Изгнанник - Аллан Фолсом

18.50

Николас Мартен буквально на шаг отставал от своего провожатого. За углом начинался коридор, который вел прямиком к деревянной двери, покрытой затейливой резьбой. Пол коридора был устлан ковром, а каменные стены словно омыты светом ламп, установленных в потолке в углублениях. Впрочем, Николасу было не до красот интерьера: его не покидало такое чувство, будто он по собственной воле идет в какую-то средневековую темницу. Он искренне жалел, что сейчас рядом нет Коваленко. Одновременно не давали покоя мысли о том, где тот сейчас может находиться и почему не вернулся.

Предоставленный хозяевами смокинг, который поначалу казался удобным и хорошо сидел, вдруг стал невыносимо тесен. Мартен потянулся рукою к горлу, чтобы несколько ослабить галстук, как будто это движение могло ему помочь. Не помогло. Лишь выяснилось, что его ладони взмокли, да и весь он покрылся потом.

«Расслабься, — приказал он сам себе. — Расслабься, ведь ты еще ничего не узнал наверняка».

— Вот мы и прибыли, месье. — Лакей постучал в дверь.

— Oui, — прозвучало изнутри.

— Месье Мартен, — сообщил лакей.

Дверь открылась, хотя и не сразу. В проеме собственной персоной предстал Александр Кабрера, облаченный в великолепный черный смокинг и рубашку с оборками на груди. На шее у него красовался бархатный галстук-бабочка.

— Добро пожаловать, Николас, — гостеприимно улыбнулся он. — Пожалуйста, заходите.

Мартен неторопливо вошел в библиотеку виллы «Энкрацер» с ее кожаной мебелью и стенами, сплошь заставленными книгами. Свежие поленья в мраморном камине только-только занялись огнем, и комнату наполнил характерный запах дуба. На диване напротив камина в горделивой позе сидела красивая дама, которой было около пятидесяти или чуть больше. Ее черные волосы были собраны на затылке в пучок. На ней была длинная желтая туника, на плечах — горностаевая накидка. В ожерелье чередовались нити некрупных бриллиантов и рубинов. Крохотные бриллианты, собранные в сверкающие гроздья, отягощали мочки ушей.

Мартен услышал, как за его спиной Кабрера закрыл дверь.

— Позвольте представить вам баронессу де Вьен, Николас. Это мой любимый ангел-хранитель.

— Искренне рада познакомиться с вами, месье Мартен. — Баронесса говорила по-английски с французским акцентом, как и Кабрера. Она протянула руку, и Мартен, склонившись, пожал ее.

— И я очень рад, — учтиво ответил он.

Баронесса проявила радушие, как если бы в самом деле рада была видеть его. И все же, когда он выпустил ее руку и отступил на шаг назад, взгляд баронессы оставался все таким же пристальным. Он почувствовал себя неуютно — создавалось впечатление, что тебя намеренно изучают, выискивая в тебе даже мельчайшие изъяны и слабости.

Мартен взглянул на Кабреру:

— Так где же Ребекка?

— Будет с минуты на минуту. Не желаете чего-нибудь выпить?

— Минеральной воды, если можно.

— Конечно.

Мартен проследил, как Кабрера идет к маленькому бару в противоположном углу библиотеки. Он выглядел точно таким же, как на фотографиях, которые показывал Коваленко. Высокий, худощавый, борода и черные волосы аккуратно подстрижены. В последний раз он видел Реймонда, когда пришлось вступить в конфронтацию с Полчаком, Ли и Вальпараисо, а также и Хэллидеем, прежде чем тот перешел на сторону Мартена. Они встретились в кошмарной перестрелке у вагона поезда «Метролинк». Реймонд был тогда практически лыс, пытаясь выдать себя за убитого Йозефа Шпеера. И не только в волосах дело. Совершенно иным было лицо — более четкие черты, не такой большой нос. И глаза — раньше они были голубовато-зелеными, а теперь черны, как ночь. Конечно, без помощи контактных линз тут не обошлось. Но в любом случае, если это Реймонд, то хирург проделал просто гениальную работу, изменив внешность человека до полной неузнаваемости.

— Что вы такого интересного во мне заметили, Николас? — приблизился к нему Кабрера с хрустальным бокалом минеральной воды в руке.

— Пытаюсь оценить человека, который женится на моей сестре.

— Ну и сколько очков я набрал? — незлобиво улыбнулся Кабрера, подавая бокал.

— Хотелось бы выслушать еще и саму Ребекку. Похоже, вы завладели ее сердцем.

— Отчего бы нам не позвать ее? Сами обо всем ее и расспросите. — Александр подошел к маленькому столику у стены и нажал на нем кнопку.

Через несколько минут в дальнем конце комнаты распахнулась дверь, и вошла Ребекка. У Мартена перехватило дыхание. Она была не только жива-здорова, но и сногсшибательно красива, особенно в этом вечернем платье.

— Николас, — отрывисто произнесла сестра, завидев его. В какое-нибудь мгновение она перепорхнула через всю комнату и заключила его в объятия. Ее глаза наполнились слезами, но все равно она смеялась:

— Я так хотела сделать тебе сюрприз!

Мартен отступил немного, чтобы получше разглядеть ее, и только в этот момент заметил изумрудное ожерелье и серьги из жемчужин и бриллиантов.

— Сюрприз удался, Ребекка. Так что не переживай.

— Александр, — внезапно отстранилась она и подалась в сторону Кабреры, — расскажи ему. Прошу тебя.

— Думаю, вначале вам лучше будет познакомиться с моим отцом. — Кабрера нажал на ту же кнопку, только теперь бросил несколько негромких слов в небольшой микрофон рядом с нею. — Пожалуйста, — произнес он в заключение, после чего обернулся: — Он отдыхал, но очень скоро придет.