Древние - Дэвид Линн Гоулмон

— Ну как? — прошептала она.

— Ненавижу этим заниматься, — тихо ответил Найлз. — Пока неясно.

Элис похлопала его по плечу.

— Ну снизят нам бюджетное финансирование. Главное, помни: закрыть нас он не может. — Она улыбнулась и посмотрела на президента — тот что-то размеренно говорил в трубку, — затем снова обернулась к шефу. — Какой-то ты слишком спокойный. Ты ничего не забыл мне рассказать о своих делах с нашим новым главнокомандующим?

Найлз нацепил очки обратно на нос и бросил на помощницу пытливый взгляд.

— Забыл рассказать? Да нет, ничего не забыл.

Президент повесил трубку. Элис всматривалась в лицо шефа с еще большим любопытством. Она отлично знала Найлза — тот явно что-то скрывал.

— Господин директор, боюсь, нашу встречу придется прервать. — Президент с усмешкой оглядел хранилище. — Не скрою, вам удалось распалить мое воображение, но некстати вмешалась действительность. Северная Корея все бряцает оружием, а теперь еще серьезное происшествие на ирано-иракской границе. Сильное землетрясение, много жертв.

— Очень жаль, сэр. Продолжим, когда у вас найдется время.

Президент нахмурился.

— Вижу, профессор, вы не привыкли к бюджетным ограничениям. Уверяю вас, я никому не урезаю финансирование без серьезных оснований.

— Да, сэр.

— Мисс Хэмилтон, мне нечасто выпадает честь познакомиться с дамой столь… столь…

— Столь почтенного возраста, господин президент? — закончила фразу Элис, поведя своими восхитительными глазами.

— Я собирался сказать «столь несомненных достоинств». Впрочем, раз доктор Комптон нуждается в ваших услугах и даже не вспомнил о предельном возрасте, а вы справляетесь без чьей-либо помощи… что ж, вероятно, у него есть веские причины. — Президент протянул Комптону руку. — Продолжим, когда будет время, господин директор.

Взгляды мужчин встретились, и Элис заметила, что на короткий миг оба как-то неуловимо посветлели.

Элис повела президента к лифту, где ждали сопровождающие из Секретной службы.

Найлз нахмурился. Он хотел рассказать Элис и кое-кому еще, что именно связывает его с президентом, однако не был уверен, что тот не станет возражать. Раз сам глава государства ничего не сказал, ему тоже стоит держать рот на замке.

Вертолет президента стоял в потрепанном ангаре. Имитация многолетней разрухи отлично маскировала вход номер один в подземный комплекс группы «Событие». Пять лопастей винта только начали вращаться, а глава администрации Дэниел Хардинг уже протянул папку. Президент нахмурился.

— Известно, сколько уничтожено танков?

— Нет, сэр. После землетрясения там везде бардак. Ирак заявляет, что потерял сорок процентов боеготовых подразделений; Иран, по отчетам ЦРУ, примерно столько же. Катастрофа случилась как раз в районе их сосредоточения — аятолла уже объявил это знамением грядущего конца света и призывает всех разоружаться. Само собой, начать должен Ирак.

— Было бы недурно. Может, они начнут одновременно? — Большой вертолет морской пехоты поднялся из секретного ангара. — Это пошло бы на пользу всему миру.

— Да уж, — согласился Хардинг. — Сложнее с треклятым Ким Чен Иром. Он якобы может доказать, будто южнокорейцы устроили землетрясение и цунами, чтобы уничтожить его Народную армию. Говорит, они пробурили скважину на дне моря — с этого все и началось.

— Он что, совсем с ума сошел? Южнокорейцы искали нефть, а устроили землетрясение?

— По его словам, катастрофу организовали корабли и самолеты в международных водах.

— Пусть Уильямс, наш постоянный представитель при ООН, выяснит все, что сумеет, по неофициальным каналам. Госдепартамент должен хранить полную невозмутимость, ясно?

— Да, сэр.

— Вызови в Белый дом Нэйтана Сэмюельса. Пускай советник по науке объяснит мне, как две таких мощных природных катастрофы могли случиться почти одновременно в разных точках земного шара. Нужно что-то ответить прессе, когда этот полоумный Ким Чен Ир появится во всех новостях.

Элис поднималась вместе с Найлзом на седьмой уровень. Сначала директор просто изучал кнопки этажей, затем, не оборачиваясь, сказал:

— Мне нужен подробный отчет по всем полевым группам, которые могли пострадать от землетрясений. Все подразделения отзывать при малейшем намеке на опасность. Никаких потерь — президент и так сомневается, нужны ли мы ему.

Элис молча записала указания в блокнот. Подняв голову, она увидела, как Найлз снял очки и озабоченно потер переносицу.

— Все в безопасности.

Шеф повернулся и вернул очки на место.

— Что-что?

— Полевая группа в Эфиопии эвакуирована, будет здесь примерно через двенадцать часов. Наши бродяги-отдыхающие летят вместе с ними.

Комптон кивнул. На самом деле он беспокоился именно из-за этой группы.

— Злитесь на Джека? — спросила Элис, по-прежнему глядя в блокнот.

Лифт остановился, и Найлз пропустил помощницу вперед, а сам вышел следом и направился в свой кабинет. Над дверьми золотыми буквами был выведен девиз группы «Событие»: «Те, кто не помнит своей истории, обречены ее повторять». Жестом он попросил Элис закрыть большую двустворчатую дверь.

В просторном круглом кабинете внимание посетителя сразу привлекали три десятка маленьких мониторов, на которые можно было выводить изображение из всех отделов и хранилищ, разбросанных по семидесяти пяти уровням подземного комплекса. Мониторы размещались на стене вокруг большого экрана, сейчас передававшего изображение из старого ангара под кодовым названием «вход-один». Ангар был пуст — значит, президент благополучно улетел. Найлз подошел к шкафчику, налил себе стакан воды и сел за большой стол.

— Спрашиваешь, злюсь ли я на Джека…

— Да, — ответила Элис, тоже усаживаясь к столу.

— Не столько злюсь, сколько волнуюсь. — Найлз отхлебнул из стакана и стал копаться в бумагах. Найдя нужную, передал ее Элис. — Я велел Джеку быть здесь, когда приедет президент, а он в ответ попросился в отпуск вместе с Эвереттом и Райаном.

— Вы же разрешили ему уйти в отпуск.

— Как я мог отказать после всего, что Джек сделал для нас за два года?

— Тогда почему волнуетесь? — спросила она, кладя бумагу на стол.

— Порой он слишком рискует.

Элис с улыбкой посмотрела на шефа. Найлз очень эмоционально переживал происходящее, и в ее обязанности входило его успокаивать. Джек Коллинз в своем деле не знает равных. Сногсшибательная военная карьера, омраченная лишь тем самым скандалом по поводу политики Пентагона, из-за которого его в итоге и перевели в группу «Событие».

Карл Эверетт был копией Джека во всем, кроме характера. Именно к нему Коллинз обращался за советом в самых сложных ситуациях: например, когда не знал, как обращаться с новыми подчиненными.