Последний ребенок - Джон Харт

– Вижу.

– А теперь пройдите вдоль реки.

Хант увидел сразу. К югу от моста река выгибалась петлей, оборачиваясь вокруг выступа длиной около мили и шириной не более четверти мили. Злость – не на Кросса, а на себя – уколола огненной пикой.

– Тропа идет за рекой, – сказал он.

– Если мальчишка Мерримонов оставался на тропинке, ему пришлось пройти немалое расстояние, чтобы выйти на то место, где его схватили. Даже бегом это заняло бы минут десять-пятнадцать. – Кросс постучал пальцем по карте. – Если же сойти с тропы и срезать вот здесь, то успеть можно и минут за пять.

– Срезать через лес…

– Это близко.

Хант выглянул из палатки – дождь шел не переставая. Человека столкнули с дороги…

– Если Дэвида Уилсона убили из-за того, что он что-то услышал…

– Узнал что-то о пропавшей девочке… – Хант не договорил. – Тот, кто убил его, попытался бы убить и Джонни. И если он знал про поворот реки…

– То мог пересечь ее здесь и ждать мальчика. Джонни бежит минут двенадцать-пятнадцать. Убийце достаточно пяти, и когда парнишка выбегает из-за поворота, он уже на месте.

– Черт. – Хант выпрямился. – Нужно дать ориентировку. Разыскивается чернокожий мужчина, высокий, крупного телосложения, возраст – от сорока до шестидесяти, со шрамами на правой стороне лица. Автомобиль имеет заметные повреждения, вероятно, левого переднего крыла. Передать дежурному, что розыск объявлен в связи с убийством Дэвида Уилсона, но также по причине возможной связи с похищением Тиффани Шор. При задержании проявлять особую осторожность. Нам нужно допросить его. Передайте незамедлительно.

Кросс достал рацию и вызвал дежурного.

Хант ждал, переживая очередную волну злости. Прошлый год вымотал его – и вот как результат неряшливость… Он должен был сам посмотреть карту и обратить внимание на изгиб реки, а не выслушивать подсказки от новичка-детектива. Но дело сделано. Сейчас главное – девочка. С момента исчезновения Тиффани не прошло и дня; часов, может быть, восемь или девять. На этот раз он вернет ребенка домой. Хант сжал кулаки, мысленно повторяя слова клятвы. На этот раз будет по-другому.

Он посмотрел на велосипед и как будто услышал в голове голос мальчика.

«Обещаете?»

Детектив протянул руку к большому коричневому перу, висевшему под седлом велосипеда. Мокрое, грязное, шершавое на ощупь, оно и выглядело жалко. Хант потер его, разгладил.

«Обещаю».

За спиной у него Кросс опустил рацию.

– Готово.

Хант кивнул.

– Что это у вас там?

Он выпустил перо из пальцев, и оно повисло на шнурке. Качнулось и замерло, прилепившись к мокрой спице.

– Ничего. Перо.

Кросс шагнул к велосипеду, взялся за шнурок, подтянул.

– Перо орла.

– Откуда знаете?

Он смущенно пожал плечами.

– Я родился в горах. Моя бабушка наполовину чероки. Разбиралась во всех этих тотемных штучках.

– Тотемных штучках?

– Ну знаете, ритуалы, священные растения… – Он протянул руку в сторону реки. – Река – чистота. Змеи – мудрость. И все такое. Мне это казалось полной чепухой. – Пожал плечами.

– Тотемы? – повторил Хант.

– Да. – Кросс посмотрел на перо. – Это – хорошая магия.

– Что значит хорошая магия?

– Та, что дает силу. – Полыхнула молния, и детектив выпустил шнурок из пальцев. – Перья орла носят только вожди.