Террорист - Лев Пучков

Тит рассказал про своих людей.

Таких, как наш Скворец, у них единицы, а в основном – домашние мальчики из приличных семей, все местные: Москва и ближнее Подмосковье. Сам Тит – студент пятого курса ГПТУ им. Розенбаума (вот ведь фрондерское местечко!) и знал Леху еще до его неприятной «популяризации». Впрочем, от Лехи Тит со товарищи раньше дистанцировались, потому что до определенного момента считали его балаболом. А именно – до акции в общаге.

– Теперь мы осознали свою ошибку. Леха – мужик. Жаль, что мы не поняли этого раньше.

– Минуточку… Что значит «со товарищи» и «до акции в общаге»? Как давно образовался ваш «Реванш»?

– Да нет, «Реванш» – это совсем недавно. Я про «Легион» говорю.

– То есть ты был в «Славянском Легионе»?

– Точно. В Московском филиале. Жаль, нам не пришлось поучаствовать в той акции…

Да, это многое объясняет. И заметьте, вопрос о доверии не возник ни разу. Мы для Тита – безоговорочный авторитет, он охотно «сдает» мельчайшие подробности своей деятельности. С одной стороны, это хорошо для дела и приятно для нас, с другой: какая преступная беспечность! А что, если мы искусно замаскировавшиеся провокаторы?

Вообще, непонятно, какого рожна этим детишкам неймется? Ну ладно – мы, выкинутые из жизни изгои, у которых все пошло под откос, но чего этим-то надо? Благополучные на вид ребята, по большей части студенты, вся жизнь впереди… Почему они вместо того, чтобы пробовать развиваться, заранее обрекают себя на смерть? Нет, бред про борьбу с Системой я слышал, но лично для меня он ничего не объясняет. Тут наверняка что-то другое…

– Так… Получается, что у вас основной контингент – бывшие «легионеры»?

– Бывших «легионеров» не бывает, – торжественно заявил Тит. – «Легион» закрыли – но люди остались. И теперь каждый ведет борьбу на свой страх и риск – кто-то сам по себе, кто-то объединяется, как мы. Только теперь уже будут другие приоритеты. И другие методы. И скоро об этом все узнают!

– Ты не ответил на вопрос.

– Да, большинство – «легионеры». Ну и немного ваших есть, из «Патриота»: у нас в вашем городе полноценная боевая ячейка. Кстати, классные пацаны, все умеют – типа вашего Скворца. Вы их хорошо всему обучили…

Да уж, это точно. На свою голову.

– Вы не смотрите, что нас немного, – продолжал Тит. – Сейчас пока что первая волна. Люди дезориентированы, многие сомневаются, кто-то еще верит, что все образуется, будет как прежде. Так что это вопрос времени.

– То есть «как прежде» уже не будет и ничего не образуется?

– Естественно, нет! Все будет развиваться только в худшую сторону. В общем, очень скоро нас будет больше. Причем – намного больше.

– Понятно… Вопрос на засыпку.

– Да, я готов.

– Как вы относитесь к нашим художествам?

– В смысле, к тому, что делает «Русский Трибунал»?

– Да.

– Так точно! – В глазенках нашего бомбиста всколыхнулась дремучая бездна обожания: – Так, и только так!

– Не понял?

– Вы все делаете круто и бесподобно. Очень правильно! В первую очередь надо уничтожать своих предателей. Это самые опасные. И другим неповадно будет…

Ну что ж, РПК можно поздравить. Если была сопутствующая идея заработать авторитет у таких вот пацанов – да, успех колоссальный, можно считать, что цель практически достигнута.

– Думаете, вас бы сюда просто так пустили, если бы это был кто-то другой, а не вы? – продолжал вдохновенно блажить Тит. – Нет, мы не то чтобы преклоняемся – мы за равенство, но мы… В общем, вы – образец. Поддерживаем всеми фибрами. А отдельное спасибо за вашу акцию в общаге ГПТУ им. Розенбаума. Я москвич, там не живу, ни разу не был, но это родной вуз, так что – поясной поклон…

– Ясно… Итак…

Я взял паузу – нужно было продумать, как бы сформулировать генеральный посыл. Проще говоря, как сгрести под себя этих безумных детей, чтобы не отпугнуть и не обидеть. Чтобы выглядело все пристойно и паритетно.

Тут Тит не выдержал и сдался – очевидно, устал от колоссального нервного напряжения в ходе беседы. Волнуясь и играя лицом, он спросил дрогнувшим голосом:

– Ну что… Наша лояльность прошла проверку? Хоть на что-то мы годны, нет?

– В каком плане? – невинно уточнил я.

– Ну, как в каком… – Взгляд нашего собеседника внезапно принял совершенно особое выражение – какое случается у впечатлительного ребенка, которого злая мама грозит бросить на аллее парка за то, что тот шлепает по лужам. – В смысле, мы вам подходим или нет?!

Ха-ха три раза. Или даже четыре.

Мне стало смешно и горько одновременно.

Дети. Какие же вы все-таки дети… Как искоренить вот это: веру в доброго царя, в крутых дядек, которые решат разом все ваши проблемы, наставят на путь истинный и возглавят ваше все подряд. Чем вы тут занимаетесь, глупые дети?! Бегом домой, к мамке, кашу жрать, книги читать, качаться, член отращивать…

Не удержавшись, я грустно усмехнулся.

Тит воспринял это как поощрение: приободрился, сверкнул посветлевшим взором:

– Итак?

– Ну, в общем, да. Но есть некоторые условия…

– Да-да, конечно, все, что пожелаете!!!

Я со значением посмотрел на Федю. Давай, товарищ главный дракон, пора включать тяжелую артиллерию.

– Мы готовим акцию в вашем районе. – Федя впервые за все время молвил слово, и оттого получилось особенно веско и значительно. – Серьезную и масштабную.

– Насколько масштабную? – Тит от усердия даже рот разинул.

Федя нарочито пересекся со мной взглядом – ну что, стоит ли доверять этой шпане? Я выдержал паузу в пару секунд и кивнул – экономно, как это обычно делает Седой, но вполне заметно для Тита.

Тит замер и весь обратился в слух.

– Вполне масштабную, – разродился Федя. – На несколько миллиардов зеленых рублей убытка. И – на пару сотен оккупантских трупов…

Тит пожирал Федю горящим взглядом, в котором легко читалась бесхитростная дилемма: это правда или опять «пробивка»?

На секунду я усомнился: а мы не перебрали? Это был экспромт с ног до головы, ни о чем таком мы не договаривались, Федя все придумал прямо сейчас.

Впрочем, долго сомневаться мне не пришлось: дилемма очень быстро разрешилась в пользу «правды». А что, с нас станется. Мы ведь не просто злодеи с большой дороги. Мы, напомню, – демоны.

– И что… гхм-кхм… от нас? – Впечатленный Тит даже поперхнулся от волнения. – Чем мы можем помочь?

– На этом вашем «Южном Фронте» очень высокая разыскная активность, – пояснил я, подстраиваясь под Федю. – Вы тут в окружении врагов, каждый второй житель – «оккупант». И вообще, вас тут ищут все, кому вы уже успели досадить: и «оккупанты», и власти. Короче, на вас тут все ополчились, так что каждый ваш шаг в любой момент может стать последним.