыло очень недолго. Повреждения остались отнюдь не только от множественных пулевых ранений в верхней части брюшной полости. Не только голова и руки отрезаны, на торсе и бедрах ряд широких и глубоких порезов, обнажавших полосы маслянистой жировой ткани. Края всех ран были рваными.

– Похоже, рыбы устроили банкет, – сказал Джек.

– Ага, и буйный! – в тон ему подхватил Винни.

Пулевые ранения обнажили и повредили многие внутренние органы в брюшной полости. Виднелись жалкие остатки кишок, болталась, как на ниточке, одна почка.

Джек поднял одну из поврежденных рук, осмотрел вылезшие наружу кости.

– Действовали, полагаю, ножовкой, – заключил он.

– А вот эти громадные порезы? – спросил Винни. – Кто-то пытался нарезать его на кусочки, как праздничную индейку?

– Не-а, по нему, полагаю, катер прошелся, – ответил Джек. – Похоже на раны от лопастей винта.

Затем Джек стал внимательно производить наружный осмотр тела. При таких зияющих ранах, понимал он, легко пропустить нечто менее явное и заметное. А потому работал неторопливо, часто останавливаясь, чтобы сфотографировать повреждения. Дотошность его была вознаграждена. Возле рваного края основания шеи, прямо над ключицей он обнаружил маленькое округлое повреждение. Нашел и еще одно похожее на левой стороне ниже грудной клетки.

– Что это такое? – спросил Винни.

– Не знаю, – ответил Джек. – Какие-то проникающие раны.

– Как думаешь, сколько раз ему в живот выстрелили?

– Трудно сказать.

– Тут, доложу тебе, патронов не жалели, – покачал головой Винни. – Черту ясно, что его пришить хотели.

Спустя полчаса, когда Джек уже собирался приступать к внутреннему вскрытию, открылась дверь и вошла Лори. Она облачилась в длинный фартук до пола, у лица держала маску, но «лунного скафандра» на ней не было. Поскольку Лори всегда строго придерживалась правил, а с недавних пор появляться в «гнилой яме» без «лунных скафандров» запрещалось, Джек сразу заподозрил: это неспроста.

– Во всяком случае, в воде оно недолго пробыло, – сказала Лори, оглядывая тело. – Совсем не разложилось.

– Так, освежающее купание, – поддел Джек.

– Вот это пулевая рана так рана! – любовалась Лори, глядя на развороченный пулями живот. Затем, переводя взгляд на множественные порезы, заметила: – А тут как будто гребной винт прошелся.

– Лори, что тебе нужно, а? – выпрямился у стола Джек. – Ты же не помогать нам пришла, правда?

– Нет, – призналась Лори. Из-за маски голос ее звучал гулко. – Наверное, мне захотелось немножко моральной поддержки.

– По поводу? – насторожился Джек.

– Кэлвин меня только что проработал, – сообщила Лори. – Очевидно, этот ночной санитар, Майк Пассано, пожаловался, что я вчера ночью приезжала, чтобы обвинить его в причастности к краже тела Франкони. Представляешь? В общем, Кэлвин в самом деле рассердился, а ты же знаешь, как я ненавижу всякие перепалки. Кончилось тем, что я разревелась, а оттого обозлилась на саму себя.

Джек сложил губы трубочкой и присвистнул. Он лихорадочно подыскивал что бы сказать, кроме как: «Я же тебе говорил», – но слова не шли на ум.

– Сочувствую, – выдавил он из себя.

– Спасибо, – почти обиделась Лори.

– Ну, пролила немного слез, – сказал Джек. – Не стоит так себя терзать.

– Но мне противно, – пожаловалась Лори. – Это непрофессионально.