Тест для убийцы - Уилл Лэвендер

— Эй! — произнес кто-то у Брайана за спиной. Позади стояла та девушка — Тэнни, Бонни или как там ее. У нее было не слишком привлекательное лицо, но довольно заманчивое тело, и шла она прямо к нему. Девушка казалась какой-то странной. Ее речь, походка, жесты — все выглядело несколько наигранным. Но время было позднее, и на ближайшее будущее других кандидатур Брайан не видел.

Они вошли в комнату, где физически ощутимо пульсировала музыка, и стали танцевать. По какой-то причине девушка прятала лицо. Из страха? Брайан попытался разглядеть ее, но несколько порций «мохито» застилали глаза пеленой. Песня иссякла, и за ней началась другая: медленная баллада с жесткими риффами стил-гитары и поэтическим текстом. Девушка наклонилась к Брайану, и он ощутил ее горячее дыхание у себя на груди. Она что-то сказала — точнее, промямлила, — но из-за колышущейся музыки Брайан ничего не расслышал.

Они снова оказались снаружи. На балконе.

— Давай, кайфани, — вымолвил кто-то, протягивая Брайану некий предмет. Кислоту. Он уже пробовал однажды, всего один раз. Брайан положил марку на язык и закрыл глаза.

Они вновь были в комнате — сидели на замызганном диване, который вонял так, будто его вытащили из костра. На полу, скрестив ноги, сидели две девушки и целовались. Все члены «Дека» сняли футболки и рисовали на груди символы братства. От жары краска облупливалась и хлопьями сыпалась на пол.

Они очутились во дворе. Ребята из «Дека» бегали обнаженные по лужайке. Кто-то пускал фейерверки. В воздухе мелькали похожие на бутылки ракеты. Скоро семестр закончится, и Брайану придется ехать домой. Сама мысль угнетала его. Домой. Он боялся туда возвращаться: опять поездка в Нью-Йорк, расспросы матери о его успехах в учебе; отец, пьющий пиво в арендованных им пафосных апартаментах, и витающий над всеми дух Марка. Тоскливое понимание того, что теперь ничего не исправишь.

— Что случилось? — спросила девушка. Тэнни или Бонни. Расслышать ее было неимоверно трудно. Так же как и понять. Или даже увидеть. Брайан покачал головой, сказав, чтобы она не беспокоилась.

Они снова оказались на балконе. Воздух стал каким-то странным, пахло паленым. Кругом ни души. Очертания мира гнулись и извивались. Девушка все еще держала его за руку и все так же прятала лицо.

— Что ты творишь со своим лицом? — спросил Брайан.

— Я берегу себя для тебя, — ответила она. Или что-то в этом роде. Брайан не был уверен. Перила балкона помогали ему оставаться в вертикальном положении. По двору дома «Дека» метались искры. Обнаженные искры. Маленькие пятнышки человеческих тел. Крохотные человечки. Целая толпа. Они никак не останавливались. Бегали наперегонки, неистово мчались к какой-то финишной черте, сражаясь за некий приз.

Позже они очутились в мастерской. На полу, около стеклодувных печей. На бетонный пол кто-то постелил покрывало. Брайан лежал на спине, а девушка сидела на коленях рядом с ним. На ней были только трусики и бюстгальтер. Она снова проделывала старый трюк, прижимая подбородок к плечу. Часть ее лица оставалась скрыта.

— Вот так, — сказал Брайан, пытаясь коснуться его и повернуть к себе. Но девушка сопротивлялась. Черные волосы спадали ей на один глаз, а второй пристально смотрел на Брайана.

— Ты кто? — спросил он.

— Полли.

— Ты че мелешь?

— Меня зовут Полли, — ответила девушка. И вдруг рассмеялась. Раздалось ужасное, безумное, похожее на хрип хихиканье. В здании был кто-то еще и разжигал печь: рев пламени разносился эхом среди широких стен.

— Я уже дважды повторила.

«Чего бы эта сучка ни захотела, — подумал Брайан, — я ей подыграю».

— Как Майк? — спросил он.

— Майк? — отозвалась девушка. — Черт с ним. Когда же вы наконец забудете о нем? Я порвала с ним. Я всем говорила, что люблю Майка, но он какой-то… испорченный. И всегда таким был. Сам знаешь, какой он. Этот Майк.

Брайан позволил ее словам раствориться в пустоте. Время от времени он терял сознание, все чаще проваливаясь в небольшие ярко-черные ямы. Сейчас в окна проникал дневной свет, и Брайан захотел узнать, который час.

— Где ты? — спросил он девушку. Ее подбородок все так же упирался в плечо, один глаз продолжал смотреть на Брайана.

— Ты о чем?

— О том, где ты, сучка, находишься. Где ты? Мы все пытаемся тебя найти.

— Брайан, это какое-то безумие. Я не знаю… я не…

— Хватит меня дурить. Это он подослал тебя, да? Уильямс. Потому ты и прячешься, боишься показать лицо.

Брайан сел и принялся натягивать футболку. Затем встал, чтобы оказаться прямо над девушкой. Она осталась сидеть на коленях, и был в ее позе некий протест, который привел Брайана в ярость.

— На ноги, мразь! — закричал он. — Встать! Шлюха. Второсортная шлюха. Ах ты…

За ними кто-то наблюдал. Какой-то парень стоял за второй печью с кружкой дымящегося кофе в руке и смотрел прямо на Брайана. Его присутствие развеяло транс. Брайан очнулся, и его дух спланировал между потолочных балок, сквозь дым и стеклянную пыль прямо на пол. От такого у Брайана подогнулись колени.

— Да пошли вы все! — пробурчал он наконец.

И вышел наружу, оставив девушку позади.