Дикий остров - Брайони Пирс

– Она о загадке, Грейди. – Лиззи подавила смешок. Она легко перепрыгнула булыжник, который преграждал нам путь вдоль берега.

– Его можно почувствовать, но нельзя увидеть. Оно разрушает, но разрушить его нельзя. – Кармен самодовольно тряхнула головой. – Да я жгу!

Уилл пробормотал:

– Очень даже может быть. Но давайте подумаем еще. – Он остановился, чтобы свериться с картой. – Отсюда пойдем вглубь острова. Нам туда. – И Уилл указал в сторону болот.

– Хотя бы от ветра укроемся, – Лиззи дрожала. – Мы высохли, но зато похолодало.

– На солнце согреемся. – И Грейди подставил свое лицо солнечным лучам. – Нужно только спуститься со скалы.

Я достал бинокль, протер от влаги линзы и поднес его к глазам. После короткой настройки фокуса широкие просторы болот стало возможным рассмотреть совсем вблизи. Впереди мерцало озеро. Я прикинул, что мы, должно быть, доберемся до него меньше чем за час. Я показал ребятам на рощицу вдалеке, где приметил другую команду.

– Вот вам и доказательство, что мы идем правильно, – ухмыльнулась Кармен.

– Если это восьмая команда, то они опережают нас минут на двадцать, – сообщил Грейди, передавая остальным пакетик с грушевыми леденцами. – Мы уже отстаем.

– Если это восьмая, – я закинул конфету в рот, – но из того, что нам известно, следует, что это первая команда, а значит, мы неплохо справляемся.

Лиззи кивнула:

– Давайте не будем гадать, а просто пойдем.

– Да, ради миллиона фунтов можно и ускориться, – предложила Кармен.

– О’кей, – Лиззи поплотнее затянула свой рюкзак, – никто не против пробежаться?

Грейди спрятал леденцы, и мы понеслись через болота, вздымая кучи грязи, давя траву и страшно отдуваясь под тяжелой ношей.

Земля мелькала у меня под ногами. Я давил цветы, чертополох и выжженную траву. Вскоре мы достигли бурного ручья и стали трусцой продвигаться вдоль него. Я не смог противостоять соблазну и сделал остановку, упал на колени и плеснул холодной водой себе в лицо.

Увидев это, Лиззи подняла руку, предлагая всем немного передохнуть.

Кармен свалилась рядом, жадно присосавшись к бутылке с водой. Напившись, она удовлетворенно запрокинула голову, подставляя солнцу бледную шею. Лиззи наполнила свою флягу из ручья и закинула в нее очистительную таблетку.

– Тебе не кажется, что вода и так достаточно чистая? – Я скептически поднял брови. Ручей был прозрачен, как слеза.

Лиззи шмыгнула носом:

– Я даже в очках не могу разглядеть микробов. А ты?

– Это вряд ли. – Я улыбнулся ей. Лиззи закинула флягу в рюкзак и последовала моему совету, ополоснув руки и лицо. Капли сверкали на ее кистях, которые теперь казались особенно нежными и хрупкими, словно прожилки на осенней листве.

Черной молнией мимо нас мелькнула выдра, ловко маневрируя между камней, и с поразительной быстротой скрылась вверх по течению.

– А вы знали… что у нас… в воду добавляют химикаты, чтобы феминизировать мужчин? – Грейди жадно припал к воде, так что у него захватывало дыхание. – Вот почему в последнее время почти нет протестов против правительства. У населения слишком мало… тестостерона в крови.

Лиззи с улыбкой покачала головой.

– Грейди, как ты только жив еще с таким рюкзаком? – спросила она. – Ты успеваешь за нами?

– Ничего, как-нибудь справлюсь. – И с этими словами он уперся руками в колени, чтобы отдышаться.

– А мы хорошо идем! – Лиззи сверилась с часами. – Закатом еще и не пахнет. Может быть, мы даже доберемся до третьей точки за сегодня, что скажете?

Уилл стоял немного поодаль, дожидаясь, когда мы снова тронемся. Он задумчиво постукивал по часам:

– Миллион фунтов, значит?

Лиззи вскочила на ноги:

– Покажи, куда дальше.

Уилл развернул карту, а потом указал вдаль:

– Видишь вон то озеро? – Его водная гладь сверкала примерно в километре от нас. – Нам туда.

Когда Уиллу исполнилось четыре, у мамы почти не осталось друзей, за исключением парочки несгибаемых ретроградов: тетушек Роз и Энн.

Я еще помню нашу последнюю встречу с моим лучшим другом Мэтью. Тогда тетушка Энн уже носила под сердцем его младшую сестру. Уилл подошел к тетушке и спросил, правда ли, что у нее в животе ребенок.

Та кивнула:

– Да, Уилл, правда. Ты тоже раньше жил в животике у своей мамы.

Уилл вперил в нее немигающий взгляд, а затем так же молча удалился. Тетушка Энн одарила маму и Мэтью теплой улыбкой, а я продолжил играть своими паровозиками.

Следующее, что я помню, это пронзительный крик тетушки Энн. Уилл подкрался к ней, держа в руках толстую книгу в жестком переплете, и что было мочи ударил ее в живот.

Все это время он сохранял задумчивое выражение лица.

– Я так больше не могу, Кэрри. – Тетушка Энн, всхлипывая и держась за живот, увела Мэтью. – Он совершенно вышел из-под контроля. Ты воспитала чудовище – никогда его не ругаешь, не наказываешь, – а что же будет, когда он пойдет в школу?

Уходя, она вытолкнула Мэтью через дверь и сказала, что больше мы с ним никогда не увидимся.

После этого мама прижала к себе Уилла и целый час его укачивала. Им было наплевать, что я только что потерял лучшего друга.

К озеру мы подошли уже легкой трусцой.

– Мне пора привести себя в форму. – Кармен остановилась, тяжело дыша.

– Тогда немного пройдемся, – Лиззи протерла рукавом запотевшие очки, – но все же стоит поддерживать темп хотя бы до той рощи. – Она продолжала бежать на месте.

Грейди задыхался и едва мог говорить. Он снова уперся руками в колени и затрясся.

– Диос, Грейди, у тебя сердечный приступ? – уставилась на него Кармен.

Тот поднял руку в знак того, что все еще жив.

– Миллион фунтов – это, конечно, хорошо. – Ия похлопал друга по спине. – Но мы бы не хотели загнать тебя до смерти.

– Погодите-ка! – С этими словами Кармен бросилась к маленькому островку травы, укрытому наклонившимся к нему камнем. Под каменным выступом выросла целая колония грибов. – Вы только гляньте!

– Кар, не срывай их, это же дикие грибы, – предупредил я, пожимая плечами, – они могут быть ядовиты.

– Конкретно эти – нет, чико. – Кармен наклонилась и сорвала три гриба. – Ты их не узнаешь?

Уилл наклонился к ее руке, сжимавшей добычу, и огласил вердикт:

– Галлюциногены.

– Именно! Кариньо^[17], это волшебные грибы. Каждому по чуть-чуть.