Письма, несущие смерть - Бентли Литтл

Откинув волосы с лица, она выпрямилась и улыбнулась мне. Поддернула трусы, погладила их и застегнула мои джинсы.

— Ты… ты не… хочешь погулять завтра вечером? — спросил я.

— Извини. Не могу. Билл Уэст пригласил меня на прошлой неделе, и я не могу отказать ему перед самым свиданием. Не волнуйся, ничего не случится, — быстро добавила она, приникая к моей груди.

Билл Уэст? Если бы я знал, что такая девчонка, как Сандра Фортуна, охотно соглашается на свидание с придурком вроде Билла Уэста, я бы пригласил ее давным-давно. Единственный раз мой папаша оказался прав. Если бы я не робел, то не потерял бы без толку столько времени.

Было уже очень поздно. Ее родители ничего не сказали о комендантском часе; мои устроили бы скандал, явись я домой после полуночи. Я отвез Сандру домой, и на прощание она попросила меня позвонить ей завтра, но я солгал, что буду занят. Мы поцеловались и договорились встретиться в школе.

Я решил найти в понедельник Билла Уэста. Мы не дружили, но, посещая с первого класса одни и те же школы, знали друг друга. В этом семестре у нас не было общих курсов, и я нашел его на перемене. Он с парой дружков сидел на низкой кирпичной стене рядом с помещением, где хранились музыкальные инструменты и форма оркестра. Как бы случайно проходя мимо, я кивнул:

— Привет, Билл.

— Привет, — откликнулся он.

— Слышал, ты встречался с Сандрой Фортуной.

Его дружки расхохотались, а один из них многозначительно изрек:

— Пижон!

Я напрягся: вдруг ясно поняв, куда он клонит, но, как ни противно, я должен был это услышать. Я подошел к ним поближе, напустив на себя сочувственно-заинтересованный вид, как будто все мы крутые мужики и я готов выслушать смачные подробности.

— Она мне отсосала, — гордо заявил Билл. — На первом свидании!

Я задохнулся, будто получил удар в солнечное сплетение. Да, я ждал чего-то подобного, но все равно испытал шок. Сначала мне захотелось придушить Билла, сдавить его тощую шейку и выдавить из него жизнь; колотить его глупую башку о кирпичи, пока она не превратится в кровавую кашу. Но я сдержался. Кивнул с улыбкой и выслушал все смачные подробности. Детали моего собственного свидания, воспроизведенные кем-то другим, превратили мое сердце в камень.

Сандру я увидел во время ленча в противоположном конце кафетерия. Расплывшись в улыбке, она помахала мне как-то по-девчоночьи, растопырив пальцы. Я вспыхнул. Перед моим мысленным взором пронеслась ее голова, подпрыгивающая между ногами Билла Уэста, его пенис в ее губах. Я словно наяву услышал ее удовлетворенный стон «Ммммм».

Мне захотелось ее убить.

Я сел за стол Роберта и Эдсона спиной к Сандре, но она все равно подошла, расточая всем ослепительные улыбки. Я внутренне кипел и молча поглощал свой ленч. Я не желал разговаривать с ней, даже видеть ее не желал, однако, когда она отошла за газировкой, последовал за ней.

Я загнал ее в угол у торговых автоматов.

— Как прошло твое свидание с Биллом Уэстом?

Она шутливо подтолкнула меня, как будто я сказал что-то смешное.

— О чем ты? Ничего не случилось.

— И ты ему не отсосала?

Слова сорвались с моего языка прежде, чем я осознал, что сказал это. Ее лицо потемнело.

— Какое ты имеешь право задавать мне такой вопрос?

— Никакого, — ответил я, отворачиваясь.

Я почувствовал ее ладонь на своем плече.

— Подожди. — Ее голос прозвучал тихо и ласково, как тогда в машине после кино. Меня охватила печаль. — Прости. Я не хотела тебя обижать.

Я молчал и пристально смотрел на нее.

