Вечная месть - Крейг Расселл

И уж конечно, это был идеальный район города для проживания, если вы активист левого крыла «зеленых». Шанценфиртель обладал всеми свойствами «крутого»: это был самый мультикультурный район Гамбурга, и огромное количество модных ресторанов, работающих тут, означало, что здесь представлена кухня почти всех народов мира. Арт-хаузные кинотеатры, театры под открытым небом в Штерншанцен-парке и достаточное количество уличных кафе делали район еще более перспективным. Но хватало тут и социальных проблем, главным образом связанных с наркотиками. Это было такое место, где вы постоянно вращаетесь, где носят модные вещи из магазинов секонд-хэнд, но где, сидя за столиком уличного кафе и потягивая контрабандный мокко, вы стучите по клавиатуре своего ультрамодного, ультра-тонкого, ультрадорогого титанового ноутбука.

Жилище Ганса Йохима Хаузера находилось на нижнем этаже солидного многоквартирного дома постройки 1920-х годов в центре квартала, неподалеку от перекрестка Штреземаннштрассе и Шанценштрассе. Возле дома стояли несколько полицейских машин сине-серебряного цвета, недавно появившихся в арсенале полиции Гамбурга. Тротуар напротив входа в дом ограждала лента в красно-белую полоску, которой обычно ограничивали место преступления. Фабель приткнул свой «БМВ» позади одной из патрульных машин, и находившийся за ограждением полицейский в форме решительно двинулся ему наперехват. Фабель вылез из машины и, направляясь к дому, на ходу показал овальный жетон уголовной полиции. Полицейский тут же потерял к нему интерес.

Вернер Майер поджидал Фабеля в дверях квартиры Хаузера.

— Мы пока не можем войти, Йен. — Жестом он указал в ту сторону, где чуть дальше по коридору Мария разговаривала с молодым мужчиной мальчишеского вида в комбинезоне судмедэксперта.

Хирургическая маска болталась у него на шее, а капюшон был стянут с густой копны черных волос, полностью открывая бледное лицо в очках. Фабель узнал в нем Франка Грубера, заместителя Хольгера Браунера. Это его археологическую подготовку он обсуждал с Шевертсом и Браунером. Грубер с Марией явно беседовали о месте преступления, но Грубер при этом держался непринужденно, а вот Мария, как заметил Фабель, наоборот, напряженно прислонилась спиной к стене, скрестив руки на груди.

— Гарри Поттер и Снежная королева, — сухо заметил Вернер. — Неужели правда, что эти двое — пара?

— Понятия не имею, — соврал Фабель. Мария на работе свою личную жизнь напоказ не больно-то выставляла, как и свои эмоции. Но Фабель был там — только он один, — когда она лежала на земле практически при смерти, после того как ее пырнул ножом, пожалуй, самый опасный убийца из всех, на которых доводилось охотиться их команде. Фабель разделил с Марией тяжелые, растянувшиеся до бесконечности минуты до прибытия вертолета «скорой помощи». И разделенный страх, эта вынужденная близость, связал их некими неясными узами. И за прошедшие с тех пор два года Мария иногда посвящала шефа в некоторые мелкие события своей личной жизни. Но только в те, которые могли как-то повлиять на ее работу. И одним из таких секретов был ее роман с Франком Грубером.

Грубер закончил разговор с Марией. Коснувшись ее локтя прощальным жестом, он направился обратно в квартиру. Что-то в его жесте встревожило Фабеля, причем вовсе не непринужденность, а скорее то, что Мария еще больше напряглась при этом. Словно ее слегка ударило током.

Мария подошла к входной двери.

— Нам еще туда нельзя, — объяснила она. — Груберу и впрямь сильно усложнили работу. Убийцу — женщину — застали в тот момент, когда она уничтожала следы на месте преступления. И судя по всему, она слишком хорошо с этим справилась, так что экспертам практически невозможно отыскать что-нибудь стоящее. — Она пожала плечами. — Хотя, думаю, это несущественно в данном случае. Захваченный на месте преступления убийца — самая хорошая улика, других и не надо.

Фабель повернулся к Марии:

— Подозреваемую застали за уборкой места преступления… Кто застал?

— Приятель Хаузера… — ответила Мария. — Очень молоденький и красивый приятель Хаузера по имени Себастьян Ланг, который заметил незапертую дверь… Хотя, судя по всему, у него имеются свои ключи.

Фабель кивнул. Ганс Йохим Хаузер никогда не делал секрета из своих сексуальных предпочтений.

— Ланг пришел, чтобы забрать что-то из квартиры, прежде чем пойти в город на ленч, — продолжила Мария. — Услышал шум в ванной и, полагая, что там Хаузер, зашел и застал убийцу в процессе уборки.

— Где подозреваемая? — спросил Фабель.

— Патрульные увезли ее к нам, — ответил Вернер. — Она производит довольно странное впечатление. От нее не смогли добиться ничего путного — бормотала только, что еще не закончила уборку.

— Ясно. Коль уж нас пока не пускают на место преступления, может, нам стоит вернуться в офис и допросить подозреваемую? Но прежде я хочу, чтобы доктор Экхардт провела психиатрическую экспертизу. — Фабель достал мобильник и нажал на быстрый набор.

— Институт судебной медицины… доктор Экхардт слушает… — Голос в трубке принадлежал женщине: глубокий, теплый и с легким баварским акцентом.

— Привет, Сюзанна… Это я. Как дела?

— Хочу обратно на Зюльт, — вздохнула она. — Что стряслось?

Фабель сообщил об аресте женщины в Шанценфиртеле и объяснил, что хотел бы, чтобы Сюзанна осмотрела задержанную, прежде чем приступят к допросу.

— У меня все забито до середины дня. Четыре вечера подойдет?

Фабель посмотрел на часы. Половина второго. Если ждать экспертной оценки, то допросить подозреваемую до вечера не получится.

— Ладно. Но, думаю, предварительный допрос мы все же проведем.

— Хорошо. Встретимся в штаб-квартире в четыре. Как зовут подозреваемую? — спросила Сюзанна.

— Погоди… — Фабель повернулся к Марии: — Как звать женщину, которую задержали?

Мария раскрыла блокнот и пару секунд просматривала записи.

— Драйер, — сказал она наконец.

— Кристина Драйер?

— Да, — удивленно посмотрела на Фабеля Мария. — Ты ее знаешь?

Фабель, словно не услышав Марию, сказал Сюзанне:

— Я тебе перезвоню. — Убрав мобильник, он бросил Марии: — Давай сюда Грубера. Скажи ему, что мне наплевать, на какой там стадии его эксперты. Я хочу видеть место преступления и жертву. Немедленно.

14.10. Шанценфиртель, Гамбург

Было очевидно, что Грубер осознал тщетность попыток не допустить команду из Комиссии по расследованию убийств на место преступления, но с непререкаемым авторитетом, плохо сочетавшимся с его почти мальчишеской внешностью, потребовал, чтобы вместо обычных бахил и латексных перчаток детективы облачились в полный рабочий комбинезон криминалистов и надели маски.

— Она нам практически ничего не оставила, — пояснил Грубер. — Я сроду не видел столь тщательно выскобленного места преступления. Она прошлась почти по всем поверхностям хлоркой или хлорным раствором. А хлорка уничтожает практически все улики и необратимо портит уцелевшие образцы ДНК.