Врата Аида - Грег Лумис

Отель «Хей-Адамс»

16-й и Х-стрит, Вашингтон

Часом позже

Джейсон не стал забирать машину. Народу в фойе собралось уже много, и ему удалось незаметно выскользнуть из отеля через боковой вход. Сдерживая шаг, чтобы не привлечь к себе внимания, он прошел несколько кварталов и свернул под попавшийся кстати навес.

Минут пять Джейсон, оставаясь в тени, наблюдал за улицей, а затем перешел к станции метро на другой стороне и сел в первый же поезд. Ему было все равно, куда ехать, главное, подальше от отеля и распростертого на полу фойе тела.

Пуля, сразившая молодого парня из Управления, предназначалась ему. Они могли выследить его по кредитной карточке, выпущенной «Наркомом» на то же имя, что было указано в его подложном паспорте, том самом, который он предъявлял, когда арендовал лодку, ключ от которой остался в кармане Пако. Кредитка вполне могла привести их в отель в Кристалл-сити. А дальше оставалось только следовать за ним, вести в плотном потоке по вашингтонским улицам.

Выйдя из метро, Питерс взял такси и поехал в тихий отель напротив парка Лафайет. Женщина-портье немало удивилась, когда гость, сняв номер, расплатился наличными. Поступив так, он, несомненно, привлек к себе нежелательное внимание, но вариант с карточкой представлялся гораздо более рискованным.

Одной из причин, повлиявших на выбор именно этого отеля, был его обеденный зал. Хорошие цены и еще лучшее месторасположение. Устроившись за столиком со свечами — ресторан находился этажом ниже вестибюля, — Джейсон отчетливо видел каждого, кто спускался по освещенной лестнице или выходил из лифта. Поначалу он собирался выпить чашечку кофе и посидеть с полчасика, наблюдая за лестницей и лифтами. Часы показывали начало одиннадцатого, и доносящийся с проплывающих мимо подносов соблазнительный аромат напомнил, что он давно уже не ел. Питерс попросил меню.

В номере висели репродукции картин американских художников конца восемнадцатого века — времени, когда было построено само здание. В высоком комоде с медными ручками обнаружились телевизор и мини-бар. Кровать со ступеньками и под балдахином. На всякий случай Джейсон проверил ванную, с удовлетворением отметив отсутствие там подделок под антиквариат. Потом он сел в кресло Марты Вашингтон за федералистским столом и взялся читать полученный отчет.

Помимо нескольких пунктов, не нашедших отражения в том сокращенном варианте, что дала Мама, здесь нашлось и одно весьма интересное добавление.

Закончив, Джейсон перечитал отчет, после чего достал из кармана похожее на «Блэкберри» устройство. Сходство ограничивалось физической формой. Да, устройство передавало и принимало голосовые и текстовые сообщения, но оно сжимало их до импульсов продолжительностью в несколько наносекунд. Для расшифровки такого сообщения требовалось специальное оборудование. Мало того, одновременно прибор посылал ложные спутниковые координаты, сбивая с толку самые изощренные GPS. Короче, устройство обеспечивало надежную и безопасную связь.

Питерс нажал кнопку на задней панели, активируя специальные функции, и набрал номер, начинающийся с телефонного кода округа Колумбия, — «202», прекрасно понимая, что сам телефон может находиться в другом полушарии.

Оставалось только ждать. Сигнала набора в привычном смысле не было. Джейсон обратился к своему контакту, к помощи которого прибегал, когда требовалась любого рода информация, от состояния погоды в каком-нибудь богом забытом уголке света до готовящегося переворота или убийства.

«Число последних, — размышлял Джейсон, — сокращалось в обратной пропорции к росту запросов в конгрессе». Ушли в прошлое славные времена, когда народная революция устраняла в нужный момент левого диктатора в какой-нибудь банановой республике или недовольный соперник одной пулей убирал клеймящего Запад шейха или муллу. Чем более моральной становилась внешняя политика Соединенных Штатов, тем глубже погружался мир в пучину хаоса.

Ни приветствия, ни обращения по имени, просто — «говори».

Джейсон привык к такой резкости и даже подозревал, что сам голос генерируется механически, чтобы сделать невозможным электронную идентификацию, если разговор все же будет записан. Не зная точно, разговаривает ли с человеком или с машиной, он знал, что голос всегда остается одним и тем же.

— Справка, — Джейсон повернул страницы к свету, — по документу эхо-танго-четыре-зеро-два. Вопрос: во всех обнаруженных телах есть следы диоксида кремния и этилена в легких, хотя и не в смертельно опасных количествах. Могли ли эти вещества попасть в организм естественным путем, из природной среды?

Пауза.

— Маловероятно в случае с инцидентом в Беринговом море. Возможно по Джорджии, но содержание диоксида кремния в почве незначительное. Разве что имела место песчаная буря. В метеорологических отчетах такое явление в этой области не отмечено.

Исключить данную возможность, учитывая локализацию, могла только машина. Но, зная ЦРУ…

Джейсон пробежал глазами по странице.

— Я также отмечаю почти одинаковое присутствие в легких всех жертв сульфатов. Можно ли считать обычным, что у людей с разным размером легких почти идентичные показатели?

— Это необычно.

Не самый толковый ответ.

— Возможные объяснения?

— Анализ тканей показывает также присутствие азота и следов углерода. Подобное бывает при вдыхании дыма.

— Дыма от чего?

— Неизвестно. На фотографиях с корабля и из лагеря лесорубов флора представлена лишь какого-то рода кустарником. В одном случае в горшке, в другом — около спального помещения. Ни в одном из случаев признаков сжигания не обнаруживается.

— Тогда откуда взялся дым?

— Хороший вопрос.

Питерс ненадолго задумался.

— Вернемся к кремнию. Это ведь обычный элемент в камнях и песке, так?

— Так.

— Можно ли вдохнуть кремний с дымом?

— Только если горел камень. Вряд ли.

— О’кей, а зачем вообще их могли травить газом? Не проще ли было расстрелять?

— Мы не знаем. Поэтому, мистер Питерс, и обратились к вашей компании.

— После составления отчета что-то еще появилось? — спросил Джейсон, помолчав.

Снова пауза.

— Следы радиации. Уровень очень низкий, но ошибка исключена. Также некоторое количество углеводорода и этилена в крови.