Радуга Шесть - Том Клэнси

— Ну что ж, Барб, по крайней мере, у нас появилось очень хорошее воскресное развлечение для приезжающих пар, — заметил мужчина с хитрой улыбкой. — Как ты думаешь, сколько времени потребуется для его крови?

— Три или четыре дня, вероятно, после этого у него начнут появляться антитела. — Чип не подвергался воздействию душа, как делали с Мэри.

— Как относительно тех, на ком испытывается действие вакцин?

— Пятеро с номинальной вакциной А. У нас осталось трое не затронутых для испытания вакцины В.

— Вот как? И кому мы позволяем жить?

— М2, МЗ и F9, — ответила доктор Арчер. — У них, похоже, правильная позиция. Один даже член «Сьерра-клаб», можешь себе представить? Другим нравится жить на природе, и они должны одобрять то, чем мы занимаемся.

— Политические критерии для научных тестов — куда мы идем? — спросил мужчина и снова хитро улыбнулся.

— Ну что ж, если они будут жить, то вполне могут оказаться людьми, с которыми нам по пути, — заметила Арчер.

— Это верно. — Кивок. — Насколько ты уверена в вакцине-В?

— Очень уверена. Я полагаю, что она окажется эффективной в девяносто семи процентах случаев, может быть, даже немного больше, — осторожно добавила она.

— Но не в сотне?

— Нет, Шива для этого слишком чудовищна, — сказала ему Арчер. — Я согласна, что тесты на животных излишне грубы, но результаты почти точно соответствуют компьютерному моделированию, далеко в пределах критериев ошибки тестов. Стив блестяще вычислил это.

— Да, Стив очень умен, — согласился второй врач. Затем он пошевелился в своем кресле. — Ты знаешь, Барб, то, чем мы занимаемся здесь, не совсем...

— Я знаю это, — заверила его доктор Арчер. — Но мы все знали это, когда пришли сюда.

— Это верно. — Он кивнул, соглашаясь, недовольный собой за проявленное сомнение. Ну и что, его семья выживет, все они разделяли его любовь к миру и самым разным обитателям земли. И все-таки эти двое на телевизионном экране, они тоже люди, такие же, как он, а ведь он только что подглядывал за ними, подобно какому-то извращенцу.

Да, конечно, они проделывали это только потому, что их напичкали препаратами, но оба приговорены к смерти.

— Расслабься, слышишь? — сказала Арчер, глядя на его лицо и читая мысли. — По крайней мере, они получают немного любви, не так ли? Это чертовски больше, чем выпадет на долю остального мира.

— Я не должен был подсматривать за ними. — Подобные извращения не были его развлечением, и он неоднократно говорил себе, что не должен наблюдать за тем, что он помог начать.

— Нет, но мы все узнаем об этом. Это будет передаваться в телевизионных новостях. Но тогда будет слишком поздно, и, если они узнают, их последним сознательным актом будет желание нас убить. Это беспокоит меня.

— Территория в Канзасе чертовски безопасна, Барб, — заверил ее мужчина. — А та, что находится в Бразилии, еще надежнее. — Именно туда он отправится со временем. Тропические леса — сельва — всегда привлекали его.

— Могло быть еще лучше, — заметила Барбара Арчер.

— Мир — не лаборатория, доктор, вы помните? — Разве не для этого был создан проект Шива, боже мой? Боже, подумал он. Еще одна идея, которую нужно отвергнуть. Он не такой циник, чтобы взывать к имени господа, думая о том, чем они занимаются. Может быть, призвать на помощь Госпожу Природу?

* * *

— Доброе утро, Дмитрий, — сказал он, входя в свой офис ранним утром.

— Доброе утро, сэр, — ответил бывший офицер разведки, поднимаясь, когда его наниматель вошел в приемную. Это был европейский обычай, уходивший в монархическое прошлое, и этот обычай каким-то несуразным образом перешел в марксистское государство, которое воспитало и подготовило этого русского, живущего теперь в Нью-Йорке.

— Что у вас? — спросил босс, отпирая дверь кабинета и входя в него.

— Нечто весьма интересное, — сказал Попов. — Насколько это важно, я не уверен. Вы сможете лучше судить об этом.

— О'кей, давайте посмотрим. — Он опустился в кресло и повернулся, чтобы включить автоматическую кофеварку.

Попов подошел к дальней стене и отодвинул панель, закрывающую электронное оборудование в деревянной раме. Он взял пульт и открыл телевизор с большим экраном и видеомагнитофон.

— Это новости из Берна, — сказал он своему нанимателю. Лента бежала всего тридцать секунд, прежде чем он остановил ее, вынул кассету и вставил другую. — Вена, — сказал он, и нажал на кнопку «PLAY». Еще один отрывок, продолжавшийся меньше минуты. Эту кассету он тоже извлек из видеомагнитофона. — И наконец, события прошлой ночи в Испании. — На этот раз отрывок продолжался чуть больше минуты, и Попов остановил просмотр.

— Да? — спросил мужчина, когда демонстрация телевизионных кадров закончилась.

— Что вы видели, сэр?

— Несколько парней курили трубку — вы утверждаете, что это один и тот же парень?

— Совершенно верно. Во всех трех случаях трубку курил один и тот же человек — или создается такое впечатление.

— Продолжайте, — сказал Попову его наниматель.

— Одна и та же группа специальных операций ответила на вызов и положила конец всем трем инцидентам. Это очень интересно.

— Почему?

Попов терпеливо вздохнул. Этот человек является гением в некоторых областях, но в других походит на ребенка, заблудившегося в лесу.

— Сэр, одна и та же команда отвечала на вызовы из трех разных стран, и во всех трех случаях эта специальная группа брала на себя полномочия трех отдельных национальных полицейских агентств и решала проблемы. Другими словами, сейчас где-то существует международная организация специальных операций — я предполагаю, что это скорее военная, чем полицейская команда, — действующая в настоящее время в Европе. О существовании такой группы никогда не говорилось в открытой прессе. Следовательно, это «черная» группа, предельно секретная. Я могу предположить, что это какая-то команда из сил НАТО, но это всего лишь предположение. А теперь, — продолжал Попов, — мне нужно задать вам несколько вопросов.

— О'кей, — кивнул босс.

— Вы знали о существовании этой организации?

Он отрицательно покачал головой.

— Нет. — Затем повернулся и налил себе чашку кофе.

— Вы сможете узнать что-нибудь об этой организации?

Мужчина пожал плечами.

— Может быть. Почему это так важно?

— Это зависит от другого вопроса — почему вы платите мне, чтобы заставить террористов предпринимать акции? — спросил Попов.

— Вам не надо знать об этом, Дмитрий.

— Нет, сэр, мне нужно знать об этом. Нельзя организовывать операции против отлично подготовленного противника, не имея представления о конечной цели. Это просто нельзя делать, сэр. Более того, вы платили значительные суммы участникам этих операций. Должна быть причина. Мне нужно знать, в чем она заключается. — Невысказанная часть монолога Попова, которая сквозила между слов, состояла в том, что ему нужно узнать это, и в конце концов он вполне может узнать это сам, скажут ему или нет.