Безупречный муж - Лиза Гарднер

«Это запись первого интервью Джима Бекетта, проведенного специальным агентом Пирсом Куинси в присутствии лейтенанта Лэнса Диффорда в исправительной тюрьме штата Массачусетс в Сидар Джанкшн, Уолпоул. Дата – 11 ноября 1995 г. Джим Бекетт находится здесь около трех месяцев. С его согласия это интервью записывается и снимается. У вас есть вопросы?

БЕКЕТТ: Куинси? Как судмедэксперт по телеку?

КУИНСИ: Патологоанатом.

БЕКЕТТ: Вы тоже смотрели это шоу ребенком? Это было ваше любимое…

КУИНСИ: Я смотрел его пару раз.

БЕКЕТТ: А кем был ваш отец?

КУИНСИ: Водопроводчиком.

БЕКЕТТ: Далеко не так увлекательно, как судмедэксперт. Понятно.

ДИФФОРД: Хватит нести эту чушь, Бекетт. Мы здесь не для того, чтобы смотреть, как ты копаешься в мозгах агента ФБР. Куинси о тебе только читал, но я-то тебя хорошо знаю. Не советую забывать об этом.

БЕКЕТТ: Лейтенант Диффорд. И как всегда – сама любезность. Когда я был полицейским, то самое большое удовольствие получал, отчитываясь перед такими тупицами, как ты. Большой и сердитый лейтенант полиции, чей опыт и знание улицы обеспечат всем нам покой сегодня ночью – и он никак не догадывается, что в действительности речь идет об одном из вас, полицейских, который по ночам снимает сладких блондиночек и крошит их ножичком на кусочки… Как твоя бессонница, лейтенант?

ДИФФОРД: Пошел к черту, ты…

КУИНСИ: Достаточно. Давайте перейдем к делу. Лейтенант Диффорд прав, Джим, я никогда вас не встречал, но знаю о вас все. Я также внимательно просмотрел все материалы, которые вы заказывали в библиотеке, и понимаю, что вы знакомы с техникой профайлинга[33]серийных убийц. Как мы говорили ранее, это интервью – дело сугубо добровольное. Взамен вы ничего не получаете, кроме, может быть, какого-то разнообразия посреди рутинной и очень монотонной жизни Уолпоула. Хотите сигарету или чего-нибудь еще?

БЕКЕТТ: Я не курю. Мое тело – мой храм.

ДИФФОРД: О боже…

БЕКЕТТ: Хотелось бы посмотреть на мой психологический портрет.

КУИНСИ: Мы здесь сделок не заключаем, Джим.

БЕКЕТТ: Боитесь, что, увидев все недостатки, я его раскритикую? Или что смогу использовать его себе на пользу?

КУИНСИ: У вас коэффициент умственного развития 145 пунктов. Я это хорошо помню, Джим.

БЕКЕТТ (смеется): А вы не так уж плохи, специальный агент Куинси. Может быть, вы даже сможете мне понравиться.

ДИФФОРД: Черт, вы что, так и будете признаваться друг другу в любви, или займемся, наконец, делом?

БЕКЕТТ: Минуточку. Я все понял. Вы играете в хорошего и плохого следователя. Мягкий, утонченный агент ФБР и туповатый, безграмотный уличный постовой. Я уже говорил, что ни у ФБР, ни у местных копов не появлялось никаких новых светлых мыслей с одна тысяча девятьсот семьдесят пятого года?

ДИФФОРД: А может быть, Бекетт, мы просто такие, какие есть?

КУИНСИ: Джим, давайте начнем с того, что вы опишете себя своими словами. Таким, каким вы себя видите. Если бы вы составляли свой психологический портрет, то что бы вы о себе сказали?

БЕКЕТТ: Не пойдет, Куинси. Профессионал у нас здесь вы. Поэтому и начинать вам. А я буду говорить только теплее или холоднее.

Пауза.

КУИНСИ: Ну хорошо. ФБР занялось этим делом после обнаружения третьего трупа в пригородах Клинтона, штат Массачусетс. Позже выяснилось, что это была уже шестая жертва, но в то время у нас было еще всего два места преступления для сравнения. Жертвой оказалась двадцатитрехлетняя мать, которая работала официанткой и возвращалась с работы. Ее машину нашли на обочине пустынной дороги с поднятыми стеклами и захлопнутыми дверями. В салоне был открыт перчаточный ящик, ключи были в зажигании, а сумочка жертвы лежала на пассажирском сиденье. Ее одежда, испачканная мусором из близлежащего леса, была аккуратно сложена и положена в багажник автомобиля. Никаких следов борьбы в машине обнаружено не было.