В чём дело, Полли? - Марьяна Иванова

– А это не подождёт до завтра?

– Не знаю. Честно говоря, я тоже не хочу этим заниматься. Натворил дел, значит, а потом скрутил этого психа и умчал с чистой совестью. А нам убирать за ним! – Пит не выглядел злым. Скорее, он казался милым, обидевшимся ребёнком.

– Как думаешь, почему это случилось?

– Ты про Брана или про второго?

– Да про обоих.

Парень задумчиво почесал ухо, пошарил по пустым карманам, выдав в себе бывшего курильщика, и сказал:

– Полнолуние. Говорят, оно как-то активизирует психов и шизофреников.

Я усмехнулась, искренне умиляясь способности Питера иногда объяснять всё как-то по-детски просто и самому в это верить.

– Да, возможно, ты прав. – Я хлопнула его по плечу, и мы зашли в дом.

Мишель без особой досады подсчитал причинённый ущерб. А мы собрали все крупные осколки. Остальное было решено оставить на завтра.

– Я, наверное, не усну, – досадно вздохнула Аня, когда мы поднялись на второй этаж и попрощались с Мишелем.

Я тут же вспомнила, что пансионат оживится после отключения света, и тоже приуныла, предвкушая бессонную ночь.

– А я в полнолуния вообще плохо сплю, – признался Питер. – Может, в карты поиграем?

– Наверное, мы никому не помешаем, если немного посидим в чьей-нибудь комнате. Полли, ты как? – Аня поддержала затею.

– Я не против. Только давайте не ко мне.

Я приняла душ, переоделась и вскоре постучалась к Питеру. Аня к этому времени уже была там. Она что-то мечтательно разглядывала в окне и теребила пуговицу на малиновой блузке. Питер сидел на кровати по-турецки и вертел в руках гадальные карты, украдкой заглядываясь на профиль девушки. И я его прекрасно понимала – Аня выглядела как большая фарфоровая кукла, струящийся лунный свет добавлял её облику магического очарования.

– Почему вы уже при свечах? Ведь ещё не полночь. – Я шагнула в комнату и невольно прогнала из неё какую-то таинственную романтическую ауру.

– Решили заранее, чтобы не отвлекаться, когда свет погаснет, – тут же оживились ребята.

Жилище Питера оказалось удивительно уютным. А самое удивительное, что этот уют создавал царящий там беспорядок. Разворошённая постель, навешанная на спинки стульев одежда, гора журналов и пустых кружек, липкий от пролитого чая пол. Ничего такого нельзя увидеть в других частях пансионата, поэтому складывалось впечатление, что эта комната существует сама по себе, хоть и является частью дома.

– И как тебе от миссис Беккер не попадает? – Я сдвинула кучу какого-то хлама в сторону и уселась в кресло. Кресло разразилось жутким завыванием электронной гитары и женскими воплями, призывающими «Любить мир, несмотря ни на что». Я в ужасе вскочила, а Питер, еле сдерживая смех, выключил магнитофон.

– Она не заходит сюда, – пояснил он. – Считает, что настоящая леди не должна заходить в мужскую спальню.

– Ты даже не представляешь, как тебе повезло. За мной она даже постель поправляет. Противно, честное слово.

Аня понимающе вздохнула и села на стул, предварительно осмотрев его. Дальше мы попробовали поиграть – игра не пошла. Тогда Питер предложил предсказать кому-нибудь будущее. Я, естественно, отказалась. Мне бы с прошлым разобраться. А вот Аня очень заинтересовалась необычным для парня увлечением и согласилась стать подопытной. Питер признался, что гадальные карты нашёл случайно у брата и изначально планировал просто подурачиться, но чем дальше – тем сильнее его увлекало это занятие.

– Так что не смейтесь – я ещё учусь.

– Не скромничай, юная ведьмочка, – хихикнула я. – Провидица мадам Питер!

Аня, спрятав лицо за кудряшками, тоже засмеялась.

– Эх, девушки, весь настрой сбили. В такой атмосфере гадать нельзя, – кисло улыбнулся Питер. Он убрал карты в комод и обиженно взгромоздился на подоконник. Его окно смотрело на подъездную дорожку. – Надо бы в город выбраться. Тут позеленеть от скуки можно. Как Мишель тут живёт без телека, музыки и видеоигр? Чудак…

– Видимо, придумал себе другое развлечение. – Я всё не могла выбросить из головы мысли о темнице с пленниками.

– Не начинай, По, – нахмурился Питер.

– Полли, парень. Меня зовут Полли.

– Как скажешь… А хотите, расскажу страшную историю? – спросил он, нацепив на себя идиотскую ухмылку, с какой рассказывают страшилки в детских лагерях.

– А стоит ли? За окном полная луна, психи обивают пороги, а в коридорах гуляет тьма. Кому-то ещё не страшно?

– Это местная легенда. Я её в одном пабе подслушал.

– Я очень люблю разные истории! – восторженно заявила Аня, устраиваясь поудобнее.

– Слушайте, – зловещим шёпотом начал Пит. – Когда-то город Сайленс Валлей был процветающей деревушкой, известной на всю округу своей ежегодной Ярмаркой Талантов. Палатки с талантами были доступны всем, кто мог заплатить за желаемое звонкой монетой. Но были и палатки, спрятанные от глаз посторонних. В них торговали тем, что стоит намного дороже денег: талантами, что граничили с проклятьями. Туда заглядывали знатные маги, колдуны и ведьмы. Как-то на такую ярмарку прибыл новоиспечённый принц из соседнего королевства. Он был настолько безобразно бездарен, что вокруг перешёптывались, будто он скупит всю ярмарку. Он долго бродил между палаток, приценивался, изучал. И каждый раз капризно заявлял, что это ерунда какая-то, а не талант. И тогда кто-то из прохожих предложил ему прогуляться до неприметной лавки на краю площади. Принц зло усмехнулся, но всё же пошёл на разведку. Внутри его встретил старик, одетый в нищенские лохмотья. «Что желаете приобрести?» – спросили принца. Он расхохотался и сказал, что такой простак не способен заинтересовать его своим товаром. Старик хитро улыбнулся и сказал: «Я знаю, что вы ищите, принц. Вам нужен талант, помогающий узнавать дату смерти». «Это так, я хочу знать, когда умрёт старый король и трон перейдёт мне» – подтвердил принц. Старик развёл руками и продал ему свой товар, предупредив, что цена за него чудовищно высокая. Вот только старик обманул самодовольного принца. Вместо таланта он продал ему грех. А грехи иногда искупаются кровью…

– Ну и что тут страшного? – усмехнулась я.

– Поговаривают, что колдун наказывал тех, кто хотел знать больше положенного и одаривал грехами. Получив желаемое, человек обращался в дикого зверя и сбегал в леса. Ночами эти пожиратели грехов выходили из леса и охотились на местных жителей, веря, что так снова превратятся в людей.

– И всё равно не страшно, – махнула рукой я.

– У местных много пугающих сказок, – сказала Аня, водя ладонью над свечой. – Когда-то было обычным делом поутру обнаружить растерзанное тело соседа или домочадца. А если кто-то пропадал, никто не сомневался, что его найдут мёртвым в лесу. Так и зародилась эта сказка.

– Может, это всего лишь глупая страшилка, но мне кажется, что я однажды видел его. – Помрачнел Пит.