Отмеченная судьбой - Альбина Нури

— А я-то откуда знаю! — откликнулся Витек. — Может, на солнце перегрелась?

— Хочу в сад, — верещала Ксюша. — А там тетя!

— Где? — удивилась Вера.

— Там! — Девочка показывала пальцем на зеркало.

— Малыш, там никого нет. Наверное, это просто наши отражения.

— Нет, там тетя! — упорно твердила девочка. — Хочу в сад!

Витек взял ребенка за руку.

— Пошли, пошли, доча.

Они вышли из дома. Подруги переглянулись.

— Извини, Вер. — Светлане было неловко.

— Да брось, это же ребенок. Мало ли что ей показалось. Просто думала, вы у меня заночуете, а Ксюша теперь не захочет. — Вера огорчилась чуть не до слез.

— Мы бы так и так уехали — Витек любит дома ночевать, — попыталась успокоить ее Светка.

— Пойду отнесу полотенца в баню, а ты возьми лечо, овощную икру и маринованные грибы из холодильника. Они в вазочках. Я тут у одной старухи купила — ум отъешь.

Вера взяла приготовленные полотенца и вышла.

«Вот еще один человек, которому не по душе мой дом, — уныло думала она, — такое впечатление, что здесь плохо всем, кроме меня».

Через полтора-два часа, выпив бутылку вина и основательно закусив, Света и Вера отправились в баню. Ксюша — с ними. Витек решил пойти после женщин, а пока дожарить шашлыки. Света быстро вымыла дочку, одела ее, розовую и горячую, в предбаннике и отправила к отцу.

Подруги решили выпарить лишний жирок и вдарить вениками по целлюлиту. Распаренные и расслабленные, отхлестав друг друга по бокам и натерев животы медом с солью, подружки валялись на лавке и болтали.

— А вообще что ты решила?

— В смысле? — лениво осведомилась Вера.

— С домом. Оставишь как дачу? Или продашь?

— Продать не продам. Место непопулярное, от трассы далеко, — задумчиво заговорила Вера, — народ избалованный пошел, за нормальные деньги никто не купит. А дешевить не хочется — дом хороший, участок большой, баня.

— Угу, — неуверенно промычала Светка.

— Можно, конечно, как дачу оставить, летом приезжать. Но я собираюсь здесь жить.

Вера вдруг отчетливо поняла, что именно этого и хочет больше всего: остаться здесь навсегда.

— Ты уверена? А работа? От города же далеко!

— Придумаю что-нибудь. Я неделю через неделю работаю. Можно машину в кредит взять. Права у меня есть.

— Можно, — нерешительно подтвердила Светка.

— А что — лучше по съемным квартирам мотаться? — Вера начала заводиться, чувствуя внутреннее сопротивление подруги.

— Вер, разве ты сможешь жить в деревне? — вдруг горячо заговорила Света. — Здесь же одни старики, а если они помрут? Ты одна останешься? В чистом поле! Не страшно?

— «Страшно»! — передразнила Вера. — Что ты, как Ксюша!

— Между прочим, меня тоже твой дом пугает! — выкрикнула Света и осеклась.

— Как? — опешила Вера. — Тебя? Чем пугает? Я живу здесь неделю, и все отлично.

— Ладно, извини, — промямлила Светка.

Но Вера закусила удила. Что такое в самом деле? Что за детские игры?

— Нет, не ладно! Ничего не ладно! Договаривай! Что такого в моем доме?

Светлана стремительно соскочила с лавки и ополоснула лицо прохладной водой.

— Только не сердись, Вер. Просто когда ты ушла с полотенцами, я осталась одна в доме. — Она замялась. — И мне показалось, за мной кто-то следит! Как будто даже дышит. Ты меня знаешь, я не психичка, но… Я полезла в холодильник, достала все и боковым зрением вижу — в коридоре что-то движется!

— Чушь какая!

Вера тоже села и, нахмурившись, слушала подругу.

— Нет, не чушь! Никакая не… В общем, я вышла в коридор, думала, может, ты вернулась, — сбивчиво, глотая слова, говорила Света. — В твоей спальне — шаги! Очень четко было слышно! Шаги и такой звук, как будто кто-то раздвинул занавески. Захожу в спальню — никого!

— Конечно, никого! Свет, ты что? — Раздражение закипало, нарастало, поднималось откуда-то изнутри. Вера с трудом сдерживалась, чтобы не наговорить грубостей.

— Да то! — выкрикнула Света. Волнение мешало ей сформулировать мысли, она запиналась, видела, что подруга ей не верит, и это выводило ее из себя. — Мне стало страшно, как в ужастике, чуть всю посуду не перебила! Взмокла вся! Из спальни выскочила и бегом к двери. А потом… Не знаю, как объяснить… Мне показалось, что коридор удлиняется! Как во сне, идешь, идешь — и в то же время топчешься на месте. Прошла мимо двери — а она опять рядом! Знаю, как это звучит! — Светлана предостерегающе подняла руку. — Но все было именно так! Я как начну молиться: Господи, говорю, помоги мне выйти! Зажмурилась, пошла и уперлась лбом в дверь.

Света откинула волосы со лба и перевела дух.

— Короче, я бы ни за что в твоем доме не стала ночевать. Даже одну ночь! А уж жить!.. Ребенок, Вера, тоже, между прочим, почувствовал, — с победной ноткой в голосе закончила она.

Вера чувствовала себя странно. Она слышала Свету и… не слышала. Уши заложило, подступила тошнота. В ней душной тяжелой волной поднималась ярость. Захотелось взять что-то тяжелое и ударить Светку изо всех сил! Бить ее, бить, пока та не заверещит, как свинья на бойне. Она и есть мерзкая свинья! Жирная и противная, с этими уродливыми складками на животе и боках.

«Я пригласила ее в свой дом, а она пытается его опоганить!»

Ненависть к Свете буквально перехватила горло.

«Грязная тварь! Хочет выжить меня из собственного дома!» — стучало в мозгу.

Одновременно Вера сама испугалась силы своего гнева, беспричинной злости и неизвестно откуда взявшейся ненависти к подруге. Это было необъяснимо и странно, и… больше Вера ничего не помнила.

Очнулась в предбаннике, завернутая в большое мохнатое полотенце. Света плескала ей в лицо водой, гладила по мокрым волосам и причитала:

— Вера, Верочка, ты как? Что с тобой? Сердце? Тебе лучше?

— Все нормально, — слабым голосом проговорила она. — Что случилось?

— Может, «Скорую», а?

Вера покачала головой и повторила:

— Что со мной случилось?

— Это я, дура, виновата! Расстроила тебя! — сокрушалась Света. — Говорила, говорила, а ты слушала, а потом вдруг побелела вся, заорала что-то и как грохнешься! Я чуть не умерла от страха! Схватила тебя под мышки и поволокла сюда.

Вера все вспомнила — и слова Светы, и свою реакцию.

«Что это было? Никогда в жизни ни на кого так не злилась, даже на Марата. А уж на Свету…»

Вера виновато покосилась на подругу. Та стояла на коленях, красная, несчастная, ничего не понимающая. Похоже, винила себя во всех смертных грехах. Чувство стыда стало настолько сильным, что Вера отвела глаза и расплакалась. Света незамедлительно поддержала подругу. Так их и нашел через некоторое время Витек.