Погребенные за мостом - Альбина Нури

Илья колебался: стоит ли брать трубку? Но в итоге, решив, что это может быть нечто важное, все же ответил.

– Доктор Дарко? – проговорил взволнованный женский голос на том конце провода.

– Он вышел. Меня зовут Илья Соболев, я…

– Не трудитесь, я знаю, кто вы. Это Милица.

Пару секунд Илья соображал, что за Милица, а когда понял, спросил:

– Вы сможете подождать несколько минут? Я постараюсь его найти.

Женщина поколебалась, а потом ответила вопросом:

– Вы ведь друзья?

– Думаю, да, – ответил слегка удивленный таким поворотом Илья.

– Знаете его электронную почту? Можете продиктовать? Да-да, я знакома с компьютерными технологиями. – Милица усмехнулась: – А то вы ведь, наверное, решили, что я городская сумасшедшая. Вернее сказать, сельская.

– Что вы, я ничего подобного…

– Да ладно вам! Я отлично знаю, как мое поведение выглядело со стороны. Но что поделать, если истина порой так иррациональна? Она не должна быть такой, как нам хочется, вы не думаете? Истина такова, какова она есть.

– И какова же?

Милица помедлила, вероятно, решая, есть ли в словах собеседника издевка, и, не уловив ее, ответила:

– Не все, что происходит, можно объяснить с точки зрения науки. И вовсе не потому, что это антинаучно, а потому, что наука еще не сумела дать объяснение всему, что нас окружает. Продиктуйте электронный адрес, будьте любезны. Необходимо, чтобы он срочно прочел кое-что.

– Простите, не помню его электронку. Но вы можете выслать мне. Будьте уверены, я все передам Дарко и… – Илья решился произнести это вслух: – И поверьте, я отношусь к вашим словам со всей серьезностью.

– Что ж, хорошо, – сразу согласилась она. – Записываю.

Илья продиктовал буквы и цифры.

– Я сейчас отправлю вам копии архивных документов: выдержки из писем, дневниковые записи, нечто вроде служебных докладных записок – сами все увидите. Они относятся к семнадцатому веку, я получила их из музея в Ужице. Поверьте, это было нелегко, но для меня сделали исключение. В конце концов, это же я их в свое время отыскала.

– Да, я знаю, Дарко говорил мне. Вы сейчас там?

– Нет, в Пожаровце. У меня здесь двоюродная сестра, тоже одинокая, как и я. Поживем пока вместе, а там видно будет. – Милица невесело усмехнулась.

– Это же почти у самой восточной границы страны. Далеко от Бадальской Бани, – заметил Илья.

– Верно. Можно сказать, на другом конце Сербии, – подтвердила Милица. – Только, если все начнет распространяться, дело пойдет очень быстро. В современном мире, с его средствами передвижения и полным отрицанием всего, что не укладывается в логические рамки, Черный Хозяин добьется своего в два счета. Мы оглянуться не успеем, как вся Восточная Европа будет охвачена эпидемией. А вслед за нею – и весь мир.

– Черный Хозяин?

– Вриколакос, порождение Сатаны. Его уродливое дитя и бессмертный воин.

– Простите, я…

– Прочтите обо всем сами, я уже отправила записи, можете проверять почту, – прервала его Милица. – Так вы гораздо лучше все поймете. Письмо пришло?

Илья открыл почту на компьютере Дарко.

– Да, все отлично. Сейчас распечатаю файл.

– Спасибо. Я запрашивала эти записи давно, еще до отъезда, но мне их никак не хотели выдавать. То одна проблема появлялась, то другая. А я думаю, просто считали, что я поднимаю слишком много шума и с головой у меня не все в порядке. – Она говорила об этом совершенно спокойно, даже деловито. – Слава богу, нашлись знакомые, помогли. Лучше поздно, чем никогда. Надеюсь, время еще не упущено.

Милица умолкла, и Илья понял, что она хочет задать какой-то вопрос, но не решается – быть может, из боязни услышать ответ.

Принтер загудел, выплевывая один лист бумаги за другим.

– Я прочту все, что вы прислали, – сказал он, чтобы дать ей время собраться с мыслями.

– Еще ведь ничего не случилось? – спросила Милица, и голос ее зазвенел от напряжения. – Я постоянно слежу за новостями по телевизору, читаю газеты, статьи в Интернете. Вроде бы ничего не было.

Она говорила почти умоляюще, но Илья вынужден был разочаровать ее:

– Сначала пропал один мальчик. Вернее, он здесь, в Бане, его постоянно видят на территории, но он не желает возвращаться в корпус. Очень странный ребенок.

– Что еще? – деревянным голосом спросила женщина.

– Дети стати болеть. Больше десяти человек и…

– Слабость, головокружение, отсутствие аппетита, тошнота, нарушение сна, боязнь света? – быстро перечислила Милица.

Илья не ответил, да этого и не требовалось.

– Вы должны пообещать мне одну вещь! – горячо проговорила женщина. – Прочитайте то, что я послала вам, как можно скорее. Дайте прочесть Дарко, Марине – всем, кому только можно! Вы не должны дать этому распространиться! Нужно немедленно вывезти из Бадальской Бани всех, кто еще здоров! Тем, у кого проявились симптомы, уже не помочь! Их нужно изолировать, их ни в коем случае… – Она осеклась. – Вы меня слышите?

– Слышу, – ответил Илья. – Но боюсь, уже поздно.

– В каком смысле?

– Больных детей сегодня отправили. – Илья взглянул на часы. – Сейчас они в аэропорту, вылет с минуты на минуту.

– Нет, – прошептала Милица, – этого не может…

Ее голос оборвался. Илья испугался, что ей стало плохо, и стал звать женщину по имени, но в трубке была тишина. Спустя мгновение Илья понял, что дело не в Милице: на линии случились неполадки.

Он метнулся к компьютеру и увидел, что значок Интернета погас. Через минуту дверь кабинета распахнулась с такой силой, что грохнула о стену.

– Мост! – закричал с порога Дарко. – Он рухнул в реку, опоры сломались!

«Мы отрезаны от мира, – почти спокойно подумал Илья. Взгляд его упал на листы бумаги, выползшие из принтера. – Самое время понять, с чем нам придется иметь дело».

И в этот момент погас свет.