Пора убивать - Джон Гришэм

– Какие, собственно, члены жюри для нас предпочтительны,Джейк? – задала вопрос Эллен.

– Молодые или среднего возраста мужчины с семьями. Хорошо,если бы среди них не оказалось никого старше пятидесяти.

– Это почему же? – воинственным голосом осведомился Люсьен.

– Молодежь более терпимо относится к чернокожим.

– Да, как Кобб и Уиллард.

– Большинство пожилых людей привыкли с неприязнью смотретьна черных, а молодое поколение формировалось уже в ином обществе. В юности улюдей, как правило, меньше ханжества.

– Согласен, – присоединился Гарри Рекс. – Только я бы ещедержался подальше от женщин и деревенщины.

– Я того же мнения.

– А по-моему, вы ошибаетесь, – заявил Люсьен. – У женщинбольше жалости. Посмотрите на Ро-арк, она полна сочувствия буквально к каждому.Так, Ро-арк?

– Так, Люсьен.

– Она переживает из-за уголовников, растлителей малолетних,безбожников, нелегальных иммигрантов, голубых. Правда, Ро-арк?

– Правда, Люсьен.

– В данный момент на территории округа Форд, штат Миссисипи,есть только два членских билета Национальной ассоциации юристов – у меня и унее.

– Отвратительно, – пробормотал Эткавэйдж.

– Клайд Сиско, – громко прочел имя Джейк, стараясь успокоитьстрасти.

– Его можно купить, – самодовольно объявил Люсьен.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Джейк.

– То, что сказал. Его можно купить.

– Откуда тебе это известно? – задал вопрос Гарри Рекс.

– Ты что, смеешься? Это же Сиско. Самая крупная шайкамошенников во всей восточной части страны. Все живут в окрестностях Мэйса.Профессиональные воры и специалисты по получению незаконных страховок. Жгутсвои дома каждые три года. Неужели ты ни разу о них не слышал? – Люсьен непросто говорил, он почти орал.

– Нет. Так откуда ты знаешь, что его можно купить?

– Потому что однажды я уже делал это. В каком-то гражданскомделе лет десять назад. Он был в списке присяжных, и я пообещал ему десятьпроцентов от суммы, которую назначит жюри. Он проявил чудеса красноречия.

Выронив лист со списком имен, Джейк в недоумении тер глаза.Он знал, что рассказанное Люсьеном вполне могло иметь место а действительности,но верить в это не хотелось.

– И?.. – спросил Гарри Рекс.

– И он вошел в состав жюри, а в вердикте прозвучала самаякрупная сумма в истории округа. Рекорд не побит до сих пор.

– Дело Стабблфилда? – с недоверием спросил Джейк.

– Так точно, мой мальчик. Стабблфилд против Техасскойнефтяной компании. Сентябрь семьдесят четвертого года. Восемьсот тысячдолларов. Дело подавалось на апелляцию в Верховный суд, но решение осталось безизменений.

– И ты заплатил ему? – поинтересовался Гарри Рекс.

Сделав большой глоток, Люсьен допил стакан.

– Восемьдесят тысяч наличными в стодолларовых купюрах, – сгордостью объявил он. – Он построил себе новый дом, а потом сжег его.

– А какой кусок достался тебе? – Это был Эткавэйдж.

– Сорок процентов, за вычетом восьмидесяти тысяч.

На минуту в комнате наступило молчание: все, кроме Люсьена,погрузились в калькуляцию.

– Ого, – чуть пошевелил губами Эткавэйдж.

– Ты ведь шутишь, правда, Люсьен? – спросил Джейк с надеждойв голосе.

– Ты прекрасно знаешь, что нет, Джейк. Тебе хорошо известно,что я совру не задумываясь, но только не в таких вещах. Я сказал правду, и яговорю вам, что этого парня можно купить.

– За сколько?

– Выбросьте это из головы! – прокричал Джейк.

– За пять тысяч наличными, но это не более чемпредположение.

– Прекратите!

В течение последовавшей за этим паузы каждый изприсутствовавших счел необходимым окинуть Джейка взглядом, чтобы убедиться втом, что Клайд Сиско нисколько не заинтересовал его, а убедившись в этом, членысовещания вновь уткнулись в свои стаканы, ожидая, пока будет названо следующееимя.

Примерно в половине одиннадцатого первый глоток пива сделали Джейк. Через час в картонной коробке ничего не осталось, зато списокприсяжных сократился до сорока человек. Пробравшись на балкон, Люсьен наблюдалза тем, как темные фигуры несли вдоль тротуаров свечи вокруг здания суда.

– Джейк, что это за полицейский сидит в машине прямонапротив моего офиса?

– Это мой телохранитель.

– Как его зовут?

– Несбит.

– Он бодрствует?

– Думаю, что нет.

Люсьен опасно перегнулся через перила.

– Эй, Несбит!

– Да? В чем дело? – Несбит приоткрыл дверцу автомобиля.

– Джейк просит тебя подъехать к магазину и купить нам пива.Он мучается от жажды. Вот тебе двадцатка. Он хочет ящик «Коорса».

– Я не могу покупать пиво, находясь на дежурстве, –протестующе стал отказываться Несбит.

– С каких это пор? – расхохотался Люсьен.

– Не могу.

– Но ведь оно не для тебя, Несбит. Это для мистераБрайгенса, а ему оно просто необходимо. Он уже договорился с шерифом, так чтополный порядок.

– Кто договорился с шерифом?

– Мистер Брайгенс, – продолжал врать Люсьен. – Шерифответил, что его не волнует, чем ты здесь занимаешься, если только не пьешь.

Несбит пожал плечами и с явным удовольствием тронул машину сместа. На тротуар рядом с автомобилем упала выпущенная из пальцев Люсьенадвадцатидолларовая купюра. Через несколько минут он уже вернулся с картоннойкоробкой, где не хватало одной банки – она красовалась на чехле полицейскогорадара. Люсьен приказал Эткавэйджу спуститься за пивом и распределить средиучастников совещания первые шесть банок.