В начале была тишина - А. Норди

– Но как мы вызовем помощь? – она обратилась к Абсалому. – У вас есть телефон?

Старик отрицательно покачал головой:

– Отсутствие связи с внешним миром – одно из правил «Юдоли» и залог вашего полного исцеления.

Дэн не выдержал и фыркнул:

– Полного исцеления?! – возмутился он. – Неужели ты еще не понял, что мы выздоравливали благодаря «горечи», а не тебе, старый хрыч?! И теперь все пошло к чертям собачьим!

Кулаки Абсалома сжались, а лицо побагровело: вот-вот могла начаться драка. Мартин на всякий случай сделал шаг назад, чтобы не оказаться в эпицентре разборки. Но глава общины сдержал себя: выдохнув сквозь сжатые губы, Абсалом смерил Дэна взглядом, полным разочарования, и спокойно проговорил:

– Вот, что мы сделаем. Мы вместе пойдем к берегу реки – там ждет лодка. Мы сядем в нее, доплывем до одного из поселков на противоположном берегу и вызовем оттуда подмогу.

– А как же Арнольд? – всхлипнула Лика. – Неужели мы его бросим здесь?

– Ему уже ничем не помочь. К тому же тело нельзя трогать, пока не приедет полиция, – пояснил Абсалом. – Идем спокойно и без суеты, оглядываемся по сторонам: если видите Осмунда – тут же даете знать. Все понятно?

План казался простым и разумным, и обитатели «Юдоли» согласно кивнули.

– Но вначале вы отведете меня к «горечи», – неожиданно добавил Абсалом, и в его голосе прозвенели такие ледяные нотки, что никто из его подопечных не осмелился возразить.

* * *

В дневном свете путь к котловине выглядел иначе, чем ночью. Косые лучи солнца пробивались сквозь листву, под ногами стелилась едва заметная тропа, и в кронах щебетали птицы.

Несмотря на царившую вокруг идиллию, Мартина не отпускала тревога: где-то поблизости бродил обезумевший Осмунд, внутри которого обитала неведомая тварь, жадная до крови, и от одной только мысли об этом к горлу подкатывала тошнота. Действие «горечи» подходило к концу: Мартин больше не чувствовал странную легкость, которая уберегала его от неприятных эмоций последние часы. С каждой минутой беспокойство и страх нарастали, готовые с головой захлестнуть Мартина. И чтобы отвлечься от дурных мыслей, он сосредоточился на дороге.

Дэн шел впереди, уверенно маневрируя среди стволов, помеченных крестами. За ним, то и дело озираясь по сторонам, топали Яна с Ликой; Абсалом замыкал шествие. В руке он держал канистру с бензином. «Чтобы заправить мотор», – как пояснил старик. Мартин слышал его прерывистое дыхание за спиной, но не решался обернуться.

Вскоре лес окончился, и перед путниками распахнулась котловина. Пение птиц исчезло, и стих легкий ветер: казалось, впадина втягивала в себя не только звуки, но и малейшее движение воздуха. При дневном свете Мартин заметил одну деталь, на которую не обратил внимания во время ночных вылазок: верхушки подпиравших котловину сосен чернели обугленными стволами, словно обожженные катастрофическим огнем с небес.

– Веди к расщелине, – скомандовал Абсалом, обращаясь к Дэну.

Дэн послушно повел группу к центру котловины, где темнел узкий провал. Запах гари в этом месте ощущался сильнее. Мартина передернуло, когда он увидел на земле свой фонарик, которым ночью ударил по голове Осмунда. Абсалом неодобрительно покосился на Мартина и, подняв фонарик, посветил им в расщелину.

– Ничего там не видно, – сказал Дэн. – Мы несколько раз пробовали рассмотреть, что находится внутри, но видели только черноту.

Абсалом распрямился и, щурясь от яркого солнца, посмотрел на подопечных.

– Когда я впервые приехал в эти леса, хутор еще не был заброшенным, – начал он. – Местные рассказывали об этом месте. Они называли его Чертовым Котлом и понятия не имели, откуда он взялся. Говорили, что низина всегда оставалась безжизненной, но никто не знал, по какой причине. Местные опасались ее, обходили стороной. Я ни разу здесь не был, потому что принимал их слова за обыкновенные байки.

– Они что-нибудь рассказывали про черную слизь в расщелине? – спросила Яна.

– Нет. Не думаю, что они вообще о ней знали. И тем более навряд ли пробовали слизь на вкус. – Абсалом с досадой взглянул на Дэна. – Только наркоманы могли додуматься до такого.

Старик отвинтил крышку у канистры и, наклонив ее возле расщелины, вылил бензин внутрь бездонного провала.

– Что вы делаете? – прохрипела Лика.

Лицо наркоманки потемнело и скривилось, превратившись в жуткую гримасу. Мартин удивился странным метаморфозам с внешностью Лики, но по-настоящему он испугался, когда почувствовал легкий запах гари, исходивший изо рта девушки.

– Провожу детоксикацию, – ответил Абсалом.

Он достал из-за пояса тонкий оранжевый цилиндр – фальшфейер, который всегда брал в лес на случай встречи с дикими животными. Абсалом дернул за шнур, и из цилиндра вырвалось яркое красное пламя. Он кинул фальшфейер в расщелину, пропитанную бензином, и недра земли полыхнули огнем.

Лицо опалила волна жара. Мартину на секунду показалось, что из впадины донесся тонкий визг, полный боли и ужаса, будто нечто живое сгорало заживо в беспощадном огне.

Лика с диким воплем набросилась на Абсалома. Остервенело рыча и брызгая слюной, она повалила его на землю. Старик, казалось, опешил от неожиданного нападения: выпучив глаза и раскрыв изумленно рот, он распластался на земле под запрыгнувшей на него девушкой, словно не мог поверить, откуда взялось столько сил в тщедушном теле наркоманки. По-звериному изогнув спину, Лика широко распахнула рот со стекавшей оттуда слюной и вплотную приблизилась к лицу старика.

Мелькнуло черным: изо рта Лики выскользнула упругая блестящая кишка, покрытая слизью, и молниеносно вонзилась в шею Абсалома. Чвакнуло влажным, брызнуло красным – и вот уже тварь, сжимаясь в спазмах, ненасытно тянула кровь из раны.

Абсалом сипло хрипел, бился в судорогах и водил руками по черной земле, не в силах скинуть с себя Лику – казалось странным, что мощный мужик не может совладать с тощей девчонкой.

– Бежим! – раздалось откуда-то сверху, и Мартин обернулся.

Яна отчаянно махала ему рукой, стоя на краю котловины; рядом с ней с ошарашенным видом застыл Дэн, готовый вот-вот сорваться с места. Мартин даже не заметил, когда они успели удрать от расщелины. Он обернулся к Абсалому в то самое мгновение, когда тварь изо рта Лики закончила трапезу: с влажным чмоканьем отлепившись от раны на шее, существо изогнулось в сторону Мартина. У него не было глаз – лишь только круглый черный рот, ощеренный множеством прозрачных зубчиков, напоминавших рыбьи. Но Мартин мог поклясться, что тварь каким-то невероятным образом смотрела прямо на него, словно хищник, учуявший следующую жертву.