Лучшая месть - Джастин Дэвис

– В нем осталось слишком много сопротивления. – Он повернулся снова, чтобы мерить шагами помещение, словно желая убедить Джессу, что просто нуждается в движении, а не потому, что не в силах выносить испытующий взгляд Джессы. И наконец, произнес:

– Еще есть время.

– Время?

– Справиться с ним, прежде чем это произойдет.

Некоторое время она молча изучала его.

– Вы имеете в виду то, что сказали об Олдене, что вы хотите уничтожить его?

Джесса произнесла это спокойно, без удивления, или страха.

– Да. – Он искоса взглянул на нее. – Проблемы?

– Нет.

Сент-Джон не думал, что она воспримет это так спокойно. Но Джесса не знала, что он подразумевает под словом «уничтожить», вероятно, считая его фигурой речи, хотя он произнес это в буквальном смысле. Когда он закончит, ничего не должно остаться от этого куска человеческого отребья.

Но Сент-Джон, по крайней мере, ожидал некоторой досады из-за того, что он приехал сюда не помочь ей победить, а обеспечить проигрыш Олдена. Конечно, отправляясь в Сидар, он не знал, что она оппонент этого ублюдка.

– Я всегда знала, что для вас все дело в нем.

Эти спокойные слова потрясли его, казалось, она каким-то образом следует за его мыслями. Его взгляд остановился на ее лице.

Но Джесса могла делать это и раньше, а его загадочная манера речи вроде бы не препятствовала ей.

– Возражаете?

– Нет, если вы можете сделать то, что говорите. Для меня важно было не выиграть самой, а не дать выиграть ему.

– Я могу.

Джесса внимательно посмотрела на него. И он снова спросил себя: не может ли она как-то видеть сквозь изменения во внешности, сделавшие его неузнаваемым, мальчика, который бежал из этого города много лет назад?

– Я верю вам, – наконец сказала она.

На краткую долю секунды Джесса вновь стала ребенком, а Сент-Джон – испуганным, отчаявшимся мальчуганом, цепляющимся за единственное существо в его жизни, которому он мог доверять. Единственного человека в Сидаре, который верил его обвинениям против отца.

Сент-Джона захлестнуло желание рассказать ей все о том, кем он был и кем стал. Показать, что она была права, веря в него, что он смог найти выход и устроить свою жизнь.

Стук во входную дверь напомнил Джессе, что она еще не отперла ее. Она быстро встала, впустив рыжеволосого мужчину в рубашке и поношенных джинсах.

– Привет, док. Я приготовила ваш заказ.

– Спасибо, Джесса.

– Мне пришлось сменить поставщиков – отсюда задержка.

Ветеринар поднял бейсбольную фуражку, пригладил рукой остатки волос и вернул фуражку на место.

– Все в порядке – мы справились.

– Спасибо, док.

– Я не забыл, как ваш отец перенес нас через овраг в тот день, и не собираюсь проявлять неблагодарность, что бы ни делал «Брэкенс».

Сент-Джон наблюдал, как Джесса оформляет продажу предмета, похожего на блок какой-то соли. Прежде чем она закончила, явился еще один покупатель – женщина в грязном комбинезоне, который каким-то образом выглядел эффектно на ее тощей фигуре. Она с любопытством посмотрела на Сент-Джона, но ничего не сказала.

Джесса приветствовала женщину по имени, а покупатели кивнули друг другу и стали болтать о своих семьях. Маленький городок, подумал Сент-Джон. Все всё знают обо всех.

Кроме темной стороны человека, который собирается стать мэром.

Мужчина ушел, а женщина шагнула вперед:

– Я знаю, милая, что у вас не садовая лавка, по эти саженцы кустов, которые вы заказали для меня в прошлом году, так хорошо пошли, что я бы хотела посадить еще следующей весной. Думаю, штук тридцать. Вы говорили, что для такого количества надо делать заказ заранее.

– Конечно. Чтобы получить запас для джемов и желе Марджи, – с улыбкой отозвалась Джесса.

Женщина рассмеялась:

– Вот почему я прихожу сюда. В Ривер-Милле не помнят даже моего имени, не говоря уже о том, чем я занимаюсь.

– Если бы они попробовали то, что выходит из вашей кухни, то наверняка бы запомнили.

– Видите? – Женщина снова усмехнулась. – Почему я должна ездить невесть куда, когда могу услышать такие приятные слова дома?

Она снова покосилась на Сент-Джона, пока Джесса заполняла другой бланк. Закончив, она вручила покупательнице копию.

– Я сразу позвоню им и сделаю заказ. А вам дам знать, когда они отправят саженцы.

– Спасибо, Джесса, – поблагодарила женщина. – Передайте мои наилучшие пожелания вашей маме. Я каждый день думаю о вас обеих.

– Обязательно передам. И благодарю вас. Для нее это много значит.

Женщина повернулась, чтобы уйти, бросила последний взгляд на Сент-Джона и снова посмотрела на Джессу.

– Надеюсь, он больше чем просто покупатель, дорогая, – сказала она, заговорщически подмигнув. Улыбка осветила ее некрасивое лицо.

Поддразнивание застигло Сент-Джона врасплох, и он притворился, что рассматривает птичьи клетки, но успел заметить, что Джесса густо покраснела.

Позвонив, как обещала, поставщику, она стала заполнять очередной бланк.

– «Брэкенс»? – спросил Сент-Джон. – Это магазин в Ривер-Милле?

Джесса посмотрела на него, и он увидел и ее глазах облегчение – она радовалась перемене темы после двусмысленного замечания Марджи.

– Да, корма и садовые принадлежности.

Что-то в ее тоне заставило его ожидать продолжения. Но Джесса молча заполняла формуляр – ее не всегда было легко заставить нарушить молчание, что делало технику расспросов недостаточно эффективной.

– Новый? – спросил Сент-Джон, зная, что такого магазина раньше не было.

Он последовал в офис за Джессой, которая села за стол и потянулась за стопкой папок.

– Не совсем. Они открылись лет шесть назад. Для нас это не представляло проблемы, пока они не начали подрывать наши цены настолько, чтобы заманивать покупателей к себе, несмотря на расстояние.

– Когда?

– Несколько недель назад. Все в городе стали получать рекламу.

– Очень скверно?

Джесса с гримасой оторвала взгляд от раскрытой папки.

– Достаточно. – Она постучала тонким пальцем по бумагам в папке. – Я знаю, сколько стоят их товары и сколько стоит доставить их из города. Не понимаю, как они умудряются сбрасывать цены и сохранять бизнес.

«Держу пари, что я знаю», – подумал Сент-Джон.

Его подбородок напрягся – он начал строить планы.