Пророчество Луны - Фредерик Ленуар

За едой мессер Луцио начал расспрашивать Джованни о его жизни. Молодой человек не стал таиться и поведал старику свою историю. Он умолчал только о событиях двух последних дней, опасаясь, что старик не поверит и вышвырнет его за дверь.

Мессера Луцио тронули природная сообразительность и чистосердечие Джованни. Он слушал юношу и чувствовал, как ему хочется передать свои знания этому юному пытливому уму, не испорченному учением. Кроме того, юноша неплохо владел латынью, которая хотя и нуждалась в шлифовке, но все же значительно облегчила бы бремя ученичества. Старик подумал: неужели провидение послало ему этого молодого человека, чтобы на закате жизни было кому передать свой опыт и мысли? Он решил, не торопясь, все обдумать и понаблюдать за Джованни, за его характером, а главное — посмотреть, хватит ли у юноши настойчивости, действительно ли его тяга к знаниям так сильна, как кажется.

Когда трапеза подошла к концу, мессер Луцио спросил у молодого человека, не хочет ли он остаться на несколько дней. Джованни так обрадовался предложению, что, не удержавшись, воскликнул:

— На несколько недель или даже месяцев, если вам будет угодно!

— А как же Елена? Ведь ты покинул дом и семью, чтобы быть с этой прекрасной юной дамой… а не жить у такого старого ворчуна, как я! — пошутил мессер Луцио, весьма довольный воодушевлением юноши. Затем старик отправил Джованни в распоряжение Пьетро, чтобы тот показал юноше дом и объяснил, как они живут. Пьетро позвал Джованни в лес, за хворостом.

— Хорошо, что я привел тебя сюда, — сказал Пьетро, собирая валежник. — Думаю, ты нравишься хозяину.

— Да? Я так рад, что он предложил мне остаться! Не знаю даже, как тебя благодарить за то, что взял меня с собой. Какой удивительный человек!

— Что верно, то верно. Он — ученый, знает древнегреческий, латынь и шесть других языков, не считая итальянского. Кроме того, он философ и астролог, известный во всем христианском мире.

Джованни на миг замолчал — он понятия не имел, что означает «астролог».

— А как насчет тебя? — спросил он, меняя тему разговора. — Давно служишь у месссера Луцио? Ты когда-нибудь был женат?

— Нет, у меня случались интрижки, и довольно много — когда мы с хозяином жили во Флоренции, и даже во время странствий. Но ни ему, ни мне никогда не хотелось обзавестись семьей и воспитывать детей. И знаешь ли, тяга к женщинам почти пропала с возрастом.

— Ты тоже занимаешься наукой вместе со своим господином?

— Не совсем. Я кое в чем разбираюсь, потому что хозяин беседует со мной об этом или потому, что иногда слушаю его разговоры с теми немногими людьми, которые его навещают. Служу у него больше тридцати лет, а здесь мы живем уже тринадцать! Но в отличие от тебя не могу читать по-латыни, предпочел вооружиться мечом, а не ученостью!

— Мечом? — удивился Джованни. — Что ты имеешь в виду?

— Когда-то я был учителем фехтования у флорентийского дворянина, синьора Галфао. С десяти лет я совершенствовался в искусстве владеть шпагой, арбалетом, кинжалом и копьем, а потом синьор Галфао поставил меня в главе своей стражи, и я многих научил управляться с оружием.

— Почему же ты оставил службу у этого синьора и поступил к мессеру Луцио?

— Из-за женщины!

Джованни удивленно посмотрел на Пьетро.

— Наставил рога своему господину! — пояснил Пьетро с довольной улыбкой. — Он выставил меня прочь, и я долго не мог подыскать другое место — все боялись гнева моего бывшего хозяина. Я уже было подумывал уехать из города и стать торговцем, но тут меня нанял мессер Луцио. Во Флоренции он был знаменитостью, но из-за своих политических и религиозных взглядов получал немало угроз и нуждался в охране. Когда же его вынудили покинуть город, я решил последовать за ним… и вот, мне уже почти шестьдесят, а я все еще здесь!

Вдруг Джованни осенило.

— Ты еще помнишь, как пользоваться оружием?

— Конечно! У меня оружия на целый полк хватит! И я не раз пускал его в ход, отгоняя бродивших в округе грабителей.

— Если я останусь, научишь меня обращаться с кинжалом и шпагой?

Пьетро медленно выпрямился во весь свой огромный рост и, уперев руки в бока, окинул Джованни взглядом.

— С превеликим удовольствием, мой мальчик!

Следующие дни Джованни провел в состоянии блаженства. Он благодарил Небеса за то, что они свели его с мессером Луцио и Пьетро, и почти забыл о неприятной встрече с Луной. С огромным усердием он помогал Пьетро по хозяйству и так прилежно занимался латынью, что всего лишь за два дня осилил латинский перевод «Руководства» древнегреческого философа Эпиктета, который ему дал мессер Луцио. Кроме того, юноша начал учиться фехтованию у Пьетро. Джованни нравилось, что физические упражнения сменяются интеллектуальными занятиями, и он наслаждался обществом гостеприимных хозяев, таких разных по характеру. Пьетро отличался веселым нравом, терпением и заботливостью. Мессер Луцио, напротив, был суров и легко впадал в гнев, который, впрочем, быстро проходил. Джованни не возражал, понимая, что хозяин оказал ему великую честь, взявшись обучать.

На восьмой день юноша подвергся испытанию. Сразу же после завтрака мессер Луцио позвал его к себе, он выглядел серьезнее, чем обычно. Суровым тоном старик попросил Джованни сесть на табурет лицом к нему.

Затем откашлялся и начал разговор.

— Мой мальчик, ты живешь здесь уже неделю. Как ты и хотел, мы с Пьетро наставляем тебя. Но что ты собираешься делать дальше?

Какое-то время Джованни молчал. Затем уверенно произнес:

— Мессер, больше всего на свете я хочу остаться с вами и продолжить обучение.

— Что ж, отлично. А ты представляешь, что это значит?

Слегка смутившись, Джованни ответил уже не так решительно:

— Регулярно посещать ваши уроки, упорно учиться…

— Ты прав, но ведь это еще и вопрос времени. Я не собираюсь делиться даже крупицей знаний с легкомысленным и непостоянным недоучкой, который, едва ему приспичит, упорхнет прочь, подобно пчеле, которая собирает с цветов пыльцу, а затем улетает, чтобы сделать мед где-нибудь в другом месте. Важно, чтобы ты понял, что пускаешься в долгий и трудный путь. Чтобы обрести подлинную ученость, потребуются годы, даже если ты посвятишь себя этому целиком и полностью. Так что если ты собираешься остаться у меня всего на несколько недель или месяцев, то лучше сразу отправляйся на поиски своей возлюбленной.