Убежище - Пенелопа Дуглас

Прежде чем Бэнкс спрятала руки в карманы, я заметил, что она все еще в тех же кожаных перчатках без пальцев.

Мне это нравилось. Она по-прежнему оставалась загадочной.

Я неохотно перевел взгляд с нее на мужчину и спросил:

– Вы пришли с новостями? Гэбриэл согласен на сделку?

Мужчина, которому было за тридцать, судя по морщинкам вокруг глаз, бросил беглый взгляд на девушку, после чего дернул подбородком в мою сторону.

– Зачем конкретно тебе нужен отель?

– Я бизнесмен. Как и положено бизнесменам, я скупаю недвижимость.

Он снова взглянул на нее, а я прищурился, проследив за его взглядом. Бэнкс пристально смотрела на мужчину, и, готов поклясться, я увидел легкую улыбку на ее лице.

Они красноречиво смотрели друг на друга, в то время как я с осторожностью наблюдал за обоими.

Наконец, парень глубоко вздохнул и кивнул.

– Мистер Торренс заинтересован начать с вами переговоры.

Я презрительно усмехнулся.

– Начать переговоры… – повторил я тихо. – Да, мне хорошо известны его методы ведения переговоров. И я уже согласился с тем, что его сыну будет позволено вернуться, однако мне тоже нужны гарантии.

Он вновь мельком посмотрел на Бэнкс и решительно ответил:

– Мисс Фэйн будет в безопасности.

– Вы не можете это гарантировать, – возразил я, сделав шаг вперед. – Мы оба знаем, что Дэймон никому не позволяет говорить за себя.

– Дэймон будет делать то, что ему прикажет отец.

Я молча стоял на месте, задумавшись.

Если Гэбриэл был готов продать отель, это означало, что Дэймона там все-таки нет. Или, вполне возможно, он просто не знал, где находится его сын. Тюрьма колоссально опозорила наши семьи, поэтому Гэбриэл Торренс не нуждался в новых оплошностях своего отпрыска.

Если бы он знал, где прячется Дэймон, то вернул бы его домой. Хотя в мои намерения входило найти парня раньше, чем это сделает отец.

– Сначала мне нужно попасть внутрь, – сказал я, – чтобы немного осмотреться и оценить объем возможных ремонтных работ.

Взгляд мужчины снова метнулся к Бэнкс, но был таким быстрым, что я не успел заметить ее безмолвный ответ.

– Без проблем, – ответил он наконец.

Почему этот парень постоянно смотрел на нее? Что происходит, черт побери?

Я недоуменно оглядел обоих, забыв, что несколько секунд назад согласился купить отель стоимостью в несколько миллионов долларов.

Облизав губы, я начал крутить в руке бамбуковый меч и рассуждать вслух:

– Знаешь, когда мне было четырнадцать, Гэбриэл сказал нам с Дэймоном одну вещь, которую я запомню на всю жизнь. «Женщины могут быть либо игрушками, либо инструментами. Они годятся для развлечений или для найма». – Медленно вращая синай, я внимательно наблюдал за парой. – За все годы дружбы с Дэймоном я заметил разительную разницу между нашими семьями. Моя мать никогда не была покорной, в то время как каждая женщина, встретившаяся мне в доме Торренсов, либо использовалась для секса, либо работала прислугой. Игрушка или инструмент.

– И? – уточнил мужчина.

– И я не уверен, к какой категории относится она, – подытожил я, указав мечом на Бэнкс. – Каждый раз, когда я задаю тебе вопрос, ты смотришь на нее в поисках ответа. Если женщина обладает такой властью – это странно, учитывая все, что мне известно о Гэбриэле Торренсе.

Он опять бросил взгляд на Бэнкс, будто ища указаний.

Она была главной, а не парень. Как интересно.

Я опустил синай и приблизился к Бэнкс, глядя на нее сверху вниз.

– Давай отбросим всю эту чушь и пообщаемся без посредников, а? – предложил я, лишившись остатков терпения.

Едва я вторгся в ее личное пространство, он быстро подошел, вероятно, насторожившись, но я остановил его, вскинув меч и ткнув им мужчине в грудь.

– Если память мне не изменяет, – продолжил я, посмотрев на него, – она сама умеет драться. Так что иди подожди в машине.

Желваки парня заиграли, тело напряглось; он был готов к схватке, однако посмотрел на Бэнкс, ожидая приказа.

На мгновение заколебавшись, она наконец кивнула и отпустила его. Мужчина послал мне грозный взгляд, после чего развернулся и вышел из додзё.

Глаза Бэнкс нашли меня; она склонила голову набок.

– Теперь ты боишься меня, мелкая? – поинтересовался я. – Больше не можешь разговаривать самостоятельно?

Я хотел смутить ее в расплату за то, как она обыграла меня сегодня, но в то же время не желал, чтобы девушка лишилась храбрости.

Вместо ответа, Бэнкс просто отвернулась, словно ей было скучно.

Тихо усмехнувшись, я подошел к стене и повесил меч обратно на стеллаж.

– Итак, какое мнение ты сегодня составила о нас, чтобы отрапортовать отцу Дэймона? – полюбопытствовал я. Мне хотелось узнать, что такого убедительного для нее мы сказали в той комнате, когда думали, что нас слушает простая служанка.

– Каким бы оно ни было, – произнесла девушка, – ему понравилось то, что он услышал, потому что у мистера Торренса есть предложение для вас. Я здесь представляю его интересы.

Моя рука дрогнула, и я опустил ее. Голос Бэнкс. Днем она проронила всего несколько слов, но сейчас… Та же самая мягкая насмешка, которую я так отчетливо помнил, проявила себя, вернув меня обратно. Я развернулся, остановился лицом к девушке и скрестил руки на груди.

Бэнкс была сантиметров на пятнадцать ниже меня, однако дерзкий блеск в ее глазах с лихвой восполнял эту разницу в росте.

– Кай, все в порядке? – спросила Рика из-за моей спины.

– Все хорошо, – ответил я не оборачиваясь.

Судя по разговорам, доносившимся из коридора, и тому, как захлопывалась и открывалась дверь раздевалки, ее урок, должно быть, закончился.

– Рика? – окликнул я через плечо, остановив ее, пока она не ушла. – Не могла бы ты позвать Уилла и Майкла, и встретиться с нами в офисе? Пожалуйста.

Лица Рики я не видел, но услышал нерешительное:

– Конечно.

После ее ухода я повернулся и взмахнул рукой, указывая на Бэнкс.

– Дальше по коридору. Дамы вперед.

Я ожидал увидеть тень негодования на лице девушки, но выражение ее лица не изменилось, взгляд все так же ничего не выражал, когда она прошла мимо меня в коридор. Следуя за Бэнкс и глядя ей в спину, я чувствовал, что мое сердце забилось чаще.

Шнурок одного из ее ботинок волочился по полу. Не было сомнений, что она могла позаботиться о себе, однако мне казалось занятным, насколько безразлично Бэнкс относилась к своему внешнему виду. Этим она сильно отличалась от всех женщин, в окружении которых я рос дома и в школе.