Смерть online - Пи Джей Трейси

В ответ на реплику аппарат загудел, из щели поползла страница. Шарон, склонив голову, читала строчки по мере появления.

– Странно… – пробормотала она. – Во-первых, Клейнфельдт фамилия не настоящая.

Холлоран ждал, вздернув брови.

– Похоже… Господи помилуй… они при каждом переезде меняли имена и фамилии, а переезжали часто. – Шарон протянула шерифу первую страницу, начала читать вторую. – Так. Кажется, это первая совместная декларация, поданная почти сорок лет назад в Атланте. Тогда они звались Бредфордами. Прожили в Атланте четыре года, переехали в Нью-Йорк на двенадцать лет, потом вынырнули в Чикаго под фамилией Сэндфорд… М-м-м. Там пробыли всего девять месяцев и начали прыгать с места на место. – Она передала второй лист, принялась за третий. – Майеры в Далласе, Бимисы в Денвере, Читтеринги в Калифорнии, за год нет сведений, возможно, выезжали из страны, потом обосновались здесь, как Клейнфельдты.

– И прожили десять лет.

– Точно. Видимо, хорошо и надежно устроились.

– До поры до времени, – буркнул Холлоран, взял у Шарон последний листок, слегка выпрямился, чувствуя прилив сил. – Потрясающе. Спасибо. Теперь иди домой, отдыхай. – Он взглянул на телефон Клитона, подумал, не надеть ли резиновые перчатки, прежде чем хвататься за трубку, потом сказал себе «черт с ним» и подтащил аппарат через стол.

– Куда хочешь звонить?

– В местные отделения по всем адресам.

Шарон со вздохом стянула с себя куртку, поправила на плече портупею с кобурой.

– Список длинный. Давай половину.

– С тебя вполне достаточно…

– Давай! – погрозила она пальцем.

– Еще пожалеешь, что так долго сидела наедине со мной.

– Какие проблемы? Объясню, что пытаюсь в постели пробиться в высшие сферы полиции округа Кингсфорд.

– До того не дойдет. Нынче ночью я от этого дела отказываюсь.

– Да ведь оно и мне не особенно нужно, – улыбнулась Шарон.

Холлоран смотрел, как она набирает номер на собственном аппарате, и думал, что женщин ему никогда не удастся понять.

Провисев на телефоне час, нажив по всей стране врагов в лице сонных служителей закона, он, наконец, совершил прорыв.

– Читтеринги? Черт возьми, помню!

Как только Холлоран назвал калифорнийскому детективу фамилию Читтеринг, тот мигом проснулся, даже представилось, как сразу вскочил в постели. Прикрыв рукой микрофон, шериф сообщил Шарон:

– Кажется, что-то есть.

– Адский взрыв разнес бы в клочки всю округу, если б дома не стояли поодаль, – захлебывался детектив.

– Взрыв?

– Угу. Кто-то открыл каждый газовый кран в доме, протянул запальный шнур и поджег. Рвануло к чертовой матери, все дотла выгорело, прежде чем федералы успели доехать. Знаете, огонь правит миром, когда ветер дует из Санта-Аны.[8]

Холлоран лихорадочно записывал на обороте конверта.

– А Читтеринги?

– Вот тут самая чертовщина и кроется, – вздохнул детектив. – Они держали небольшой пансион у пруда. Говорят, будто там ночевали в тот раз, а почему, я так и не понял. Больше практически ничего не могу сказать, пока вы не объясните, над чем работаете.

– Двойное убийство.

– Проклятие. Читтеринги?

– Предположительно. Жили здесь под фамилией Клейнфельдт.

– М-м-м… Возможно. Знаешь, я работал над делом около недели, не успел хорошенько врубиться, как они просто исчезли. Пуф, и нету. Прислали мне записочку, если можешь поверить. В той самой чертовой записке сообщалось, что взрыв и пожар произошли по их вине, и добавлялось какое-то дерьмо собачье насчет починки газовой колонки.

– Похоже на правду?

– Черта с два похоже. О поджоге свидетельствуют горючие вещества, керосин, разлитый в пяти разных местах по всему дому… Знаешь, на что сослались Читтеринги? На лампы. На вонючие керосиновые лампы. Я говорю, бред сивой кобылы, а шеф щелкнул каблуками и наглухо заткнул мне рот, потому что мы не могли раскрыть дело.

– Понятно, – пробормотал Холлоран.

– Значит, все-таки получили свое?

– Похоже на то.

– Слушай. У нас в управлении дела нет, поскольку, по свидетельству пострадавших, никакого преступления не было, но у меня записи сохранились. Я их дома храню. Если будешь сообщать, что нарыл, пришлю утром по факсу. Распроклятое дело который год меня сводит с ума.

Холлоран согласился с условием, продиктовал номер факса, разъединился и проинформировал Шарон. Когда закончил, она откинулась на спинку кресла и тихо присвистнула.

– С тех пор прошло двенадцать лет, а они до сих пор боялись. Наверняка серьезная вендетта.

Холлоран снова протер кулаками глаза, понимая, что если вскоре не уйдет, то заснет прямо в кресле.

– А что у тебя?

– В Далласе полный ноль. Может быть, что-нибудь всплывет в Чикаго. Тамошнему дежурному кажется, будто он припоминает какой-то скандал, связанный с супругами Сэндфорд – под этой фамилией они там жили, – который случился много лет назад, незадолго до его поступления на службу. Может быть, и пустой номер. Фамилия Сэндфорд не очень-то редкая. Обещал завтра послать кого-нибудь покопаться в архивах.

Шарон зевнула, потянулась, высоко подняв руки, показав Холлорану чуть больше того, что пряталось под форменной рубашкой.

– Совсем вымоталась.

– Помнится, я тебе давно велел отправляться домой.

– Помнится, я советовала тебе то же самое. – Она покосилась на него. – Ты выглядишь хуже, чем я.

– Как всегда.

Она слегка улыбнулась, встала, надела куртку, поправила портупею, застегнула «молнию».

– Вышло неплохо, правда?

– Что?

– Первое свидание. – Шарон натянула на голову форменную темно-синюю шапку, заправила под нее челку. – В следующий раз можно и переспать.

Тут шериф решительно проснулся.