— Ничего не было с Биллом. Я клянусь тебе.

— Ничего?

— Клянусь.

Сука.

Я вышел из кафетерия, оставив на столе недоеденный ленч, и просидел в мужском туалете до самого звонка. В тот вечер я написал письмо ее родителям. Вообще-то я написал два письма. Одно от лица мистера Вега, ее учителя испанского языка. Будто бы он перехватил несколько записок, моих и Сандры, и глубоко разочарован тем, что такая во всех других отношениях незаурядная ученица ведет себя столь бесстыдно. Одну записку от меня Сандре он сохранил в качестве примера. И тут уж я расписал, как трахал ее и спереди и сзади, уверял, что лучше ее у меня никого не было, благодарил за столь изобретательный и экзотический секс, обещал рекомендовать ее своим друзьям и уверял, что они будут счастливы ее оттрахать, если уж она так это дело любит.

— Прощай, Сандра, — сказал я, опуская письма в почтовый ящик.

2

Ведьму я увидел в следующий уик-энд в центре города, когда рыскал по секонд-хендам в поисках пластинок.

Никуда она не исчезла, и меня, как прежде, бросило в дрожь, когда, проходя мимо фотомагазина Рода, я заметил ее злобный взгляд. Мне сразу вспомнилась та ночь в детстве, когда мы с Робертом и Эдсоном столкнулись с ней на улице, как она указала на нас своей клюкой и с неба упал мертвый голубь. Сейчас деваться мне было некуда. Ведьма прошла мимо, и мне послышалось что-то вроде «Не пиши».

Ее каблуки и палка застучали за моей спиной. Я решил, что опасность миновала, и оглянулся. Секунду назад ведьма точно ковыляла в противоположном направлении, а сейчас преследовала меня. И несмотря на то, что я уже не был ребенком, мне стало так же жутко, как тогда. Мурашки побежали по моему позвоночнику. Симулируя храбрость, коей совершенно не чувствовал, я остановился и повернулся к ней.

— Что вам нужно? — Слава богу, мой голос прозвучал очень уверенно.

Она вытянула левую руку ладонью вверх, а правой начала будто что-то царапать по левой ладони. Как будто она… что-то выписывала.

Я оцепенел.

Не пиши. Вот что она говорила, и несомненно то же самое она сказала нам троим в ту давнюю ночь.

Я вспомнил, что тогда она стояла около почтового ящика. А с неба упал именно голубь. Почтовые голуби когда-то переносили послания.

Нет. Это просто сумасшествие. Я вкладываю в эту чертовщину слишком много смысла. И я отвернулся.

— Не пиши! — пронзительно провизжала она. Даже люди, ехавшие в автомобилях, повернули головы и уставились на нее. — Они тебя найдут!

Я понятия не имел, о чем она визжала. И знать не хотел. Она просто чокнутая. Я поспешил прочь. Может, она и не была настоящей ведьмой, но, честно говоря, напугала меня до смерти.

Я решил что-нибудь предпринять.

Вдохновленный успехами в создании своего нового образа, в разрушении репутации Сандры Фортуны и в спасении Ист-Сайда, я написал несколько писем мэру, в муниципалитет и шефу полиции. Я возмущался тем, что душевнобольные люди слоняются по улицам нашего прекрасного города и пристают к простым гражданам. В особенности, отмечал я, следует обратить внимание на старуху по прозвищу Ведьма Акации. Она бродит по деловому району города и отпугивает покупателей от наших магазинов. Я повторил жалобу во всех письмах, каждый раз формулируя ее несколько иначе. Потом подписал все письма немного помпезными фамилиями, похожими на фамилии самых заметных жителей города, как, например Джеймс Р. Уортингтон и Грэм Освальд. Не забыл я и о своем старом дружке Карлосе Сандовале, председателе Союза борцов за гражданские права испаноязычного населения. Лишняя авторитетная подпись никогда не помешает.