Сплошные проблемы и неприятности - Ли Чайлд

Полицейского образца.

Ричер заглянул в «краун викторию». На пассажирском сиденье валялись осколки стекла. Под приборной доской был вмонтирован радиоприемник.

Не такой, каким пользуются таксисты.

— Вот дерьмо, — выругался Ричер. — Мы только что вырубили копа.

— Ты сделал тяжелую работу, — съязвил О'Доннел.

Ричер присел на корточки и приложил пальцы к шее мужчины. Нашел пульс — он был ровный и сильный. Мужчина дышал. Нос у него был сильно разбит, что станет для него позже эстетической проблемой, но парень и без того не отличался красотой.

— Почему он за нами следил? — спросила Нигли.

— Узнаем чуть позже, — ответил Ричер. — Когда будем далеко отсюда.

— Зачем ты так сильно бил?

— Расстроился из-за собаки.

— Это ведь не он виноват в ее смерти.

— Теперь я это знаю.

Нигли проверила карманы мужчины и достала удостоверение личности. Внутри был прикреплен хромированный значок, рядом с ламинированной карточкой в белом пластиковом окошке.

— Его зовут Томас Брант, — доложила она. — Помощник шерифа округа Лос-Анджелес.

— А мы в Апельсиновом округе, — сказал О'Доннел. — Он находится за пределами своей юрисдикции. Кстати, в Санта-Монике и на Сансет было то же самое.

— Думаешь, нам это поможет?

— Не слишком.

— Давайте устроим его поудобнее и будем валить отсюда, — сказал Ричер.

О'Доннел взял Бранта за ноги, Ричер — за плечи, и они взвалили его на заднее сиденье машины. Постарались устроить поудобнее и оставили в положении, которое медики называют восстановительной позой: лежа на боку, одна нога подтянута к животу, чтобы он мог дышать и не задохнулся. «Краун виктория» была просторной машиной. Двигатель не работал, а через разбитое окно внутрь проникало достаточно воздуха.

— С ним все будет в порядке, — сказал О'Доннел.

— Да что с ним сделается? — проворчал Ричер.

Они закрыли дверь и повернулись к машине, взятой О'Доннелом напрокат. Она так и стояла посреди улицы с тремя открытыми дверями и урчащим двигателем. Ричер сел на заднее сиденье, О'Доннел — за руль, Нигли устроилась рядом с ним. Вежливый голос из навигатора начал объяснять им, как добраться до автострады.

— Мы должны сдать эту машину, — сказала Нигли. — Прямо сейчас. А потом и мой «мустанг». У этого парня наверняка есть номера.

— На чем мы будем передвигаться? — поинтересовался Ричер.

— Твоя очередь брать напрокат машину.

— У меня нет прав.

— Значит, придется ездить на такси. Мы должны разорвать цепь.

— Тогда нам придется и отели сменить.

— Ну так сменим.

Навигатор не допускал корректировки маршрута во время движения. Очень надежный прибор! О'Доннел остановился и внес поправки, изменив место назначения с «Беверли Уилшир» на станцию проката машин «Херц» в аэропорту Лос-Анджелеса. Приборчик тут же приступил к выполнению нового задания. В течение примерно секунды горела надпись «Расчет маршрута», потом снова зазвучал терпеливый голос, который попросил О'Доннела развернуться и ехать на запад вместо востока, в сторону 405-й автострады вместо 5-й. На боковых улицах движение было нормальным, а на шоссе машин оказалось много, и потому они медленно продвигались вперед.

— Расскажи мне про вчерашний день, — попросил Ричер, обращаясь к Нигли.

— Что конкретно?

— Расскажи, что ты делала.

— Я прилетела в аэропорт Лос-Анджелеса и взяла напрокат машину. Приехала в отель на Уилшир. Сняла номер. Поработала час. Затем поехала в «Денни» на Сансет. И стала ждать тебя.

— Скорее всего, за тобой следили от самого аэропорта.

— Это понятно. Вопрос: почему?

— Нет, это второй вопрос. А первый такой: кто знал, когда и где ты появишься?

— Очевидно, что этот коп знал. Он расставил на меня силки, и как только я купила билет, служба национальной безопасности сообщила ему об этом.

— Хорошо, тогда почему?

— Он расследует смерть Франца как представитель полиции округа Лос-Анджелес. Ему известно, что я служила вместе с Францем.

— Мы все служили вместе с ним.

— Я приехала первая.

— Мы что, подозреваемые?

— Возможно. При отсутствии других.

— Насколько они глупы?

— Они почти нормальные. Даже мы рассматривали близких друзей и знакомых, если остальные варианты отпадали.

— «Не связывайтесь с отрядом спецрасследований», — напомнил Ричер.

— Правильно, — сказала Нигли. — Но мы только что связались с полицией округа Лос-Анджелес. Высший класс! Надеюсь, у них нет такого же лозунга.

— Можешь не сомневаться, что есть.

Аэропорт Лос-Анджелеса занимал огромную территорию и, как все аэропорты, в которых Ричеру довелось побывать, находился в состоянии постоянного строительства. О'Доннел пересек зоны реконструкции и дороги, идущие по периметру, и добрался до пункта возврата арендованных машин. Различные компании выстроились в ряд — красная, зеленая, голубая и, наконец, желтая, принадлежащая «Херцу». О'Доннел припарковался в конце длинной цепочки машин, к ним тут же подошел служащий в форме компании и при помощи ручного считывающего устройства проверил штрихкод на заднем стекле. И все. Они вернули машину и разорвали цепь.

— И что теперь? — спросил О'Доннел.

— Теперь сядем на автобус, который довезет нас до терминала, а там возьмем такси, — ответила Нигли. — После этого выпишемся из отеля, и мы с тобой вернемся сюда с моим «мустангом». А Ричер найдет новый отель и начнет работать над цифрами из файла Франца. Хорошо?

Но Ричер не ответил. Он смотрел в сторону офиса, в котором оформляли документы на прокат машин. Через большое оконное стекло была видна стоящая внутри очередь.

Ричер улыбался.

— Что? — спросила Нигли. — Ричер, что случилось?

— Посмотрите вон туда, — сказал Ричер. — Четвертая в очереди. Вы ее видите?

— Кого?

— Невысокую женщину с темными волосами. Бьюсь об заклад, это Карла Диксон.