Долг чести - Том Клэнси

Искусно сформулированный ответ, это признали даже американцы, и повторный призыв к компромиссу давал реальную возможность для маневра.

* * *

Первоначальный этап обмена дипломатическими фразами продолжался еще полтора часа. Ни одна из сторон не соглашалась пойти на уступки, всякий раз просто повторяя свою позицию в несколько иных выражениях. Затем наступило время для перерыва. Сотрудники службы безопасности распахнули двери в изысканный сад, и все направились туда, якобы подышать свежим воздухом, но на самом деле для продолжения переговоров уже на неофициальном уровне. Сад был слишком велик, чтобы установить здесь аппаратуру прослушивания.

– Итак, Крис, мы начали переговоры, – негромко произнес Сейджи Нагумо, отпивая кофе из чашки – он выбрал кофе, чтобы продемонстрировать, что сочувствует американцам; из тех же соображений Кристофер Кук предпочел чай.

– Что еще ты ожидал услышать от нас? – спросил заместитель помощника государственного секретаря.

– Во вступительном заявлении не было ничего удивительного, – согласился Нагумо.

Кук посмотрел на высокую стену, которая окружала сад японского посольства.

– На какие уступки вы готовы?

– Определенно уйдем с Гуама, но он должен превратиться в демилитаризованную зону, – тихо ответил Нагумо. – А что можете предложить вы?

– Пока – ничего.

– Ты должен дать мне что-то, для того чтобы я мог передать это послу, – заметил Нагумо.

– Я ничего не могу предложить, за исключением разве прекращения военных действий – до того как они начнутся всерьез.

– Когда они могут начаться?

– Слава Богу, не в ближайшее время. По крайней мере у нас есть время для переговоров. Давай используем его с максимальной пользой, – встревоженно произнес Кук.

– Я передам твою точку зрения. Спасибо. – Нагумо отошел в сторону и встал рядом с одним из членов своей делегации. Кук тоже побродил по саду и минуты через три подошел к Адлеру.

– Уступят Гуам, но при условии превращения его в демилитаризованную зону. Это определенно. Может быть, что-нибудь еще, но безо всяких гарантий.

– Интересно, – сказал Адлер. – Значит, ты был прав, когда говорил, что они готовы пойти на уступки, чтобы мы могли спасти свою репутацию. Неплохо сработано, Крис.

– А что мы предложим в обмен?

– Ничего, – холодно ответил заместитель государственного секретаря. Он подумал о своем отце и о татуировке у него на руке, о том, как он узнал от него, что девятка – это перевернутая вверх ногами шестерка, как отца отправила в концлагерь страна, когда-то бывшая союзником государства, представитель которого владел этим посольским особняком и красивым, хотя и словно неживым садом. Подобные мысли не должны были появляться у профессионального дипломата, и Адлер знал это. Япония предложила убежище нескольким евреям и спасла их от смерти – один из них стал членом кабинета министров в администрации Джимми Картера. Может быть, если бы его отцу повезло и он принадлежал бы к числу этих счастливцев, отношение Адлера к Японии было бы другим, но отец умер в концлагере, и Адлер видел в Японии только врага. – Мы начнем с того, что круто навалимся на них, и посмотрим, что из этого выйдет.

– Это кажется мне ошибкой, – заметил Кук после недолгого размышления.

– Может быть, – согласился Адлер. – Но они совершили ошибку первыми.

* * *

Военным это совсем не понравилось. Такое отношение раздражало штатских, сумевших создать полигон со стартовыми шахтами по крайней мере в пять раз быстрее, чем то же самое удалось бы этим тупицам в мундирах, не говоря уже о том, что все было осуществлено в полной тайне и намного дешевле.

– И вам даже не пришло в голову замаскировать пусковые шахты? – резко бросил японский генерал.

– А как их можно обнаружить? – раздраженно возразил старший инженер.

– На борту американских орбитальных космических станций находятся камеры, способные различить пачку сигарет на земле.

– Для начала им придется сфотографировать всю страну. – Инженер пожал плечами. – А мы расположили шахты на дне ущелья с такими крутыми стенами, что летящая сюда баллистическая ракета не сможет поразить цель, не угодив сначала вон в те горные вершины. – Он показал пальцем. – К тому же у них теперь даже не осталось на это баллистических ракет, – добавил инженер.

Перед отъездом сюда генерала тщательно проинструктировали и приказали проявить максимум терпения в разговорах с обслуживающим персоналом, и он, после первой вспышки возмущения, следовал полученным указаниям. Теперь ему предстояло командовать этим полигоном. – Первое, что мы должны сделать, – это не допустить, чтобы противник получил какие-либо сведения о местонахождении пусковых шахт.

– Значит, нужно постараться скрыть их? – вежливо спросил инженер.

– Да.

– Натянуть маскировочную сетку на опоры контактной сети? – Они так и делали во время строительных работ.

– Если у вас установлены такие опоры, это будет хорошим началом. Позднее мы рассмотрим и другие, более надежные средства.

– По железной дороге, верно? – уточнил специалист из компании «Амтрак» после инструктажа. – Много лет назад, когда я только начинал работать в компании, ВВС обращались к нам с вопросами относительно перевозки баллистических ракет по железной дороге. В результате все кончилось тем, что мы перевезли для них огромное количество бетона. – Значит, вы уже думали над подобным? – спросила Бетси

Флеминг. – Да, конечно. – Специалист сделал паузу. – Можно мне теперь посмотреть на фотографии? – Этот чертов инструктаж о необходимости соблюдать секретность занял несколько часов. Ему пришлось выслушать массу дурацких угроз, затем он оказался в отеле и начал заполнять разные анкеты – а тем временем ФБР наверняка проверяло его прошлое на предмет допуска к секретным материалам.

Крис Скотт включил проектор. Они с Бетси Флеминг уже сделали выводы, но консультанта со стороны привлекли, чтобы получить непредвзятую и независимую точку зрения. На первом слайде было изображение самой ракеты, чтобы специалист «Амтрака» получил представление о размерах груза. На следующем слайде виднелась железнодорожная платформа.

– О'кей, это, конечно, походит на железнодорожную платформу, правда, она несколько длиннее обычной, по-видимому, изготовлена специально для перевозки такого груза. Стальная конструкция. Японцы – отличные инженеры, умеют строить такие штуки. Вот и подъемный кран для погрузки. Сколько весит это чудовище?

– Сама ракета – около сотни тонн, – ответила Бетси. – И еще тонн двадцать – транспортный контейнер.

– Да, это огромный вес для одного предмета, но в то же время в нем нет ничего особенного. Как платформа, так и железнодорожное полотно вполне выдержат такой груз. – Он внимательно посмотрел на экран. – Не вижу никаких электрических соединений, обычные шланги ведут к тормозам. Вы полагаете, что они намерены производить запуск прямо с платформ?