Винодел - Алан Джекобсон

— Ну, если вы думаете, что это поможет…

— Если честно, уже нет. Все равно ведь вляпаешься.

— Начальник опергруппы пришлет вам официальное уведомление на фирменном бланке. Кстати, местный шериф учился у нас в академии.

— Ну и ну! Сразу бы так и сказала. Теперь я просто счастлив! Ладно, держи меня в курсе.

Прежде чем она успела ответить, связь оборвалась. Но ей все равно нужно было договариваться насчет ПЗООП, так что пришлось перезвонить и попросить к телефону коллегу — Франка Дель Монако. Ответил он на третьем гудке.

— Франк, это Карен. — Она явственно услышала досадливый вздох. — Что-то не так?

— Да просто день был такой хороший, пока ты не позвонила.

— А теперь?

— А теперь уже похуже. Погоди… Ты разве не в отпуске в Калифорнии?

— Ну, я в Калифорнии, тут ты прав. Слушай, мне нужно, чтобы ты кое-что проверил по ПЗООП.

— Я, по-твоему, кто? Твой слуга?

— Франк, я в трех тысячах миль от тебя. Если бы могла сама это сделать, не стала бы просить. Так вот, введи следующие параметры. Разыскиваемый НЕПО…

— Ты поехала в отпуск, но все равно взяла какое-то дело?

— Да, Франк. И я не хочу выслушивать твои издевки. Или вводи параметры, или я попрошу Руни либо Хатчингса.

Вейл продиктовала ему все необходимое. Дель Монако пообещал прогнать информацию через программу и связаться с ней, как только получит результаты.

Она отключилась и еще раз набрала Робби. Снова голосовая почта. Вейл вернулась в здание управления и разыскала Брикса.

— Мне нужна машина. Или подсадите меня к кому-то.

— А как же Эрнандес?

— Он занят и не отвечает.

— Вот и молодец. Небось дегустирует вина и радуется жизни.

Она пропустила колкость мимо ушей.

— Так что, дадите машину?

— Нет. Будете ездить с Диксон.

Распорядившись подождать, он пошел в конференц-зал, откуда вернулся минуту спустя уже в компании Диксон. Вид у нее был откровенно недовольный. Вейл не слышала, о чем они говорили, но, судя по жестикуляции, Диксон спрашивала: «Почему именно со мной?»

Когда этот безнадежный спор окончился, Диксон снова нырнула в комнату (Брикс услужливо открыл ей дверь). Через несколько секунд она появилась со скоросшивателем в левой руке и направилась к Вейл. Лицо ее было непроницаемым, в каждом движении сквозило напряжение.

— Получается, я сегодня буду твоим шофером, — сказала она.

— Это ненадолго. Как только мой друг получит сообщение, ты от меня, избавишься.

Они вышли на улицу и прошли к автомобилю, выданному окружными властями. Им оказался «Форд Краун Виктория». Диксон села за руль и открыла дверцу.

Пока Вейл устраивалась, она пристегнула ремень и пробурчала:

— И что теперь?

— Это же ваше расследование, — сказала Вейл. — Я просто пытаюсь вам помочь. Если мои знания и навыки сузят круг подозреваемых, я буду только рада.

Диксон включила трансмиссию и выехала с парковки.

— Проблема в том, что круга подозреваемых у нас нет.

— Да. Даже самого маленького кружочка.

Диксон хмыкнула:

— Ага, самого малюсенького.

— Я уже позвонила в Квонтико, мне скоро перешлют результаты поиска по нашей базе данных. А пока не прислали, не будем сидеть сложа руки.

— Давай начнем с того, с чего начинаются все преступления: с мотива.

Вейл знала, что мотив для серийного убийцы — это совсем не то, что мотив для заурядного нарушителя закона. Но она решила выслушать Диксон и проследить за ходом ее мысли.

— Не забывай, что большинство убийств совершают знакомые жертв. А вот серийные убийцы — как правило, посторонние люди. Это усложняет задачу. Мы не всегда можем заметить их мотивы.

— Я приму это к сведению, — сказала Диксон. — Но у нас есть один козырь: виктимология. В данном случае Виктория Камерон и некая Джейн Доу. Начнем с полицейских азов: кому выгодна ее смерть? Не ссорилась ли она с кем-то в последнее время? Какие у нее были отношения с мужем? Как все это связано с нашей Джейн, лежащей в морге?

— Хорошие вопросы, — согласилась Вейл. — Можно также узнать, в какие магазины она обычно ходила, в каких ресторанах была завсегдатаем, с кем работала и так далее. Как только опознают выкопанный Бриксом труп, повторим те же операции с ним. Тогда появится уже некий круг подозреваемых, и я наконец смогу реально вам помочь.

— По-моему, ты и так нам помогла.

Вейл постаралась скрыть свое изумление.

— Спасибо, Роксана. Приятно слышать.

Пока они ехали, Диксон активировала закрепленный на солнцезащитном щитке блютус и позвонила в офис. Она объяснила заместителю окружного прокурора, для чего им нужен ордер на обыск в винодельне «Серебряный гребень», и сказала, что официальный документ о резонном основании составит Брикс. Ордер пообещали сделать за час.

— Ну, расскажи, что за ребята попали к нам в группу.

Диксон рассмеялась.

— Думаешь, я главная сплетница в школе?

— Мне бы хотелось знать, с кем я имею дело, чтобы ненароком чего-нибудь не ляпнуть. — Вейл помахала рукой. — Ладно, забудь. В любом случае ляпну. Но мне все равно интересно, что это за люди.

— Ты разве не успела набросать их психологические портреты?

Вейл не сдержала улыбки.

— Я стараюсь этого избегать, затрудняется общение. — Она покачала головой. — Ладно, об этом тоже забудь. Проку от этого никакого. Отвечаю на твой вопрос: да, я невольно это делаю. Взять того же Скотта Фуллера. Он показался мне таким себе всезнайкой.

— О да. Вундеркинд. Привык, чтобы ему все преподносили на блюдечке. Он прочел все книги на свете и, наверное, даже знает, откуда пошло это выражение насчет блюдечка. Но опыта у него маловато.

— Понятно: книг начитался, а пороху не нюхал. О психологических портретах он, похоже, много чего знает, но только из учебников. Это все устаревшие сведения. Он, видимо, прочел Андервуда, Дугласа и Ресслера[9]и вызубрил их наизусть.

Диксон кивнула.

— Но есть одно но: Стэн Оуэнс — его отчим.

Вейл удивленно наклонила голову.

— Правда? Полезная информация.

— Поэтому-то он так быстро и пошел на повышение.

— С ним надо держать ухо востро, — заметила Вейл.

— А вот Рэй Люго — парень славный. Всю жизнь тут проработал, начинал сборщиком винограда, притом мигрантом и несовершеннолетним. Родители въехали в страну нелегально, но он родился здесь и получил американское гражданство. Он очень много трудился, хорошо успевал в школе, поступил в академию и стал копом.