Путевой обходчик - Валерий Кречетов

— Не понял, — сухо сказал он. — А что должно случиться? Ты пел нам, что абсолютно в нем уверен.

Костя изобразил на лице улыбку:

— Гром, ты не понял, я в нем уверен. Да расслабься ты. Придет он, куда денется.

— Придет, — сурово повторил Иркут, проводя ладонью по стриженной под машинку голове. — У нас менты на хвосте, а мы будем его ждать?

— Вот человек! — усмехнулся Костя. — Тебе ж говорят — Шплинт с минуты на минуту будет. Совсем, что ли, невтерпеж?

Гром достал из сумки фляжку с водкой. Отпил пару глотков, протянул Иркуту, однако тот отрицательно покачал головой. Гром хотел дать фляжку Косте, но наткнулся на пристальный взгляд Кати.

— Тоже хочешь? — спросил девушку Гром.

Катя покачала головой.

— Захочешь — скажи. — Гром закрутил фляжку и сунул в сумку, так и не предложив Косте.

Тот сглотнул слюну и обиженно проговорил:

— Мог бы и мне дать.

— Ты не заслужил, — холодно ответил Гром. — На нас из-за тебя мертвые менты висят.

Костя вытаращил глаза:

— Я не понял, Гром, чего ты на меня наезжаешь? Я ведь действовал по обстановке. Еще секунда, и вот этот усатый открыл бы огонь. — Он повернулся к Пахомову: — Правда, мент?

Пахомов отвернулся.

— Два мертвых мента — это перебор, — мрачно заявил Гром.

Костя пожал плечами:

— Ну и что? Какая разница, Гром, одним ментом меньше, одним больше…

Гром пристально посмотрел на Костю, и тот неохотно отвел взгляд. Девушки испуганно молчали. Иркут разглядывал стены, небрежно посвечивая на них фонарем. Пахомов угрюмо смотрел в пол.

Наконец, потеряв к Косте интерес, Гром отошел в сторону и посмотрел на часы. Что-то мысленно прикинул, затем зажег фонарь и, чтобы хоть как-то убить время, тоже принялся рассматривать туннель.

Однако убить время стремился не он один. Костя немного послонялся вокруг бочки, затем остановил взгляд на девушках, и глаза его замаслились. Похабно усмехнувшись, он схватил милиционера за шиворот и стащил с ящика.

— Извини, кореш, ты сел на мое место!

Девушки испуганно уставились на Костю.

Он вальяжно перебросил ногу через ящик и уселся на место Пахомова. Затем, продолжая ухмыляться, обнял девушек за шеи и притянул к себе.

— Ну чё, девчонки, устали? — весело спросил он. — Ничего, скоро все кончится.

Пахомов поднялся на ноги, обошел ящик и, покосившись на Костю, сел напротив девушек.

— Вам, девчонки, неслыханно повезло, — продолжал разглагольствовать бандит. — Вы попали на незабываемую прогулку по заброшенному московскому метро. Настоящие туристы только мечтают об этом, а вам — на халяву! Во время прогулки вас будет сопровождать ваш покорный слуга, он позаботится о том, чтобы она была легкой, несмотря на неправильно выбранные костюмы, и приятной во всех отношениях.

Девушки молчали. Тогда Костя наклонился к Кате и поинтересовался:

— Поелозить не хочешь? Время найдем.

Катя испуганно вздрогнула, а Ольга с неожиданной злостью проговорила:

— Отвяжись от нее!

Костя повернулся к блондинке:

— Ревнуешь? — весело спросил он. — Будешь второй. Меня на обеих хватит. Эх, девчата, нам ли быть в печали!

Костя омерзительно захихикал и опустил пятерню Кате на грудь. Девушка взвизгнула, а Ольга, выкрикнув что-то яростное, ударила Костю по лицу.

— Су-ука, — зашипел бандит, отшатнувшись и багровея от ярости. — Да я тебя… — Он схватил Ольгу за волосы и резко нагнул к своему паху. — А ну, сука, грызи! Грызи, сказал!

— Отвали от нее! — рявкнул вдруг Пахомов.

Костя выпустил Ольгу и перевел удивленный взгляд на старшего сержанта:

— Это кто там вякает? Хочешь вместо нее, педрила?

Костя осклабился, шмыгнул носом и смачно сплюнул Пахомову на ботинок. Поднялся с ящика, вразвалку подошел к старшему сержанту, остановился перед ним, замер на мгновение, а затем ударил милиционера носком ботинка в лицо.

Пахомов навзничь повалился на землю и зажал лицо ладонями.

— Убери руки, сука ментовская!

Костя еще несколько раз пнул Пахомова, стараясь попасть по голове. Девушки испуганно прижались друг к другу.

— Слышь, братан, — лениво окликнул Костю Иркут. — А руки ему слабо развязать? Бить связанного здоровья у любого хватит.

— И развяжу, — прорычал Костя. — Ну что, мент, хочешь схлестнуться? Покажешь, на что способен?

В ответ Пахомов хлюпнул окровавленным носом. Бандит засмеялся и достал из кармана кастет с шипами:

— Ну все, мент, молись.

Он двинулся на старшего сержанта и замахнулся кастетом, однако Гром перехватил его руку.

— Ты чего? — удивился Костя. — Жалеешь мента?

— Плевать я хотел на мента, — резко возразил Гром. — Лучше скажи, где твой Шплинт?

— Где-где… В пути, наверное. Да увидишь скоро, не парься!

Гром вновь, как и в прошлый раз, пристально и холодно посмотрел Косте в глаза и едва заметно покачал головой. Костя поежился под его взглядом и натянуто улыбнулся:

— И чё вы с Иркутом такие нетерпеливые?

Гром выпустил Костину руку из своей лапы и посмотрел на Иркута. Тот усмехнулся, пожал плечами и отошел в сторону.

Это произошло через несколько минут после того, как Костя схлестнулся с Пахомовым. По стенам туннеля вдруг пробежала легкая дрожь. Усилился шум капающей воды. Где-то заскрежетало железо.

— Что за черт? — испуганно воскликнул Костя. — Гром, ты слышал это? Иркут, ты слышал?

Ни Гром, ни Иркут ничего не ответили. Их взгляды были направлены во тьму уходящего вдаль туннеля. И вновь по туннелю пробежала дрожь, словно по стенкам пищевода гигантского червя. А из невидимых трещин посыпался песок и засочилась вода.

Некоторое время все молчали, ожидая чего-то страшного. Но ничего не произошло. Первым заговорил Гром:

— Видимо, где-то рядом ветка обычного метро. Прошел поезд, и стены срезонировали.

— Похоже на то, — согласился Костя. — Иркут, как думаешь?

Иркут промолчал, лишь оглядел стены тревожным взглядом и мрачно усмехнулся, словно холодная усмешка могла помочь избавиться от страха.

Пахомов сидел на земле и отплевывал кровь. Ольга наклонилась к нему, покосилась на Костю — не видит ли, тихо спросила:

— Сильно он вас?

— Жить буду, — ответил милиционер.

— Давайте я помогу вам встать.

Ольга протянула руки, но Пахомов покачал головой: