Оставь ее небу - Михаил Март

— Этим ребятам ничего не стоит снести всю стену с воротами вместе.

— Заткнись. Из-за тебя все мои планы погорели. Щенок!

Мальчишка икнул.

— Распустили вас, халдеев! Совсем от рук отбились.

— Заткнись. Иди в дом.

— Иди? Нет, дружок, это ты иди, открывай и вноси меня. Я тебя сюда не звал, ты мне не нужен. Плевать я на вас хотел.

Здоровяк направился к дому, что-то бурча себе под нос. Открылась дверь, включился свет. Они зашли в дом. Лязгнул засов.

Теперь наблюдатель с чердака мог позволить себе открыть окно. Свежий ночной воздух ворвался в душное помещение. Он глубоко вдохнул и высунул голову наружу. Мягкий желтый свет окон первого этажа смешался с холодным лунным и упал на лужайку перед домом. Голубая трава превратилась в ярко-зеленую. Спустя несколько минут осветилось одно из окон второго этажа. То самое, которое находилось под окном наблюдателя. Теперь он мог отчетливо слышать разговор тех, кто зашел в комнату. Именно там он поднял шпингалет и оставил окно незапертым.

Низкий ворчливый голос вещал отрывисто, приказным тоном, с большой долей раздражения.

— Ложись в постель. Завтра нас рано поднимут. Возможно, ты улетишь за кордон, если успеют оформить документы. Здесь за твою жизнь гривенника никто не даст.

— И ты тоже веришь в эти сказки? — спросил ломающийся петушиный басок. — Все это химера!

— Мне плевать. Решение выносит твой отец. С ним можешь спорить, а со мной бесполезно. Черт! Как назло мне сегодня перла хорошая карта. Я даже к телке не поехал. А тут…

— Ты можешь возвращаться в свой бордель. Сюда никто не придет. Про эту дачу отца никто не знает. Она числится на балансе какого-то благотворительного фонда. Страшные злодеи сегодня спят. Ну а когда отец приедет, то я ему кое-что расскажу о злодеях. Он их под собственным носом не видит, а ждет где-то за забором. Мой папаша — лох! Он играет в крестного отца, как дитя, и ни черта не понимает, где и кто ставит на него капканы. Деятель!

— Меня это не касается. Моя забота — твоя жизнь, и на этом точка.

Тяжелые шаги послышались у окна, и шпингалет щелкнул.

Гость на чердаке скривился и покачал головой, что можно было принять за жест недовольства.

Голоса внизу стихли, и вскоре погас свет. Как только на втором этаже прекратилась активная жизнь, она началась на чердаке.

Кожаная сумка раскрылась, и в луче фонаря появился белый кот. Только застывшая сидячая поза выдавала в очаровательном зверьке куклу.

Мужчина прикрепил к загривку игрушки тонкую леску и осторожно спустил кота из окна на освещенную лужайку. Игрушка ожила. Дистанционный пульт включил невидимый механизм, и кошачья голова начала вертеться по сторонам и мяукать. Прозрачная леска упала рядом и затерялась в траве.

Этажом ниже вновь послышались шаги, но легкие и торопливые. Щелкнул шпингалет, и створки распахнулись. Наружу высунулась курчавая голова, следом показались острые узкие мальчишечьи плечи.

— Киса! Кис-кис-кис! Киса. Ты чья, Киса?

Ночной гость, как Дед Мороз, продолжал извлекать из своей сумки разные приспособления. Следующим предметом стал тонкий черный шелковый шнур с петлей на конце. Эта игрушка не вызывала того же умиления, что первая.

Петля опустилась из окна на необходимое расстояние и очень точно, с первого качка, зацепила курчавую голову. Вряд ли молодой повеса успел понять, что произошло. Шелковый шнур с силой сдавил шею и натянулся как струна. Длинные худые руки вырвались наружу и начали бесцельно барахтаться в воздухе, словно искали ту самую соломинку, которая так нужна утопающему. Агония длилась несколько секунд, и обмякшее тело повисло на подоконнике, как марионетка, у которой обрезали веревочки. Бледно-голубое безжизненное тело оставалось неподвижным, а игрушка продолжала крутить головой и мяукать.

Кукловод с чердака нажал на пульт, и кот умер. Он делал все методично, не торопясь, в одном ритме, точно зная, какие действия нужно предпринять в следующую минуту.

На свет появились бутсы с острыми шипами, которые тут же были надеты на ноги. На руки человек с чердака натянул перчатки с крючками — увеличенная копия рыболовных снастей.

Перекинув сумку через плечо, ночной гость вылез из окна, впился в обшитую вагонкой стену и полез вниз, как черный паук, точно зная, куда вонзить одну из своих конечностей. Достигнув уровня второго этажа, он зацепился за подоконник и тут же оказался в комнате. Он действовал быстро и четко. Спальня находилась в зоне охраны, а долго оставаться на любой ступени риска не входило в правила ловкача с когтями. Впрочем, первое, с чем он расстался, стали шипы и крючки. В руках появился пистолет с глушителем. Он очень не хотел делать лишних выстрелов, но ситуация выходила из-под контроля и подчинялась теории вероятности.

Все время, пока он делал свое дело, его внимание было приковано к двери, и он ни на секунду не вставал к ней спиной.

Труп мальчишки, перетащенный на кровать, был освобожден от удавки, его лицо накрыла подушка с приставленным к ней стволом пистолета. Убийца взглянул на дверь, секунду помедлил и нажал спуск. Раздался слабый хлопок. Снова пауза. Ствол пистолета смотрел на дверь. Бронзовая ручка оставалась неподвижной. Только теперь он понял свою оплошность. Если дверь откроется, ему придется стрелять, а это означало, что операция провалилась. За спиной осталось открытое окно. В спешке он забыл его прикрыть, теперь не имело смысла прятаться за кроватью, накрыв покойника одеялом. Он ждал. Мгновения растянулись в вечность, но ничего не произошло.

Ему повезло. Охранник вел себя беспечно, полагаясь на невозможность проникновения в дом посторонних. Убийца достал из сумки бельевую веревку, перекинул ее через потолочную балку и сделал петлю. Труп с простреленной головой был повешен в центре комнаты, а под ноги положен перевернутый стул. Ребус для внутреннего расследования. Никто не сможет ответить на вопрос: «Как труп мог повеситься с выбитыми мозгами?» Или: «Кому нужно стрелять в повешенного?» Убийца торжествовал. Он точно знал, чего хотел добиться, но о его дальновидности никто и никогда не догадается.

Работа заняла не более семи минут, после чего следовало тихо уйти. Он подошел к окну и выглянул наружу. Обстановка оставалась спокойной, охранник и не думал делать обход, как того требовали инструкции, и ему в голову не пришло включить наружное освещение.

И вновь человек-паук полез по вертикальной стене вниз. Окно второго этажа осталось открытым, теперь такие мелочи не имели значения.

Мягкий и пушистый белый кот занял свое место в сумке вместе с шиповками, крюками, шнуром и перчатками.

Когда он открывал калитку, створка заскрипела, но его такая мелочь не беспокоила. Без наружного освещения видеокамеры ничего не покажут, а в холле нет окон, чтобы наблюдать за происходящим на улице.

Убийца вышел на тропинку и направился вдоль кирпичной стены в тот конец городка, где проходила канализация. Через несколько минут ночь поглотила его в своих объятиях, и никто уже не смел назвать этого человека убийцей.