Аномалия души - Алексей Хапров

Я кивнул и повёл следователя к топи.

Пробыли мы там недолго. Я показал, где ходил, где высматривал улики. Но о подробностях своего позорного бегства, конечно, умолчал, объяснив причину своего ухода с болота так:

— Стемнело. Стало ничего не видать.

Майор угукнул, осмотрелся и жестом предложил мне следовать обратно.

— Мы здесь поработаем, — пообещал он. — Ну а ты езжай отдыхать. Спасибо за информацию. Понадобишься — вызову. Пойдём, распоряжусь, чтобы тебя отвезли домой.

— Домой не надо, — попросил я и пояснил. — Не хочу, чтобы о вчерашнем ЧП узнала Наталья. Зачем её лишний раз волновать? Она и так сама не своя.

— А-а-а, — понимающе протянул майор. — Ну тогда сам скажешь водителю где тебя высадить.

Из милицейского «такси» я вылез у дома Гоманчихи.

«Что ж, визит в милицию оказался не напрасным, — мысленно констатировал, шагая по улице, я. — Кое-какие результаты есть. И главный из них — это то, что следователю наверняка удастся найти какие-то следы. Убийца просто не мог их не оставить»…

Моя сожительница встретила меня в прихожей. Она окинула меня с ног до головы. Её лицо напряглось.

— Зачем ты ходил на болото? — тихо спросила она.

Я картинно вскинул брови.

— На болото? С чего ты взяла?

Наталья глазами указала вниз. Я опустил голову и в досаде сжал губы. На моих ботинках предательски зеленела тина.

— Понимаешь, — растерянно пробормотал я, лихорадочно подыскивая какое-нибудь убедительное объяснение.

Но хозяйка не стала дожидаться результатов полёта моей фантазии.

— Серёжа, я запрещаю тебе ходить к этому месту! — в сердцах бросила она. — Хватит с меня уже и одной потери. Это нехорошее место, понимаешь? Очень нехорошее! Обещай мне, что ты забудешь туда дорогу раз и навсегда.

— Обещаю, — нехотя проговорил я, скрестив при этом за спиной два пальца правой руки…

Над болотом висел туман. Стояла тишина. Я озадаченно повернулся вокруг, недоумевая, как я мог сюда попасть. Вдруг до моих ушей донеслось чьё-то грустное пение. Пленённый красотой мелодии, я медленно пошёл вперед. Кучковатая дымка расступилась, и я оказался на усеянной ромашками поляне. В центре поляны сидела нагая дива. У неё был тонкий, грациозный стан, прекрасные золотистые волосы, миловидное лицо, на котором особенно выделялись широкие голубые глаза. Завидев меня, она перестала петь, приветливо улыбнулась и поманила меня к себе. Покорённый силой её очарования, я подошёл ближе. Но только я хотел спросить её имя, как вокруг меня словно всё перевернулось. Белокурая дива куда-то исчезла, а вместо неё появилась грязная, оборванная замарашка с промасленными, неряшливо распущенными и закрывавшими всё лицо волосами. Я испуганно отступил. Тишину пронзил жуткий крик…

Я проснулся. Наталья, сжавшись в комок, смотрела на окно. Её глаза были выпучены от ужаса.

— Что случилось? — тревожно спросил я.

— К нам кто-то заглядывал, — задыхаясь, прошептала моя курортная знакомая.

Я спрыгнул на пол.

— Теперь этот шутник от меня не уйдёт!

Выскочив из спальни, я в несколько прыжков очутился в прихожей, отбросил щеколду и резко распахнул входную дверь. Меня обдало сыростью. Снаружи клубился густой туман, похожий на тот, который я только что наблюдал во сне. Освещённый луной, он имел тускло-серебристый оттенок. В его глубине маячила чья-то бледная фигура. Вглядевшись в неё, я оторопел. Это был ребёнок. Облачённый в белый саван и окутанный белесой дымкой, он представлялся каким-то полупрозрачным и походил на призрак. Спустя несколько мгновений он исчез. Моя спина покрылась мурашками.

— Эй! — робко позвал я, сделав шаг вперёд. — Эй!

Но фигура больше не появлялась…