Фотография из Люцерна - Уильям Байер

Нажимаю «Отправить». Какова вероятность, что она ответит? Думаю, один к трем.

Я сажусь на экспресс до Сан-Франциско и отправляюсь к Рексу. Он хотел обсудить со мной роль в его новом проекте.

В центре его гостиной я обнаруживаю шест. Рекс желает проверить мои таланты?

Отлично! Сейчас, приятель, будут тебе яркие впечатления!

Однако едва я начинаю раздеваться, Рекс изумленно спрашивает:

– Какого черта ты творишь?

– Ты же хотел посмотреть, что я умею, нет?

– С чего бы? Я уже видел, в «Черных зеркалах».

– Тогда зачем здесь шест?

– Я упражняюсь.

– Серьезно?

– Ну да. – Он смотрит слегка смущенно. – Потом покажешь мне пару движений, ладно? Но сначала давай обсудим роль.

Мы садимся. Его просторная квартира – никак не хибарка – залита солнечным светом. На стенах гостиной – театральные афиши, на полках – макеты декораций и книги по актерскому мастерству и истории театра.

– Ты – шикарная девица из эскорт-услуг, – объясняет он. – Скажем, полторы тысячи за вечер. Майк, наш клиент, узнает тебя по фотографии и по красному платью: он подойдет, ты пригласишь его присесть, вы поговорите – примерно как на встречах вслепую, – представляешь же? – и ты проявишь нешуточный интерес к его занятиям. Совсем как девица по вызову: она делает вид, что безумно заинтересовалась клиентом, хотя оба знают, что ее интересуют только его деньги. Расплатится – и пусть проваливает.

– Шикарная девица в первом акте. Поняла. А что во втором акте?

– Во втором акте, сцена вечеринки, ты должна выглядеть не такой шикарной и совершенно замученной. Ты узнаешь Майка, но мотаешь головой, пытаясь его предостеречь, затем ускользаешь. А позже он мельком увидит тебя в комнате, где происходит оргия. Ты будешь в одном белье, со смазанным макияжем, а еще он заметит, как один из головорезов тебе что-то колет, вероятно, героин.

– Акт третий?

– Ты дошла до точки, села на иглу. Шикарная девушка, которую он встретил в «Редвуде», теперь ведет себя как дешевая шлюха. От шеста ты направляешься к нему, подзываешь к себе, изображая ртом непотребные движения. Все это… чрезмерно. Майк видит у тебя на руках следы уколов и приходит в ужас. Однако не может отвести от тебя глаз, поскольку его к тебе по-прежнему тянет. Тут ты падаешь, словно от передоза, и те громилы, что увели тебя из бара, стаскивают тело с помоста.

– Да уж, настоящая драма. Думаю, у меня получится.

– Не сомневаюсь! Тебе будет интересно играть второй и третий акт. Но сцена в баре – самая важная. Ты должна быть по-настоящему соблазнительной, эскорт-леди высшего класса. Все дальнейшее зависит от того, удастся ли подцепить клиента на крючок. Если нет, твое падение его не тронет.

– Допустим, я сыграю испорченную богатую девчонку, для которой настали плохие времена? Как в песне Боба Дилана, помнишь?

Рекс энергично кивает.

– Вот, самое то!

– А можно предложить дополнение? Правда, потребуется нанять еще одного актера, но думаю, оно того стоит. Знаешь, такой типаж – бандит, жирный, отвратный, и у него в руках вся власть. И, чтобы получился настоящий нуар, пусть сжимает в зубах незажженную сигару. Ему нравится наблюдать, как я опускаюсь, он сидит в лимузине рядом с баром и ждет. Пусть клиент увидит его, когда головорезы поволокут меня из бара. А во время стриптиза он будет стоять рядом со сценой и любоваться картиной моего падения. Клиент снова его заметит, а поскольку уже дважды встречал раньше, поймет, что я у бандита в рабстве. Клиент будет испытывать одновременно и отвращение, и экстаз, поскольку, при всей его порядочности, какая-то сторона его личности тоже радуется возможности наблюдать за моей деградацией.