Роковое знакомство - Полина Чернова

– Вы уже ужинали? – спросила Катрин.

– Так, немного, – ответил писатель.

– Если хотите, я что-нибудь приготовлю.

– Не стоит утруждаться, мисс Вуд!

– Если я положу в духовку два куска мяса вместо одного, ничего не изменится.

Эдмунд с благодарностью принял предложение. Он был обходительным, безобидным и приятным. Наверное, зря Катрин испытывала к нему такую неприязнь, а все опасения Джека МакГохана совершенно беспочвенны.

После ужина они выпили по бокалу вина.

– Вы можете мне дать почитать что-нибудь из своих книг? – спросила девушка.

– Вы действительно этого хотите? – Эдмунд казался польщенным.

– Возможно, таким способом мы быстрее познакомимся, – ответила она. – Говорят же, что в любое свое произведение писатель вкладывает частичку себя.

– Это верно. По-другому и не бывает. У каждого человека есть опыт и мнение, которые он при случае передает другим.

– Это, наверное, замечательная профессия, – сказала Катрин. – Вы можете сидеть за своей пишущей машинкой и мечтать, а то, что вы изливаете на бумаге, может доставить радость многим читателям.

– К этому стремится каждый автор, – сказал молодой человек.

Он поднялся к себе наверх, а когда вернулся, то держал в руках книгу с посвящением:

Прелестной, очаровательной мисс Катрин Вуд от Эдмунда Кристи.

– Большое спасибо, – поблагодарила Катрин и слегка покраснела. На обложке книги была изображена рыжеволосая девушка, стоявшая в одиночестве на скалистом морском берегу.

Роман назывался «Одинокая мечта». Далее шел подзаголовок: «Роман, который полюбят женщины и оценят мужчины».

– Как раз сегодня и начну его читать, – улыбнулась девушка.

– Надеюсь, история придется вам по вкусу, – заметил писатель.

«Если роман написан тобой, то он не может мне не понравиться», – подумала она, и приятное тепло разлилось у нее по телу. Явно не от вина. Катрин совсем не пугало, что в первый же вечер она ощутила сильное влечение к писателю. Он обладал какой-то особенно сильной харизмой.

«Сожалею, Джек, – думала она без особого сожаления, – но боюсь, что наша дружба не может дальше развиваться. Ты должен был это сразу заметить».

Примерно после девяти часов писатель отправился к себе в комнату. Катрин была бы рада поболтать с ним еще немного, но просить его остаться не стала.

Она прочитала пару страниц его книги и сразу же увлеклась обезоруживающе простой и проникновенной манерой изложения. Девушка продолжала читать, и перед ней быстро возникали яркие образы людей, вовлеченных в бурные события.

Посреди очередной напряженной книжной сцены зазвонил телефон. Катрин от неожиданности чуть не выронила книгу из рук. Она подняла трубку, но на другом конце провода молчали.

– Алло! – нетерпеливо крикнула девушка. – Кто это?

В трубке раздавались лишь потрескивания.

– Говорите же!

Затем она услышала дыхание человека, и страх моментально отрезвил ее.

* * *

– Алло! – произнесла она еще раз.

В тот момент, когда Катрин уже собиралась положить трубку, в ней раздалось едва разборчивое всхлипывание.

Девушка насторожилась:

– Кто это? – снова спросила она.

Всхлипы стали громче.

– Морин, это ты? – спросила она с тревогой.

– Да…

– Боже мой, Морин, что случилось?

– Эта свинья… он такой подонок! Ненавижу его, ненавижу!

– Кого ты ненавидишь?

– О, Катрин! Я такая несчастная… это ужасно. Хочу наложить на себя руки.

– Перестань говорить ерунду! – воскликнула Катрин.

– Нет, не ерунду… Лучше, наверное, умереть, наглотаться таблеток – и привет.

– Морин, ты вообще что ли с ума сошла? – крикнула Катрин.

– Он так и не появился, Катрин.

– Кто, Джордж?

– Конечно, Джи Джи! Я так готовилась к этому вечеру, а он взял и не пришел. Я прождала его два часа, потом решила позвонить. И представляешь, кто поднял трубку? Джудит Хикман! К ней даже в голодные годы не подойдут! Она кошмарная и плоская, как стиральная доска. Почему Джи Джи так поступает со мной?

Морин Вильсон разрыдалась во весь голос.

– Возьми себя в руки, Морин. Джордж не стоит того, чтобы ты сейчас о нем проливала слезы.

– Я прибью его. Сначала ее, потом его.

– Ты выпила?

– Полбутылки скотча.

– Морин, ты сумасшедшая. Майерсы доверили тебе детей.

– Они спят давно, а мне скучно до смерти.

– Если мистер и миссис Майерс заметят, что ты пила, то у тебя будут неприятности.

– Да мне плевать. Сейчас мне все равно. Меня все достало!

– Может, ты используешь этот вечер, чтобы постепенно одуматься?

– Оставь свои нравоучения при себе, Катрин, я в них не нуждаюсь. Я только хотела тебе поплакаться. Могу я к тебе прийти?

– А как же Сара и Ребекка?

– Я же сказала, они спят.

– Послушай, ты там сидишь для того, чтобы следить за детьми. Ты не можешь просто так взять и уйти из дома.

– Да я же ненадолго и скоро вернусь.

– У тебя совсем нет совести?

– Да черт с ней!

– А если с детьми в твое отсутствие что-нибудь случится?

– Что с ними может случиться?

– Они могут проснуться и испугаться, что никого нет, могут задохнуться во сне, если их вырвет. Боже, я что, должна перечислить все, что может произойти?

– Но мне нужно с кем-то поговорить, – сказала Морин.

– Мы можем по телефону.

– Я ненавижу Джи Джи.

– Я знаю, ты на него больше никогда не взглянешь, – сказала Катрин, хотя знала, что это не так. Если Джордж Дженнистон позвонит Морин утром, то она от радости снова в обморок упадет. У каждого человека есть мечта, у Морин этой мечтой был Джи Джи.

– Верно, я на него никогда больше не посмотрю. Для меня Джи Джи умер, – крикнула Морин и снова расплакалась. – Почему он так поступил со мной, Катрин? Ты не знаешь?

– Мы не знаем, что сделала Джудит, чтобы оставить его дома.

– Я пристрелю ее. Куплю винтовку и пристрелю прямо посреди улицы.

Катрин рассмеялась:

– Ты хочешь бегать за ней, как охотник, по всему Ридону с винтовкой, пока не поймаешь?

– Ты не принимаешь меня всерьез.