Слово президента - Том Клэнси

– Знаю, конечно. Он беспринципный человек и обманщик, играющий на доверии других. У него нет никаких убеждений. Келти никогда не занимался юридической практикой, но помог написать тысячи законов. Он не врач, но принял участие в создании национальной системы здравоохранения. Всю свою жизнь он был профессиональным политиком, и общество всегда содержало его за свой счет. Он не создал никакого продукта или вида обслуживания, но провел всю жизнь, решая, насколько высокими должны быть налоги и как нужно расходовать эти деньги. Единственными чернокожими, с которыми он встречался в детстве, были горничные, которые убирали его

спальню, но он считается защитником прав национальных меньшинств. Он лицемер и шарлатан. И он одержит верх, если вы, господин президент, не возьмете себя в руки, – закончил Арни, выливая ледяную воду на огненный темперамент Райана. – Потому что он знает, как вести эту игру, а вы – нет.

* * *

Пациент, говорилось в истории болезни, совершил поездку на Дальний Восток еще в октябре, и в Бангкоке пользовался сексуальными услугами местных жительниц, слава о которых идет по всему миру. Пьер Александр, который был когда-то капитаном медицинского госпиталя в этой тропической стране, сам увлекался подобными развлечениями, так что совесть его не беспокоила. В то время он был молодым и глупым, как большинство мужчин такого возраста. Но это было еще до появления СПИДа. А теперь ему пришлось сказать пациенту – белому мужчине тридцати шести лет, – что у него в крови обнаружены вирусы болезни, что он не должен заниматься сексом со своей женой, не приняв предохранительных мер, и что его жена должна подвергнуться тестам на наличие вируса СПИДа в крови как можно быстрее. Что?… Она беременна? Тогда немедленно, лучше всего завтра же.

Александер чувствовал себя кем-то вроде судьи. Уже не в первый раз ему приходилось сообщать людям такую новость, и можно не сомневаться, что не в последний. Но когда судья выносит смертный приговор, это по крайней мере за какое-то серьезное преступление, и можно обратиться с апелляцией. А этот несчастный кретин виновен лишь в том, что вел себя как мужчина в двенадцати часовых поясах от дома, причем наверняка пьяный и в приступе одиночества. Может быть, он поссорился по телефону с женой. Может быть, она уже тогда была беременна и не подпускала его к себе. Может быть, на него повлияла экзотическая обстановка, и Александер вспомнил, как соблазнительно выглядят эти тайские девушки с детскими личиками, да и кто мог предположить такое, черт побери? Теперь смертный приговор вынесен многим людям, и они не могут обратиться с апелляцией о его отмене. Но ситуация может измениться, подумал доктор Александер. Он только что сказал об этом своему пациенту. Нельзя отнимать у людей последней надежды. Так говорили онкологи на протяжении двух поколений. Лекарство против СПИДа искали многие видные ученые – Александер в их числе, – и, насколько ему известно, можно было ожидать прорыва уже завтра же. Или на это не хватит и века. Статистика показывает, что пациенту осталось жить не больше десяти лет.

– Вы не выглядите счастливым, – услышал он женский голос. Александер поднял голову.

– Здравствуйте, доктор Райан.

– Здравствуйте, доктор Александер. По-моему, вы уже знакомы с Роем Альтманом. – Она держала в руках поднос, сегодня столовая была переполнена. – Вы не возражаете, если мы присоединимся к вам?

– Пожалуйста. – Александер привстал.

– Тяжелый день?

– СПИД, штамм Е, – сказал он. Больше объяснять не требовалось.

– Таиланд? Или подхватил здесь?

– Значит, вы тоже читаете этот журнал, – попытался улыбнуться Александер.

– Стараюсь не отставать от жизни. Штамм Е? Вы уверены? – спросила Кэти.

– Я сам провел повторный тест. По его словам, он побывал в Таиланде, деловая поездка. У него беременная жена, – добавил Александер.

Профессор Райан вздрогнула при этих словах.

– Плохо.

– СПИД? – спросил Рой Альтман. Остальные агенты из личной охраны «Хирурга» сидели за другими столами. Они предпочли бы, чтобы она обедала у себя в кабинете, но доктор Райан объяснила, что совместные обеды являются одним из способов общения врачей больницы Гопкинса друг с другом и что это ее обычная практика. Сегодня речь заходит об инфекционных заболеваниях, завтра затрагиваются проблемы педиатрии.

– Да, штамм Е, – кивнул Александер и объяснил, что в Америке больше известен штамм В, как и в Африке.

– А в чем разница?

– Заболеть СПИДом со штаммом В не так легко, – объяснила Кэти. – Для этого требуется главным образом непосредственный контакт с кровью больного. Это случается чаще всего с наркоманами, вводящими наркотик прямо в вену, которые пользуются одной и той же иглой, или при сексуальном контакте, но больше всего от этого по-прежнему страдают гомосексуалисты, у которых происходят разрывы тканей, или при более распространенных венерических заболеваниях.

– Вы забыли упомянуть невезение, но это всего около одного процента, – продолжил Александер. – Сейчас все больше походит на то, что штамм Е – который появился в Таиланде – начинает распространяться на гетеросексуальные контакты с гораздо большей легкостью, чем штамм В. Судя по всему, этот штамм обладает большей вирулентностью, чем наш старый друг.

– Центр инфекционных болезней в Атланте уже определил скорость распространения? – спросила Кэти.

– Нет, им требуется еще несколько месяцев. Во всяком случае так мне говорили пару недель назад.

– Это действительно серьезная проблема? – Рой Альтман подумал, что работа с «Хирургом» позволяет ему узнавать много нового.

– Ральф Фостер побывал там больше пяти лет назад – хотел убедиться, насколько опасна ситуация. Ты слышал эту историю, Алекс?

– Нет, не всю, только то, чем она кончилась.

– Так вот, Ральф полетел туда в качестве государственного служащего – официальная командировка и все такое, но едва он сошел с самолета, в таможне его встречает тайский чиновник, провожает к машине и спрашивает: «Вам нужны сегодня девочки?» Вот тогда он понял всю серьезность этой проблемы.

– Я вполне верю этому, – заметил Александер, вспоминая о том времени, когда он, выслушав этот рассказ, улыбнулся бы и кивнул. Сейчас он с трудом удержался от дрожи. – Статистика заболеваемости в Таиланде наводит на мрачные мысли. В данный момент, мистер Альтман, почти треть юношей, призванных в тайскую армию, имеют положительные результаты тестов на СПИД. Главным образом штамм Е.

– Треть? Третья часть молодых парней?

– Да, увеличилась до трети с тех двадцати пяти процентов за то время, когда там побывал Ральф. Страшная цифра, правда?

– Но ведь это означает…

– Это вполне может означать, что через пятьдесят лет на карте мира не будет Таиланда, – произнесла Кэти бесстрастным голосом, за которым скрывался ее внутренний ужас. – Когда я училась здесь на медицинском факультете, мне казалось, что самые умные и талантливые ученые, такие как вот эти, – она обвела рукой сидящих вокруг, – Марти, Берт, Курт и Луиза, должны заниматься онкологией. Я не думала, что справлюсь с этим, выдержу такое напряжение, поэтому режу глазные яблоки и исправляю людям зрение. Оказалось, что я ошибалась. Придет время, и мы победим рак. Но появились эти проклятые вирусы, и я не знаю, что будет дальше.