На льду - Камилла Гребе

Дело о расследовании убийства похоже на жизнь. У него есть начало, середина и конец. И, как и в жизни, ты никогда не знаешь, что будет дальше, пока все не кончится. Иногда все кончается, едва начавшись, иногда тянется целую вечность, пока его не убирают в долгий ящик.

Но у каждого дела, как и у жизни, всегда есть конец.

Сначала мне нравился этот элемент моей работы. Мне нравилось, что в ней нельзя все контролировать, что все время происходит что-то неожиданное и случайное. Но теперь даже это стало рутиной.

Женщину напротив нас зовут Аня Стаф. Она поможет нам разрешить загадку произошедшего в доме Йеспера Орре в воскресенье или не поможет. В любом случае она одна из тех женщин, с кем он общался больше всего в последние годы. Об этом нам сообщили его друзья.

У женщины черные волосы, убранные в аккуратную прическу, как у девушек на плакатах сороковых годов. Белая кожа и яркий макияж. Глаза густо подведены черным, губы насыщенного ярко-красного цвета. Одета она в облегающее платье в горошек, кофту и черные ботинки. И она на удивление спокойна. Редко видишь такое спокойствие в комнате для допросов в Полицейском управлении.

Манфред предлагает ей воды, включает запись, информирует, что этот разговор касается убийства в доме Йеспера Орре. Женщина кивает, теребит жемчужные пуговицы на кофточке.

– Симпатичный пиджак, – говорит она, показывая на горчичный блейзер Манфреда.

Манфред довольно поглаживает ткань на груди.

– Спасибо. Я стараюсь. Можете рассказать, как вы познакомились с Йеспером?

Взгляд устремляется к потолку, словно она пытается вспомнить.

– В клубе «Вертиго», где я работаю, – отвечает она наконец. – Он часто туда приходил. Мы начали болтать. Потом встречались. Иногда ужинали, иногда он приходил ко мне и оставался на ночь.

– Когда вы начали встречаться?

– Год назад, – после паузы отвечает она. – Но я давно уже его не видела.

– А этот клуб «Вертиго». Что это за заведение?

– Ну, это самый обычный ночной клуб, но среди посетителей много фетишистов и интересующихся квир-культурой. И вечеринки у нас шумные. Но никакой порнушки. Зато есть дресс-код. Спортивное нижнее белье и домашние тапочки не приветствуются.

Она кривит нос при этих словах, словно спортивное белье – это самое худшее, что только можно представить.

– А Йеспер? Он чем-то подобным увлекался?

Я невольно улыбаюсь при виде Манфреда, которого этот разговор явно смущает, несмотря на многолетний опыт допросов. Но, может, его смущают не фетишисты, а то обстоятельство, что допрашиваемая – молодая красивая женщина, которая к тому же сделала комплимент его умению одеваться.

– Не особенно. Думаю, ему просто было любопытно. Он хотел попробовать что-то новое и необычное. Такие к нам тоже захаживают. Но на самом деле он простой и добродушный парень.

– Простой? Добродушный? Коллеги отзываются о нем по-другому.

Девушка вздыхает.

– Послушайте, я понятия не имею, какой он на работе, я знаю его только таким, каким он был со мной.

– И каким же?

Она снова смотрит в потолок.

– Милым, приятным, добродушным. Иногда он нервничал из-за работы, все время смотрел в мобильный, но я знала, что он должен был все время быть на связи, если возникнут какие-то вопросы по работе, и не обращала на это внимания. Помню, мне было даже его жалко. И он боялся, что нас с ним увидят в городе вместе. Журналисты постоянно его преследовали. Да, Йесперу было нелегко.

Она умолкает. Наши глаза встречаются. У ее глаз необыкновенно насыщенный синий цвет.

– И где вы тогда встречались? – спрашивает Манфред.

– Как я уже говорила, в клубе или у меня дома. Я живу около Мидсоммаркрансен.

– И как долго длились ваши отношения? Вы говорили, что познакомились около года назад, но давно уже его не видели.

– Бог ты мой! Какие отношения? Мы не встречались. Мы только спали вместе. Занимались сексом. Вы знаете, как это бывает.

У Манфреда на лице полное недоумение.

– Секс без обязательств?

– Лучший вид секса. Вы согласны? Манфред неуверенно кивает.

– Был ли он агрессивным в постели? Были моменты, когда вам было страшно?

– Страшно? – смеется она. – Нет, он был очень милым. Немного жестким. Ему нравился грубый секс. Но мне он тоже нравится, так что с этим проблем не было.

– Жестким? Садо-мазо?

– Вовсе нет. Просто жестче, чем обычные парни.

Видно, что тема вызывает у нее интерес. Ей явно хочется объяснить, каким был Йеспер Орре, чтобы у нас не осталось никаких сомнений по поводу его сексуальных предпочтений.

– А у него дома вы встречались? Она качает головой.