Идеальное преступление - Иван Сербин

— Откуда ты знаешь? — только и смог спросить Андрей.

— Не важно, — ответила Татьяна, немного успокаиваясь. — Важно, что знаю. И не вздумай болтать о том, что я тебе сказала.

— Постой. — Андрей поднял руки. — Ты хоть отдаешь себе отчет в том, что говоришь?

— Если бы я не отдавала себе отчет в том, что говорю, — не говорила бы, — упрямо кивнула Татьяна. — И я также отлично понимаю: как только Светлана тебя увидит — сразу же потащит в постель. Она считает себя неотразимой и утверждается в этой своей неотразимости, коллекционируя мужчин. И в особенности чужих мужей! Если ты ей откажешь, она добьется, чтобы Вихрев вышвырнул тебя с работы. Не откажешь — тебя вышвырнет Виталий. После того как ты надоешь Светлане.

Это была новость, которую стоило обдумать. Андрей подкатил кресло, тяжело опустился в него, растерянно посмотрел на жену:

— А… Виталий об этом знает?

— О чем? О любовных похождениях своей благоверной? Конечно, знает. Неужели ты до сих пор не понял? Он не смеет даже бровью шевельнуть. Их брак — сплошной расчет. Одна видимость. Фук. Виталий не имеет в семье права голоса. Стоит Светлане обмолвиться папочке, что муж сказал ей грубое слово, и Чернозерского в порошок сотрут! Смешают с пылью. Он боится за свое место! У него ведь нет богатых родителей.

— Может быть, я ее не заинтересую, — пробормотал Андрей поникшим голосом.

«Отбить» встречу он не мог. Если бы шеф не был выпивши, Андрей, возможно, рискнул бы поговорить, а так…

Татьяна только усмехнулась брезгливо:

— Ее интересуют все мужики, не страдающие импотенцией. Абсолютно все.

— Но Чернозерский может неправильно истолковать мой отказ…

— Не волнуйся, он правильно все истолкует.

— Черт. — Андрей опять потер лоб. — Даже не знаю, как ему об этом сказать.

— Ты не должен идти к Чернозерским в гости, — категорично заявила Татьяна.

— Послушай, но…

— Никаких «но». Ты не должен этого делать.

— Черт, — Андрей потер лоб. — Но… Я уже согласился. Мы должны пойти. Существует понятие субординации. У меня ушло три года на то, чтобы занять это место. Три года! Я не могу рисковать, ссорясь со своим боссом. Тем более сейчас, когда все складывается так удачно.

— Удачно? Что ты называешь удачей? Это приглашение в гости? Дружбу с Виталием? Это, по-твоему, удача? Это не удача. Это волчья яма. Всего лишь один неверный шаг — и ты окажешься на самом дне. И тогда для тебя все будет кончено. А что касается удачи, последние три года были не только твоими, но и моими, помни об этом. И я вовсе не хочу, чтобы ты потерял все из-за этой нимфоманки Вихревой.

— О господи. — Андрей покачал головой, тяжело опустился в кресло. — Черт. Угораздило же меня так влипнуть. — Он вздохнул, посмотрел на жену: — Тань, что же мне делать?

Татьяна нахмурилась, взглянула на серый, заштрихованный пластиковыми ячейками жалюзи мир за окном.

— Я не знаю, — ответила она и повернулась к мужу. — Я действительно не знаю. — Татьяна была крайне практичным человеком. И если ситуация ставила в тупик ее, значит, это был настоящий тупик. Без дураков. — С одной стороны, ты не должен идти в этот дом. С другой — ты уже не можешь не пойти. Отказываться следовало сразу, а теперь подобный шаг может быть неверно истолкован. И совсем не Виталием. — Она зло усмехнулась.

— Тебе следовало рассказать мне о Светлане раньше! — воскликнул Андрей.

— Кто знал, что Виталий надумает позвать тебя в гости? Обычно он не приглашает никого из сотрудников. Пытается избежать напрягов хотя бы с этой стороны. — Татьяна вздохнула. — Ладно. Что случилось, то случилось. — Она решительно кивнула. — Ты примешь приглашение, но, пообещай мне, какие бы знаки внимания ни оказывала тебе эта стерва, ты не станешь на них реагировать. Как выкрутиться из этой ситуации с наименьшими потерями, мы решим позже. — Татьяна задумалась, пробормотала, словно для себя: — Может быть, нам повезет и эта сука окажется занята кем-нибудь другим.

— Конечно. Обещаю. — Андрей с облегчением улыбнулся. — Я же не враг себе, в конце-то концов. Кстати, почему ты все время говоришь «ты»? Виталий приглашал нас обоих.

— Я не иду, — категорически ответила Татьяна.

— Как? Почему?

— У меня сегодня лекция. Забыл?

Два раза в неделю Татьяна посещала какие-то странные лекции. Что-то мистически-нетрадиционное, заумное, касающееся то ли энергетики, то ли ауры, черт его знает. За три с половиной года их женитьбы Татьяна всего раз пропустила лекцию. В его, Андрея, день рождения. И то с большой неохотой.

— Слушай, — взмолился Андрей, — а не могут твои гуру сегодня обойтись без тебя, а?

— Не могут. — К лекциям она относилась почти трепетно. И Светлану Вихреву она, конечно, не любила. Тоже немаловажный фактор. — К тому же это не имеет значения. При Виталии Светлана тебя в койку не потащит. Хотя бы с этой стороны ты застрахован от неожиданностей.

— Надеюсь, — вздохнул он.

Татьяна быстро посмотрела на мужа, затем кивнула:

— Я пойду. А то еще Виталий заметит, что меня нет на месте, устроит скандал.

— Иди, — согласился Андрей. — Конечно. Нам неприятности не нужны.

Татьяна вышла из кабинета, а Андрей, откинувшись на спинку кресла, задумался. То, что он принял за удачу, при ближайшем рассмотрении оказалось не такой уж удачей. А ну как Светлана действительно станет подбивать к нему клинья? Как быть тогда?

* * *

— Ты идешь?

Андрей рассеянно взглянул на вошедшую в кабинет жену, затем бросил взгляд на большие настенные часы. Без двадцати шесть? Как быстро, однако, летит время. Он отодвинул в сторону банковские сводки.

— Да, сейчас.

Спрятав сводки в верхний ящик стола, Андрей поднялся.

— Я жду в машине. — Татьяна скрылась за дверью.

За что Андрей действительно был благодарен этой работе, так это за то, что она легко улаживала конфликты в семье. Попробуйте-ка походить букой, когда вам приходится общаться раз в пять минут.

Андрей надел пальто, одновременно прикидывая, успеют ли они заскочить в магазин, купить бутылочку хорошего вина. Кстати, цветы для хозяйки дома тоже было бы неплохо прихватить.

Он запер кабинет, прошел подлинному коридору и спустился в операционный зал. Здесь еще работали, хотя посетителей почти не было. По дороге Андрей заглянул в комнату службы безопасности, сообщил, что уходит. Охранник проставил в журнале время и щелкнул тумблером, включающим сигнализацию. Послышался едва различимый писк, и на серой панели вспыхнула зеленая лампочка.

— Чернозерский еще здесь? — с надеждой спросил Андрей.

— Виталий Михайлович? — Охранник покачал головой. — Ушел минут сорок назад.