Ради тебя - Диана Чемберлен

У Жаннин заболели глаза от попытки разглядеть что-то сквозь темноту. Уже несколько часов они ехали по маршруту, по которому, по идее, должны были ехать из лагеря Элисон и девочки. Джо был за рулем, и пока они просматривали обочину дороги, пытаясь обнаружить какую-нибудь поломанную машину, Джо ехал настолько медленно, насколько позволяли правила безопасности. Они останавливались у каждого ресторанчика и заправки, которые были все еще открыты, и спрашивали, не видел ли кто-то пропавших скаутов. Несколько машин шерифа проехали мимо них, убеждая, что они не одиноки в своих поисках. Их мобильные телефоны по-прежнему молчали. Надеясь на хорошие новости, они держали связь со всеми, кто остался на стоянке, но ничего не изменилось. Ничего, кроме страха, который рос в душе у каждого из них по мере того, как истекали минуты.

Добравшись до лагеря, они какое-то время поговорили с шерифом, который опрашивал тамошних надзирателя и вожатых, затем отправились тем же путем назад, в Виргинию.

Джо предложил снять номер в гостинице — на самом деле он благоразумно предложил снять два номера, — но Жаннин не могла сидеть в безопасности, цела и невредима, в гостиничной комнате, не имея ни малейшего представления, где сейчас была Софи.

Прислонившись головой к окну автомобиля Джо, Жаннин закрыла глаза. Мгновенно знакомая, нежеланная картина встала у нее перед глазами (так часто бывало, когда она ехала в машине и была слегка дезориентирована): она опять летела на своем вертолете сквозь дымку над пустыней в Саудовской Аравии. Запах был едким, наполненным какими-то химикалиями, которые — боялась она в самые мрачные минуты — изменили в ней что-то и стали причиной того, что она родила ребенка с патологией почек. Если бы в машине с ней был Лукас, а не Джо, она рассказала бы ему об этих воспоминаниях, но пересказывать их своему бывшему мужу у нее не было желания. В любом случае он бы ей не посочувствовал.

— Расскажи мне об этой Элисон, — мрачно произнес Джо, возвращая ее в реальность.

Жаннин открыла глаза и увидела, что они медленно едут мимо ресторана. Джо пытался определить, открыт ли он все еще. Ресторан был закрыт, и он опять набрал скорость.

— Есть ли действительно какой-то шанс, что Элисон могла убежать с девочками? — спросил он.

— Она свободолюбивая натура, — сказала Жаннин и вдруг осознала, что точно так же говорил о ней самой Джо в первые годы их совместной жизни. — Она совершила несколько ошибок при работе с детьми, но мне просто не верится, что она могла сделать что-то настолько безумное.

— Что ты имеешь в виду под несколькими ошибками?

— Ну, она говорила с ними о птичках и пчелах, не спросив разрешения родителей, что-то вроде этого.

— Ладно, — вздохнул Джо. — Давай посмотрим правде в глаза, Жан. Они так и не вернулись из этой поездки, и я знаю, что уже темно, но мы изучили каждый метр этого маршрута и нигде не увидели ее машины. Не так ли?

Она кивнула.

— Это означает, по идее, что она, машина и девочки где-то, где мы не ищем их. Где-то, где они не должны быть.

Эта мысль, как ни странно, была успокаивающей.

— Может, мама Холли… Ребекка… была права, и Элисон решила, что весело было бы поехать в парк развлечений или что-то подобное, и привезет их завтра. Она, возможно, обойдется без диализа сегодня, но завтра она должна быть дома, чтобы принять… — Она остановила себя, но Джо знал, что она собиралась сказать.

— Принять ту чертову травяную чепуху, — резко произнес он.

Жаннин опять отвернулась к окну.

— Это настолько улучшило ее самочувствие, — сказала она обессиленно. Слезы обжигали ее глаза. — Я просто хотела опять увидеть настоящую улыбку на ее лице.

— Какой ценой, Жан? — Джо взглянул на нее. — Может, она почувствует себя лучше на несколько недель или пару месяцев, но потом болезнь опять догонит ее и убьет.

— Тсс! — Она не хотела слушать, как он говорит такие слова.

— Зачем ты на меня шикаешь? — спросил он. — То, что она умрет, это не новость. Единственный реальный шанс, который у нее оставался, — это разумное лечение у Хопкинса, но ты делала все по-своему, игнорируя мои пожелания.

Он резко нажал на тормоз. Водитель ехавшей за ним машины посигналил, едва успев свернуть в сторону, чтобы не столкнуться с ними. Жаннин вскрикнула, ухватившись за приборную доску.

Она увидела, что привлекло его внимание, — машина, припаркованная у обочины дороги. Ее сердце все еще быстро билось от чуть не произошедшей аварии, но она открыла окно, чтобы получше рассмотреть. Припаркованная машина была огромной и казалась пустой, белый лист бумаги был прикреплен к ее антенне.

— Это… я не знаю, какая-то большая машина, — сказала Жаннин. — Но не «хонда» в любом случае.

— Прости, — извинился Джо за свое ужасное ведение машины. Он потянулся через коробку передач, чтобы прикоснуться к ее руке. — Ты в порядке?

— Все нормально, — сказала она.

Если бы она была за рулем, она так же резко нажала бы на тормоз.

Джо опять вздохнул.

— Итак, — сказал он, — вернемся к Софи. Вот чего я не понимаю. Мы ведь с тобой всегда обговаривали все, что касается Софи: и ее лечение, и ее поведение, не правда ли?

Она кивнула. Джо казался сбитым с толку, и она почувствовала себя виноватой. В прошлом она действительно всегда с ним советовалась и принимала его чувства близко к сердцу. Каждое решение по поводу Софи они принимали вместе.

— Мне нравилось это в нас, — продолжал Джо. — Я гордился нами. Хоть мы и развелись, но всегда были командой во всем, что касалось дочери. Затем ты отдаляешься и совершаешь какие-то дурацкие поступки типа вовлечения ее в этот курс лечения, совершенно не считаясь с моими желаниями.

— Мне очень жаль, — прошептала она. — Я думала, что это будет правильно. Я до сих пор думаю, что это было правильное решение…

— Что на тебя тогда нашло? — Он посмотрел на нее. — Ты обычно поступаешь разумнее. Почему ты решила, что травы Шеффера смогут вылечить то, что никто никогда не мог вылечить?

— Я не слепо на это согласилась. — Жаннин услышала слабость в своем голосе. Она всегда чувствовала слабость рядом с Джо, как будто его присутствие высасывало из нее всю силу и самоуважение. — Лукас Трауэлл много знает о травах, и он провел для меня исследование компонентов Гербалины. Он действительно считает, что оно может…

— Ты же знаешь, Жан, — покачал головой Джо. На его скулах заиграли желваки, и она поняла, что он пытается контролировать свой гнев. — Лукас Трауэлл — садовник. Он не врач!