Убить Горби - Юрий Костин

– Эх, братцы, – мечтательно вещал, развалившись на стуле Вовка, – сидим в кафе, пьем мартини, как белые люди! Вы только представьте: вдруг случится, что мы встречаемся в Цюрихе…

– Почему обязательно в Цюрихе? – машинально переспросил Павел, аккуратно вынимая из пиццы кусочки венгерского сервелата и выкладывая их рядком на край тарелочки, создавая таким образом стратегический закусочный резерв.

– Какая разница? Ну, положим, не в Цюрихе, а в Берне или в Мюнхене…

– Вован по ленинским местам решил нас провести, – предположил Олег.

– Дураки, дайте договорить. Так вот, в Цюрихе, в Париже или в Каннах. Или на Трафальгарской площади. Во! Давайте встретимся на Трафальгарской площади. Что бы ни случилось, давайте, братцы, встретимся на Трафальгарской площади, у Нельсона. Идет?

– По рукам, – охотно согласился Павел, запивая колбасу красным вермутом.

– У какого, на фиг, Нельсона? – переспросил Олег.

– Эх ты, деревня тихая! Паша-сан, объясните мне, как такой колхоз попадает в блатные учебные заведения?

– Не скажите, Владимир Владимирович, каждому шестку свой… этот, как его, сверчок… Или шесток?

– Или седьмок?

– А может, восьмок?

– Накрыло меня что-то… Другими словами, должен ведь у нас кто-то кирпичи лбом разбивать?

– Да сами вы дебилы! – Олег сделал вид, что обиделся, хотя давно уже привык к шуткам друзей. – Знаю я, кто такой Нельсон. Без глаза генерал. Просто сразу не вспомнил, а вы так прямо обрадовались.

– Генерал! – Пашка схватился за бока от хохота. – Без глаза! Какой он тебе генерал? Это ж не Кутузов!

– Адмирал он, Олежа, ад-ми-рал! – вторил ему Вовка.

– Ребят, хорош, ладно, – Олег всерьез надулся. – Умные все очень, идите кому-нибудь другому свою эрудицию демонстрируйте. Я знаю ровно столько, сколько мне положено.

– Все, все, проехали, прости, – Вова налил Олегу мартини в стакан до краев. – Давайте выпьем за что-нибудь высокое и светлое, например, за…

– …Родину? – подхватил Паша.

– Тьфу, зануда. За девушек! – предложил Олег.

– Ура! За девушек! Олежка ожил! Не обижаешься больше?

Олег примирительно махнул рукой и в один присест осушил свой стакан.

– Слушайте, братцы, – вдруг предложил он, – айда к Оле в Чертаново!

– Что за Оля? – почти одновременно воскликнули Пашка и Володя.

– Оля, которая на свадьбе у Димана играла на пианино, а потом еще Вовка пытался ее на руках крутить в танце и они оба завалились на журнальный столик.

– Лучше не вспоминать, – мрачно отозвался Вовка.

– Конечно, у тебя же есть любовь, Надя твоя…

– Не трогай святое, а то получишь стаканом в лобешник, – заявил Вовка.

– То есть идея поддержки не получила? Понятно. Тогда сидите тут одни, киряйте, а я, пожалуй, позвоню ей. Тем более, она мне еще вчера хотела что-то важное сказать. Дайте двушку кто-нибудь.

* * *

Олег вернулся за стол через пять минут. Выглядел озадаченным.

– Отшила вас герцогиня, Арамис? – хмыкнул Паша.

– Как бы не так, – Олег налил всем по полному стакану вермута и перешел на шепот. – Парни, вы в курсе, кто у Оли фазер?

– Нет, а кто? – спросил Пашка.

Вовка усмехнулся и промолчал.

– Дед Пихто…

– А, ну тогда понятно… – Пашка потянулся за стаканом.

– Погоди, брат, не пей, – Олег был серьезен и выглядел абсолютно трезвым. Короче, у одного члена Политбюро дочь красавица, а внучка еще краше, такая, что ни в одном кино не увидишь.

– Лучше Оли? – перебил Вовка.

– Лучше твоей Нади, – огрызнулся Олег.

– Ребят, ну хорош! Вы меня своими девками довели окончательно, – Пашка встрял в разгорающуюся ссору. – Олег, рассказывай.

– Ладно, – Олег демонстративно отвернулся от Щедринского. – Эта внучка, угораздило ее, влюбилась в одного необычного иностранного гражданина. Тот, само собой, от нее тоже без ума. Все было бы нормально, поругал бы девчонку добрый дедушка, всего делов-то, но иностранец этот подарил девочке колечко. Вроде как в знак неофициального ангажемента.

– Чего? – уставился на него Вовка.

– Помолвки…

– И?.. Что такого? – Пашка пожал плечами. – Может, выпьем все-таки?

– Погоди, Паш. Это еще не все. Девочка в ответ преподнесла мальчику… Заметьте, мальчику из Соединенных Штатов Америки, а он, по слухам, большой ценитель антиквариата, семейную реликвию – часики. Не просто золотые, а именные, блин, подаренные деду самим Лаврентием Павловичем Берия.

– Ничего себе алаверды…. Вот дурочка, – вымолвил Вова.

Все в задумчивости замолчали. Наконец Пашку «осенило»:

– Олеж, а при чем здесь Оля?

– Как я уже говорил, папа у нее – большой человек в ЦК.

– Ты ничего не говорил про ЦК.

– Но теперь-то сказал. Можно продолжать? Спасибо. Так вот, папа в ЦК, а Оля – лучшая подружка этой нашей доброй души, что налево-направо сеет именные часы, подаренные Берией. Репутацию семьи еще можно спасти, поскольку жених не покинул страну и будет в Шереметьево через четыре часа.

Друзья переглянулись.

– Ребята, как вы думаете, – осторожно поинтересовался Олег, – можно как-то помочь девушке? Оля очень просила. Я буду ваш должник…

– Олег, – Вовка пристально посмотрел на друга. – А почему бы самой семье не подумать о собственной репутации и не забрать у парня подарок. Можно ведь все объяснить и он поймет.

– Хотели уже, – Олег в досаде чуть не уронил стаканы с томящимся в них вермутом. – Но жених не выходит на связь. По мне, все похоже на спланированную операцию.

– Так, товарищи офицеры, – воскликнул Пашка, которому перспектива принять участие в реальной детективной истории показалась заманчивой. – А что нам стоит перехватить этого Дон Жуана в аэропорту? Послужим репутации члена ЦК КПСС. Нас даже могут и наградить впоследствии.

– Лично я против, – заявил Вовка. – Ты, Паша, совсем с головой рассорился? Как перехватить? Чем? А вдруг эти часы он диппочтой отправил, мало ли что? Мы ж не знаем, что это вообще за человек, верно, Олег?

Олег сделал вид, будто поглощен остатками пиццы.

– А что, Вова, будем сидеть тут вермут пить, когда судьба дает такой шанс? – подначил друга Пашка.

– Я за вермут, – твердо заявил Щедринский. – А вы – конченые дебилы, братцы. Это не нашего уровня работа.

Друзья мрачно взглянули на Вовку.

– Впрочем, – добавил он задумчиво, – если вы оба поведете себя как дети малые, я вас не брошу.