Татуировка (сборник) - Александр Варго

– И эти фото не сохранились?

Лиза пожала плечами:

– Я не нашла их, но, судя по тому, что писал отец, вряд ли они могли о чем-то поведать.

Андрей поднялся, чтобы размять ноги, немного прошелся и снова сел.

– Я тоже пытался сфотографировать те стихи на стене. Как видишь, ничего не вышло.

Лиза кивнула.

– В конце концов, отец как будто примирился с новым существованием и стал изучать эту реальность. Изучал историю города, следил за новостями, пытаясь отыскать вещи, которые связывали бы обе реальности. В итоге он получил даже больше, чем хотел. Некоторые знаки в том мире указывали на то, что только должно произойти в нашем.

– Как это? – спросил Андрей.

– В две тысячи десятом папа помог найти маньяка. Анонимный звонок в полицию. Он точно назвал им место, где произойдет следующее убийство. В этом он признался на страницах дневника.

– То есть маньяка поймали?

Лиза отложила зонт и посмотрела на небо. Заметно потемнело. Небо затянули серые тучи и редко капало.

– Поймали. Его действительно нашли по указке из анонимного звонка. Информацию об этом легко найти. Звонивший сказал, когда и где произойдет следующее убийство, но о том, что это был мой отец, никто не узнал. И этим маньяком был Москарев.

Андрей непонимающе посмотрел на Лизу.

– Ты разве не знаешь эту историю?

Андрей покачал головой.

– Москарев убил десять человек, и каждому он вырезал на лбу странные числа.

– Кажется, я что-то слышал об этом, – ответил Андрей. – Значит, твой отец каким-то образом узнал, где произойдет очередное убийство?

– Об этом я и говорю. Вообще он успел узнать очень много о том мире, но так и не научился контролировать свои, как он называл, провалы, хотя кое-какие знаки, предвещающие скорые изменения, все-таки отмечал.

– А твоя мама? Она не интересовалась дневником?

– Я пыталась объяснить ей, но она для себя твердо решила, что все это выдумки. Просто его фантазии. Даже мне в это трудно поверить.

– Но ведь какие-то ответы должны быть в дневнике?

– Да, – ответила она. – Например, человек на велосипеде, о котором ты говорил. Который появился на картинке, что я подарила.

– Он вообще не был похож на человека, – сказал Андрей. – Жуткое зрелище, я даже решил, что это просто фотомонтаж или что-то в этом роде…

– По крайней мере, когда-то это был человек. Городской сумасшедший. Он двинулся после того, как у него умерла жена. Катался по всему Васильевскому острову на своем велосипеде, пугая прохожих смрадным запахом и грязной одеждой. Вообще-то был довольно безобидный, но порой подъезжал к случайному человеку и принимался загадывать загадки. Игра у него такая была… И ты уже знаешь, кто это был.

– Москарев?

Лиза кивнула.

– Потом Москарев пропал. Просто больше никто не встречал его на улицах. Ты можешь сам поискать информацию. О нем писали в газетах, даже был короткий репортаж про странного, глупого мужичка, любившего приставать к прохожим с загадками, которых он знал великое множество. И вот, в какой-то момент, он вернулся… И принялся убивать.

Андрей вздохнул, поднялся и стал медленно прохаживаться у скамейки.

– Если это он так играл со мной… Зачем?

Лиза промолчала.

– А те числа, они тоже из дневника?

Лиза посмотрела на небо, поднялась и раскрыла зонт, будто предчувствуя, что за этим последует. Громыхнуло, сверкнула молния, и небо прорвало.

– Давай поговорим у меня, я рядом живу, – ей пришлось перекрикивать шум ливня.

Андрей кивнул, и они поспешили прочь из парка.

Идти действительно оказалось недалеко. Выйдя из парка, они прошли по подземному переходу, вышли на другой стороне улицы и направились к арке, ведущей внутрь двора. Под аркой они немного сбавили шаг. Андрей на ходу отряхивал успевшую насквозь промокнуть одежду, и Лиза сказала:

– Придется тебя сушить…

Андрей улыбнулся и ответил:

– Я немного иначе представлял наше первое знакомство.

Она улыбнулась.

Когда они вошли в темную парадную, насквозь пропахшую сыростью, Андрею вдруг вспомнился вездесущий мох, что он наблюдал во время своих провалов. Лиза вцепилась в рукав его куртки, то ли испугавшись темноты, то ли для того, чтобы провести его по затерявшимся во мраке ступеням. А потом она вдруг прошептала:

– Знаешь, есть такая старая легенда, что в Петербурге, перед тем как построить здание, на месте строительства подвешивали куски сырого мяса. Если оно начинало гнить, то, значит, место гиблое и строить на нем не стоит.

– Не слышал…

– Запомни. На всякий случай…