Зараза - Робин Кук

ЧЕТВЕРГ, 19 ЧАСОВ 45 МИНУТ, 25 АПРЕЛЯ 1996 ГОДА НЬЮ-ЙОРК

Счет был десять — десять. Играли до одиннадцати, но победа засчитывалась только при преимуществе в два очка. Так что штрафной не в счет — надо было бросать издалека. Джек прекрасно это понимал, пытаясь уйти от преследовавшего его игрока по имени Флеш. Флеш — Джек знал это — бегал намного быстрее его.

Рубка была отчаянная. Болельщики, ожидавшие своей очереди, бурно поддерживали команду противников, и у них были для этого основания — команда, в которой играл Джек, весь вечер выигрывала и оставалась на площадке, что было неудивительно, ведь в ней собрался весь цвет местного баскетбола, включая Уоррена и Спита.

Обычно Джек не бросал по корзине — это была прерогатива Уоррена. Гигант сделал обманное движение и рванулся к корзине. Углом глаза уловив этот маневр, Степлтон решил тут же передать мяч своему капитану.

Однако Флеш угадал его намерение и бросился между Джеком и Уорреном в надежде перехватить мяч. Увидев это, Джек решил не отдавать пас Уоррену, сделав вместо этого бросок. Мяч попал в обод корзины и отлетел прямо в руки Флеша.

Зрители притихли в ожидании развязки.

Флеш кинулся ближе к центру площадки, Джек, не желая, чтобы он бросил мяч, невольно предоставил противнику широкое поле для маневра. Джек знал, что Флеш отнюдь не мастер броска и тем не менее, к его удивлению, тот бросил — бросил из очень неудобного положения. К ужасу Джека, мяч влетел в корзину, не коснувшись кольца. Зрители взревели, игра закончилась бесславным поражением.

Флеш, раскинув в стороны руки, побежал с ликующим криком вокруг площадки, принимая поздравления.

К Джеку с недовольным видом подошел Уоррен.

— Тебе надо было отдать мяч мне, — буркнул он.

— Виноват, — признался Джек. Он был немало смущен, в последней игре допустил три ошибки подряд.

— Черт, я думал, что в новых кроссовках я никогда не проиграю, — продолжал досадовать Уоррен.

Посмотрев на новенькие «найки» Уоррена, Джек перевел взгляд на свои потрепанные в боях кроссовки.

— Наверное, мне тоже надо купить себе что-нибудь поновее, — сказал Джек.

— Джек! Эй, Джек! — раздался женский голос. — Привет!

Сквозь проволочное заграждение площадки Джек разглядел Лори.

— Слушай, парень, — удивился Уоррен, — похоже, твоя крошка решила нанести визит на нашу площадку.

Радостные крики болельщиков смолкли как по команде. Все головы повернулись в сторону Лори. Обычно ни жены, ни подруги не приходили на площадку. Джек не знал — сами ли они этого не хотели или их просто не пускали, но неожиданный приход мисс Монтгомери смутил Степлтона. Он всегда старался играть по здешним правилам.

— Кажется, она хочет устроить тебе выволочку, — произнес Уоррен.

Лори, заметив Джека, помахала ему рукой.

— Я ее не приглашал, — сказал на всякий случай Джек. — Мы должны были встретиться позже.

— Нет проблем, — проговорил Уоррен. — Она просто пришла посмотреть. Должно быть, любить ты умеешь лучше, чем играть в баскетбол.

Невольно рассмеявшись, Джек направился к Лори. Сзади возобновились приветственные крики, и Джек немного успокоился.

— Теперь я понимаю, что молва не врет — ты действительно играешь в баскетбол.

— Надеюсь, ты не видела три последние игры, — смутился Джек. — Ты бы ни за что не поверила, что я часто играю.

— Я знаю, что мы договаривались встретиться в десять, но я не могла удержаться — мне надо тебе кое-что сказать, — произнесла Лори.

— Что произошло? — встревожился Джек.

— Тебе звонили от Николь Маркетт из Центра по контролю за инфекционными заболеваниями, — заговорила Лори. — Она выразила такое разочарование, что не застала тебя, что попросила нашего оператора соединить ее со мной. Николь просила меня оставить для тебя сообщение.

— Ну? — заинтересовался Степлтон.

— Центр официально приостановил вакцинирование населения, — начала рассказывать Лори. — Новых случаев аляскинского гриппа не было в течение двух недель. Карантинные мероприятия оказались эффективными. Вспышку удалось ликвидировать, как эпидемию семьдесят шестого года.

— Это прекрасная новость! — обрадовался Джек. Всю прошедшую неделю он молил Бога, чтобы все произошло именно так, и Лори знала об этом. Всего было зарегистрировано пятьдесят два случая — тридцать четыре человека умерли. Потом наступило затишье, и все, кто так или иначе был причастен к противоэпидемическим мероприятиям, затаили дыхание в тревожном ожидании.