Бегущие во мраке - Эд Горман

Каллиган знал, что дамочки, живущие по соседству, наблюдают за ним из-за занавесок, но это его не злило, скорее, забавляло. Здорово! Он в новой рубашке и брюках подходит к двухквартирному дому, за аренду которого ему приходилось отстегивать кругленькую сумму каждый месяц. Но такие женщины, как Кэнди Ролингз, обходились дорого.

Кэнди… Когда он впервые с ней встретился, ему показалось, что это имя звучит как-то дешево. Его родители, люди старой закалки, никогда бы не одобрили такое имя.

Но, познакомившись с ней поближе, узнав, что она любит похабные шутки и развратные мультики, впервые испытав на себе ее мастерство, когда они вместе смотрели порнуху, Том понял: имя Кэнди отлично ей подходит.

Каллиган надеялся, что на ней его любимые ярко-синие трусики-стринги. Ему нравилось входить в нее, не снимая с Кэнди этой весьма соблазнительной детали туалета.

Он постучал в дверь и огляделся. Это был самый приличный район из всех появившихся недавно в ближайшем пригороде. Все остальное – дешевые хибары в колониальном стиле, стоявшие бесконечными рядами друг напротив друга. Сам он вырос в затененном кронами трех деревьев доме, расположенном в тупике небольшой улицы, и никак не мог привыкнуть к облику современных квартир, в которых явно не хватало мебели, словно ее забыли купить. Поэтому он выбрал улицу, которая больше всего напоминала ему о детстве. Состоятельный средний класс.

Кэнди открыла дверь. На ней была футболка с надписью: «Я – девственница». Надпись пересекала пышную грудь, за которую Том отвалил кругленькую сумму во время их поездки на западное побережье в прошлом году. Пластический хирург постарался на славу. Джинсы, как всегда, подчеркивали округлую попку. Изнутри донеслись охи и ахи аудитории какого-то дневного ток-шоу. Наверное, кто-нибудь только что признался, что изменял жене с немецкой овчаркой или вроде того. Или съел свою тетю. Тема каннибализма часто обсасывалась в подобных передачах, рассказывала Кэнди.

– Пароль? – спросила она, ухмыляясь из-за стеклянной двери.

– Эрекция?

Сдавленный смешок.

– Нет, этот пароль был на прошлой неделе.

– Киска?

– А этот – две недели назад.

– О!

– Сейчас я тебе намекну.

Ему нравилась эта игра не меньше, чем ей.

– Произнесу по буквам.

– Давай.

– А-р-г-а-з-м.

Конечно же, она хотела сказать о-р-г-а-з-м, но уточнять не имело смысла. Как-то он в чем-то поправил Кэнди, и это ее просто взбесило. Девчонка уселась в кресло, которое, кстати, купил он, и раскричалась до слез:

– Ты считаешь меня тупой!

– Это не так.

– Думаешь, из-за того, что я бросила школу и сбежала с байкерами, значит, об меня теперь ноги можно вытирать?

– Послушай, Кэнди, я не считаю, что ты тупая.

Богом клянусь!

Она посмотрела на него глазами, полными слез, и сказала:

– Тогда докажи это. Купи мне что-нибудь.

– Конечно, дорогая. Что-нибудь конкретное?

– Что-нибудь хорошее. Очень хорошее.

Черт, подумал тогда он. Квартира, вся эта мебель, ее карманные деньги – все это и так уже подорвало его финансовое состояние.

– Например?

– Например, машину.

– Машину! А чем тебе твоя не нравится?

И она поведала ему, чем ее не устраивает ее машина.

И на следующий день он купил Кэнди небольшой автомобильчик, который ей так понравился.

– Оргазм.

– Правильно, оргазм. Можешь входить.

И он вошел, закрыв за собой дверь, и тут же обвил ее руками, а затем приступил к делам поважнее.