Программа - Грегг Гервиц

— И я очень рад, что ты так и сделала.

— Насчет некоторых вещей, которые я наговорила, когда вы были здесь… Знаете, я… я не такой уж и монстр.

— Я и не думаю, что ты монстр.

— А что вы думаете?

Он думал, что жизнь еще недостаточно ее побила, чтобы она поняла, что ни черта не знает:

— Это неважно.

Она издала облегченный смешок:

— Ну вообще-то вы меня не знаете, так что какая разница, что вы обо мне думаете.

— Честно говоря, с моим мнением действительно считаются немногие.

Обычно все попытки выжать хоть какую-то информацию из врачей ни к чему не приводили. Но Тим все равно собирался поговорить с директором Пеппердина, так что он решил, что может заехать и в Центр помощи студентам.

Он припарковал машину и быстро зашагал по кампусу, и тут запиликал сотовый.

Высокий мужской голос сказал:

— Мистер Хеннинг хочет вас видеть.

— Кто это?

— Он хочет знать, насколько вы продвинулись в деле.

— Кто это?

— Я работаю на мистера Хеннинга.

Тим в своей жизни встречал достаточно мистеров хеннингов, чтобы понять, что на него пытаются оказать давление:

— Если он хочет поговорить, пусть позвонит мне сам. Я не имею дел с посредниками.

Через минуту телефон зазвонил снова:

— Да?

— Я очень занятой человек, мистер Рэкли.

— Я тоже, Уилл.

— И все же вы настаиваете на том, чтобы я лично вам звонил?

— Мы же не бюджет на текущий год собираемся обсуждать. Я защищаю конфиденциальность вашей частной жизни. Вашей и вашей дочери. Вот так.

— Отлично, — на другом конце провода бросили трубку.

Тут же сотовый Тима зазвонил в третий раз:

— Привет, Тим. Это Уилл Хеннинг. Мне нужно с тобой увидеться.

Если бы в его тоне не было сарказма, это было бы даже смешно.

— Где вы?

— Сейчас работаю дома, — послышался ответ, потом Уилл зачем-то добавил: — Здесь работа идет продуктивнее.

— Я заеду к вам сегодня после обеда.

— Когда?

— Когда буду поблизости.

Перед кабинетом директора Тиму пришлось выстоять длинную очередь из студентов, которые пришли отпрашиваться с занятий. Директорша — приятная женщина лет восьмидесяти в очках с толстыми стеклами — заверила Тима, что работает в колледже уже тридцать пять лет и за все время ее работы не случалось никаких чрезвычайных происшествий. Из соображений конфиденциальности она не позволяла студентам работать у себя в офисе, а две ее сотрудницы провели здесь почти столько же лет, сколько она сама.

Дальше Тим поехал в Центр помощи студентам. Само здание Центра было зажато между парковкой и скалой. Внутри царил стиль унылой официальности, из которого резко выбивалась хорошо одетая женщина за крошечным столиком в приемной. На ее бейджике было написано только имя: РОББИ.

На симпатичном лице появилось напряженное выражение, когда Тим назвался:

— Должна предупредить вас, мистер Рэкли, что мы строго соблюдаем конфиденциальность.

— Пожалуйста, называйте меня Тим.

— Мы придерживаемся правил Американской психологической ассоциации.

— А здесь работают только психологи?

— Нет, мистер Рэкли. Большинство наших сотрудников имеют лицензии социальных работников. Но к ним применимы те же правила в отношении конфиденциальности.

— Студентам нужно направление, чтобы попасть сюда?

— Они могут обратиться к нам напрямую, если являются студентами старших курсов или ШУБГ.

— ШУБГ?

— Школа управления бизнесом Грациадо.

— А вы имеете право раскрывать информацию о том, когда к вам обратился конкретный студент?

— Ни в коем случае.

Откуда-то из задней комнаты вышла девушка. Подойдя к ним, она извинилась:

— Простите, я не хотела мешать.

— Все в порядке, — откликнулась Робби, — мы как раз закончили. Может быть, ты покажешь нашему посетителю, где выход?

Тим пошел за девушкой. Перед самой дверью она споткнулась о какой-то цветочный горшок и чуть не упала. Тим подхватил ее за руку, и она издала смущенный смешок:

— Извините, я такая неуклюжая. Когда меня здесь видят, я сразу начинаю нервничать. Мне кажется, люди задаются вопросом, что со мной не так… — Она покраснела. — О Господи, Шанна, лучше молчи.

— Это еще ничего. Ты прекрасно держишься. Видела бы ты, как я в больнице жду результатов анализов.

Шанна с секунду смотрела на него, приподняв брови, а потом ее лицо расплылось в улыбке.

Они вместе пошли к машинам. Две девочки сидели в «Рэйндж Ровере», припаркованном возле «акуры» Тима, и разговаривали. Из кабинетов Центра пациенты попадали прямо на огромную стоянку кампуса — так что конфиденциальности тут было хоть отбавляй.

Шанна снова заговорила:

— Я перевелась сюда из другой школы в этом году. Ну, это оказалось нелегко и… А ты здесь учишься? С виду ты слишком старый. Я не в этом смысле, просто… — Она снова покраснела и прижала руку к губам, — просто не обращай на меня внимания.

Передние двери «Рэйндж Ровера» синхронно распахнулись. Сидевшие в нем девушки вышли и направились к ним. Они явно поджидали Шанну, и Тим подумал, что это ее подруги. У одной поверх джинсов была надета хлопковая юбка. Другая была в красной футболке и комбинезоне, ее волосы были забраны в хвост. Она сказала:

— Привет, ребята! Ну как сегодня прошли занятия?

— Хорошо, — с легкой неуверенностью в голосе ответила Шанна.

— Я Джули, а это Лорейн. Мы сегодня собираем народ у себя и хотим вас пригласить.

— О, — растерялась Шанна, — как мило.

Лорейн протянула руку и коснулась руки Тима своими наманикюренными пальчиками:

— У нас будет все по высшему разряду: разговоры, напитки.

Мозг Тима, закаленный годами работы с участниками пирамид, сектантами и тому подобными мошенниками, послал ему мгновенный сигнал. Он открыл рот, чтобы отшить девочек, но тут его вдруг осенило.

Джули потрепала Шанну по плечу и сказала сочувственным голосом:

— Похоже, настроение у вас неважное.

Тим повернулся к Лорейн, которая шла рядом, игриво на него поглядывая:

— А ты, по-моему, староват для того, чтобы здесь учиться.

Тим притворился, что смущается, завел руки за спину, быстро снял с пальца обручальное кольцо и засунул его в задний карман джинсов.