Исповедь серийного убийцы - Иван Носов

Леонид Крамер и Ильшат – так звали строителя – все еще сидели на бетонном полу и неспешно курили, когда с соседней улицы послышался вой сирен «скорой» и полицейских автомобилей. Они приехали на удивление быстро, но Крамер к ним не спешил. Произошедшее натолкнуло его на размышления. Поставило перед фактом: дело Анны Коноваловой приобретает чересчур странный оттенок. Он спрашивал себя, связано ли то, что случилось, непосредственно с убийством девушки? Тот, кто расправился с Фроловым и убил Коновалову – один и тот же человек? Или это лишь ужасное совпадение?

– Прости… Мне нужно идти… – вставая с лестницы, сказал Ильшат.

– Почему? – удивился Крамер.

– Я гастарбайтер. Не хочу попадаться полиции… Иначе меня депортируют.

Ильшат пожал Крамеру руку, собрал инструменты, и скрылся в ближайшем коридоре.

«Превратности судьбы», – подумал Крамер. Нелегальные рабочие. Гастарбайтеры. В России этот образ имел лицо иммигранта из Средней Азии, а тут говорил по-русски. Леонид не мог и представить, что труд российских рабочих может быть использован на стройке в полукилометре от Средиземного моря.

Крамер тоже поднялся на ноги. Тело ныло. Бровь опухла и тяжелой шишкой спадала на веко.

Когда Крамер, прихрамывая, вышел на улицу, к дому Фролова уже съехалось много полицейских автомобилей.

Из подъезда вышла Авдеева и направилась к нему. Следом за ней медики вынесли на носилках Пашу. Он молча смотрел на Крамера. Тот сочувственно поприветствовал его, подняв правую руку. После этого двери «скорой» захлопнулись, водитель завел двигатель и авто помчалось прямиком в госпиталь.

– Что с ним? – спросил Крамер, когда Ольга оказалась рядом.

– Ножевое. В руку. Ничего серьезного. Его ранили ножом, который он взял в квартире. Преступник обезоружил его в два счета, – Ольга отвечала прерывисто, находясь в состоянии близком к шоку. – А ты как?

– Нормально, – солгал Леонид, и раскурил новую сигарету; сегодня он в несколько раз превысил негласную норму…

Авдеева протянула к Крамеру руку и, перехватив сигарету, несколько раз глубоко затянулась.

– Что случилось на стройке? – спросила она, и Леонид коротко рассказал ей обо всем, что произошло.

– Здравствуйте!

К ним приблизился турок, одетый в синюю форму сотрудника криминальной полиции. На поясе у него висел пистолет и наручники. Они поздоровались. Турок представился: Ахмед Йилдыз, дежурный офицер криминальной полиции.

– Вы можете как-нибудь объяснить, что тут произошло? – строго спросил он.

– Могу попробовать… – начал Крамер.

– Покажите ваши документы, пожалуйста.

Крамер вынул из кармана промокший заграничный паспорт и протянул его полицейскому. Ольга порылась в сумочке и достала свой.

– О-па… Попахивает скандалом… – хмуро произнес полицейский, разглядывая документ Ольги.

– Совершенно верно. У меня дипломатический иммунитет.

Ахмед Йилдыз впился в нее маленькими черными глазками.

– И что вы, уважаемый сотрудник диппредставительства, делали на месте преступления?

– Убитый – гражданин России. У нас была назначен встреча.

– По какому поводу?

– Дипломатический иммунитет дает мне право не отвечать на этот вопрос. Согласно международному законодательству, вы не можете задерживать, допрашивать… и так далее, сотрудника дипломатической миссии с того момента, как его личность была установлена, – заученно проговорила Ольга. – То есть с момента, когда вы открыли мой паспорт.

Полицейский недовольно оскалился:

– Если ваш паспорт настоящий…

– А вы проверьте… Задержите меня. И подлинность моего паспорта вам лично подтвердит генеральный консул России в Анталии. Сразу после того, как направит министру иностранных дел Турецкой Республики ноту протеста о противоправных действиях аланийской полиции в отношении иностранных дипломатов. И вот тогда это будет скандал.