Шантаж - Джон Гришэм

Официальным же библиотекарем был Хэтли Бич из Техаса,который получал пятьдесят центов в час – самую высокую ставку оплаты труда – изанимался выдачей книг посетителям. Особенно тщательно он следил за состояниемтак называемой своей литературы и часто ссорился со Спайсером при обсужденииправил ее хранения. Судья Финн Ярбер, бывший некогда председателем Верховногосуда Калифорнии, получал лишь двадцать центов в час и формально отвечал заисправную работу компьютеров, но поскольку разбирался он в них не очень хорошо,то и услуги его оценивались ниже.

Обычно все трое проводили в библиотеке от шести до восьмичасов в день и часто принимали здесь тех обитателей тюрьмы, которым срочнотребовалась юридическая помощь или консультация. Впрочем, они консультировалисвоих товарищей по несчастью в любое время суток, но принимали их уже в своихкамерах, а не в библиотеке. Правда, для этого требовалась предварительнаядоговоренность с одним из собратьев.

За долгое время отсидки в тюрьме судьи окончательноопределились в своей специализации и старались не вмешиваться в дела другдруга. Так, например, судья Хэтли Бич считался специалистом в области отбываниянаказаний и оформления апелляций. Финн Ярбер занимался банкротствами,бракоразводными процессами и проблемами по делам несовершеннолетних. Джо РойСпайсер, не имевший, как уже говорилось, специального юридического образования,предпочел не ограничивать себя какими-то особыми делами и хватался за все, чтопопадалось под руку, но предпочтение отдавал делам о мошенничестве.

Весьма строгие правила работы формально запрещали им братькакую-либо плату за свой труд, однако никто к этим строгим правилам серьезно неотносился. В конце концов, они были такими же заключенными, как и всеостальные, и никогда не отказывались от получения дополнительноговознаграждения за свои знания и труд. Причем наибольший доход приносили дела овынесении приговора и исполнении наказаний. Почти четверть обитателей тюрьмыбыли приговорены к тем или иным срокам заключения с нарушением законов. Поройсудье Бичу было достаточно посидеть ночь с судебными бумагами, чтобы обнаружитьв них немало процессуальных нарушений. Так, например, в прошлом месяце емуудалось скостить четыре года из пятнадцати, к которым приговорили одногомолодого парня. Его семья так обрадовалась этому, что тут же решила оплатитьуслуги Бича. Таким образом, собратья заработали пять тысяч долларов, чтосоставило наивысшую сумму за все время их пребывания в тюрьме. Спайсер тут жеиспользовал свои внешние связи, договорился с адвокатом и организовал тайныйдепозитный счет в одном из местных банков.

В самом конце библиотеки, за последней книжной полкой,находилось нечто вроде небольшого конференц-зала, который сами судьи называликомнатой для совещаний. Именно там они проводили свои встречи и решали самыеважные конфиденциальные вопросы. В тот день у Спайсера была намечена здесьвстреча с адвокатом, который, как ожидалось, принес несколько интересных писем.Он плотно прикрыл за собой дверь комнаты для совещаний и взял со стола первоеписьмо в желтом конверте. Внимательно посмотрев на адрес, он ухмыльнулся:

– Желтый конверт всегда приносит нам удачу, не так ли? Ещеодно письмо нашему любвеобильному Рикки.

– От кого оно? – поинтересовался Ярбер.

– От Кертиса из Далласа.

– От банкира? – мгновенно воодушевился Бич.

– Нет, от того Кертиса, который держит сеть ювелирныхмагазинов. Послушайте, что он пишет. – Спайсер вынул из конверта желтый листбумаги, развернул его и стал читать:

«Дорогой Рикки, твое письмо от восьмого января чуть было незаставило меня расплакаться. Я перечитал его три раза и никак не могуспокоиться. Вот бедняжка, как же тебя угораздило? Почему они упрятали тебя зарешетку?..»

– А где он сейчас? – прервал его Ярбер.

– Рикки сейчас в реабилитационном наркологическом центре ибудет сидеть там, пока богатый дядюшка не выпустит его на волю. Он находится втюрьме уже год, прошел курс реабилитации и полностью избавился от наркотическойзависимости, но мерзкое начальство намерено держать его там до апреля, так какполучает от его дяди двадцать тысяч долларов ежемесячно. А тот, видимо, решилизбавиться от племянника и платит большие деньги, чтобы они не выпускали его.Вы можете припомнить что-нибудь подобное?

– Я сталкивался с подобным случаем, но это было давно. –Ярбер взмахнул рукой, чтобы Спайсер продолжил читать.

– «Я испытываю огромное желание тотчас же вылететь к тебе ипоговорить с твоим гнусным начальством. Да и с твоим дядей тоже. Какая же онсволочь все-таки! Богатые люди вроде него всегда думают, будто могут всесделать за деньги, что им все сойдет с рук. Я уже говорил тебе когда-то, чтомой папаша тоже был состоятельным человеком и при этом очень несчастным.Конечно, он покупал мне всякие вещи, но о них помнишь только тогда, когдапользуешься ими, а когда их выбрасываешь на помойку, вместе с ними исчезает ипамять о добрых делах. Так вот, у моего отца практически никогда не быловремени для меня. И вообще, он был больным человеком, как и твой дядюшка. Явложил в конверт чек на тысячу долларов, чтобы ты мог хоть как-то скрасить своетоскливое существование.

Рикки, не могу дождаться апреля, чтобы снова увидеть тебя.

Я уже сообщил жене, что в Орландо в этом месяце состоитсямеждународная выставка бриллиантов, но она не проявила абсолютно никакогоинтереса и даже не собирается ехать туда со мной».

– В апреле? – переспросил Бич.

– Да, Рикки уверен, что его освободят в апреле.

– Хорошенькое дело, не правда ли? – хмыкнул Ярбер иулыбнулся. – Значит, у Кертиса есть жена и дети?

– Кертису сейчас пятьдесят восемь лет, и у него, помимотроих взрослых детей, есть еще два внука.

– А где же чек? – полюбопытствовал Бич.

Спайсер проигнорировал его вопрос, перевернул страницу ипродолжил чтение.

– «Я должен знать абсолютно точно, что мы встретимся с тобойв Орландо, – прочитал Спайсер и сделал многозначительную паузу. – Ты уверен,что освободишься в апреле? Пожалуйста, напиши, что мы увидимся в Орландо. Ядумаю о тебе каждый Божий день и час и постоянно держу твою фотографию на своемрабочем столе. А когда я смотрю на нее, то вспоминаю твои глаза и мечтаю о томвремени, когда мы будем с тобой вместе».

– Какая трагическая любовь, – ехидно проронил Бич и веселозахихикал. – Даже не верится, что этот парень из Техаса.

– А что тут удивительного? – вмешался Ярбер. – Я давно знал,что в Техасе немало милых и симпатичных мальчиков.

– А в Калифорнии их нет, по-твоему? – парировал Бич.