Возвращение Борна - Роберт Ладлэм

Атака последовала сверху. Борн ничего не услышал. Он лишь успел заметить какую-то промелькнувшую в воздухе тень, а затем на него обрушилась огромная тяжесть, и он ушел под воду. Тяжесть давила ему на спину, выжимая из легких воздух. Подняв голову, Борн пытался бороться, но нападавший схватил его за волосы и ударил лицом о речной булыжник. Затем вражеский кулак вонзился ему в почки, и скудные остатки воздуха, все еще остававшиеся в груди, вырвались наружу кровавыми пузырями.

Вместо того чтобы напрячься и оказывать сопротивление, Борн приказал своему телу расслабиться, стать мягким и безвольным. Затем, даже не пытаясь вынырнуть, он прижал локти к бокам и в тот момент, когда его тело максимально расслабилось, Борн оперся ими о речное дно и перевернулся лицом к поверхности. А после, оттолкнувшись от дна, он бросил свое тело вперед и вверх и ударил вслепую, поняв только, что попал в цель. Тяжесть, придавливавшая его, исчезла, и Борн сел, хватая ртом благословенный воздух. С лица его стекала вода, мешая смотреть, поэтому он видел лишь размытые очертания своего противника. Он бросился на него, но поймал лишь воздух. Нападавший исчез так же молниеносно, как появился.

* * *

Ловя ртом воздух и пытаясь побороть позывы к рвоте, Хан с трудом вскарабкался на крутой берег. Растерянный, взбешенный, он вошел в подлесок и вскоре исчез в густой чаще. Пытаясь восстановить нормальное дыхание, он массировал ладонью невыносимо болевший кадык, в который угодил кулак Уэбба. Нет, это не было случайным попаданием. Это была профессиональная, мастерски просчитанная контратака. Хан был ошеломлен, в его душу даже закрался страх. Уэбб оказался очень опасным противником. Гораздо опаснее, чем может — и имеет право — быть яйцеголовый «ботаник». Он сумел уклониться от пуль, вычислить траекторию выстрелов, безошибочно найти путь в дремучей чаще и даже — выиграть в рукопашной. Причем при первой же опасности он отправился к Алексу Конклину. Что же это за человек? — спрашивал себя Хан. Очевидно было одно: он опять недооценил Уэбба. И все же он выследит его и одержит над ним верх! Перед тем как наступит неизбежный конец, Уэбб должен проникнуться перед ним страхом. Настоящим страхом.

* * *

Мартин Линдрос, заместитель директора Центрального разведывательного управления, приехал в поместье Александра Конклина в Манассасе ровно в 18:06. Его почтительно встретил один из главных детективов штата Вирджиния по имени Гаррис. Измученный работой, лысеющий человек, он был целиком занят разрешением конфликта между шерифом округа, полицией штата и ФБР. Каждая из сторон, узнав о том, кем были убитые, стала тянуть одеяло на себя, пытаясь заполучить эксклюзивное право на расследование громкого преступления. Выйдя из машины, Линдрос насчитал дюжину автомобилей, стоявших у входа. Помножив это число на три, можно было хотя бы приблизительно вычислить, сколько людей находится в доме. Судя по всему, здесь недоставало только порядка и понимания того, что происходит.

Обменявшись с Гаррисом рукопожатием, он посмотрел ему в глаза и сказал:

— Детектив Гаррис, хочу вам сообщить, что ФБР выведено из игры. Теперь этим двойным убийством будем заниматься только мы с вами.

— Отлично, сэр! — кивнул Гаррис. — Большое спасибо.

Он был высок, но, как бы пытаясь компенсировать это, сильно сутулился. Эта его черта, вкупе с большими водянистыми глазами и скорбным выражением лица, производила впечатление, что человек этот едва передвигает ноги.

— Не благодарите меня, детектив. Гарантирую вам, мы раскроем это дело за пять минут. — Отвернувшись от собеседника, он велел своему помощнику соединиться с ФБР и офисом окружного шерифа. — Хоть какие-нибудь следы Дэвида Уэбба обнаружены?

Перед тем как он выехал на место преступления, люди из ФБР сообщили ему, что у входа в дом Алекса Конклина находится машина Уэбба. Впрочем, на самом деле — не Уэбба, а Джейсона Борна. Именно по этой причине директор ЦРУ приказал Линдросу взять расследование под личный контроль.

— Нет, — отрапортовал Гаррис. — Пока нет. Но мы уже пустили по его следу разыскных собак.

— Хорошо. Кордон по периметру поместья выставлен?

— Я хотел выставить своих людей, но ФБР... — Гаррис горестно покачал головой. — Я пытался объяснить им, что в данной ситуации каждая секунда драгоценна.

Линдрос посмотрел на часы.

— Периметр составляет примерно полмили. Пусть ваши люди прочешут территорию по радиусу в четверть мили. Возможно, они выудят что-нибудь полезное. Если у вас есть такая возможность, вызовите дополнительные силы.

Пока Гаррис вел переговоры по рации, Линдрос смотрел на него оценивающим взглядом.

— Как вас зовут? — спросил он, когда детектив закончил отдавать приказы.

Полицейский удивленно посмотрел на него и ответил:

— Гарри.

— Гарри Гаррис... Вы шутите?

— Никак нет, сэр.

— О чем только думали ваши родители?

— По-моему, они вообще не думали, сэр.

— Ладно, Гарри, давайте-ка осмотримся. Что мы тут имеем?

Линдросу было под сорок. Красивый, светловолосый, член Лиги плюща[1], он был завербован ЦРУ, еще будучи студентом Джорджтауне кого университета. Отец Линдроса был сильной личностью. Он имел собственное мнение по любому вопросу и оказывал решающее влияние на воспитание сына. Именно благодаря ему у юного Мартина сформировалась дьявольская изворотливость, которая при этом уживалась с обостренным чувством долга и исполнительностью. Линдрос искренне полагал, что именно эти качества привлекли к нему внимание ЦРУ.

Гаррис повел его в кабинет убитого, но прежде Линдрос заглянул в библиотеку и обратил внимание на два старинных бокала, стоявших на журнальном столике.

— Их кто-нибудь трогал?

— Насколько я знаю, нет, сэр.

— Называйте меня Мартин. У нас с вами нет времени для церемоний.

Линдрос посмотрел на Гарриса и улыбнулся самой располагающей улыбкой, имевшейся в его арсенале. Он, представитель всемогущего ЦРУ, общается на равных с провинциальным шерифом! Это, а также то, что Линдрос сразу отсек от расследования все прочие ведомства, сразу сделало шерифа не просто его союзником, а скорее даже фанатичным поклонником. Очень полезное приобретение!

— Надеюсь, вы уже приказали вашим криминалистам снять с них отпечатки пальцев?

— Только что, сэр.

— Отлично, а теперь давайте перекинемся парой слов с коронером.