Третий близнец - Кен Фоллетт

– Мы уже делали это не далее как вчера, милочка, – сухо сказала она, когда Джинни наконец дозвонилась до нее в половине восьмого утра. – Тем более, что сегодня моей внучке исполняется год. У меня тоже есть своя жизнь, неужели это непонятно?

– Но ведь вы знаете, что я права! – возразила Джинни. – Насчет Уэйна Стэттнера я оказалась права, он двойник Стива Логана, вы в этом убедились!

– Если не считать цвета волос. К тому же у него было алиби.

– И что же нам теперь делать?

– Я позвоню в полицию Филадельфии, выясню, кто там занимается преступлениями на сексуальной почве, и попрошу этого человека съездить к подозреваемому. Пошлю им по факсу фоторобот и попрошу проверить, похож ли Харви Джонс на изображенного там человека и может ли он отчитаться за свои действия в прошлое воскресенье. Если ответами будут «да» и «нет», это он.

Джинни раздраженно бросила трубку. Выслушивать все это после того, как она рисковала своей жизнью! После того, как проторчала в лаборатории всю ночь, разыскивая клонов!

Она была просто не в силах сидеть и ждать, когда полиция что-то предпримет, и решила сама поехать в Филадельфию и взглянуть на этого Харви. Нет, ни заходить к нему, ни заговаривать с ним она не будет. Просто остановит машину возле его дома и будет ждать, когда он выйдет. А если так и не увидит его, то пойдет к соседям и покажет фотокарточку Стива, которую подарил ей Чарльз, – короче, тем или иным способом узнает, является ли он клоном.

Она приехала в Филадельфию в половине одиннадцатого. Улицы университетского городка заполняли нарядно одетые чернокожие мужчины, женщины и дети, целыми семьями возвращавшиеся из церкви. Бездельники-подростки покуривали на крылечках старых домов, а вот студентов видно не было. Наверное, просто отсыпались в выходной. Но об их присутствии свидетельствовали старенькие поржавевшие «тойоты» и «шевроле», облепленные наклейками с названиями студенческих спортивных команд и популярных местных радиостанций.

Дом Харви Джонса оказался огромным обшарпанным зданием в викторианском стиле. Видно, квартиры здесь сдавались внаем. Джинни нашла автостоянку на противоположной стороне улицы и какое-то время наблюдала за входной дверью из машины.

А ровно в одиннадцать вошла в дом.

Хозяин дома отчаянно пытался придать ему респектабельный вид. Здесь еще сохранились кованые железные перила, а в дешевых вазах на подоконниках стояли запылившиеся пластиковые цветы. На стенах красовались объявления, выведенные старческой рукой: жильцов просили не хлопать дверью, выносить мусор в плотно закрытых пластиковых пакетах и не разрешать детям бегать и играть в коридорах и холлах.

Он здесь живет, подумала Джинни, и по спине ее пробежали мурашки. Но вот дома он сейчас или нет?…

Харви занимал квартиру под номером 5В, на самом верхнем этаже. Джинни постучала в квартиру на первом этаже. Дверь отворилась, из нее вышел босой мужчина с мутными глазами, длинными волосами и растрепанной бородой. Джинни показала ему фотографию. Он отрицательно помотал головой и захлопнул дверь. Она вспомнила, как сосед Лизы сказал ей: «Вы что, леди, вообразили, что тут у нас деревня на пять домов? Да я понятия не имею, как выглядят мои соседи».

Стиснув зубы, Джинни поднялась по лестнице на самый верхний этаж. К двери под номером 5В была прикреплена небольшая металлическая табличка в рамке, на ней было всего одно лишь слово: «Джонс».

Она стояла возле двери и прислушивалась. Но слышала лишь стук собственного сердца. Изнутри не доносилось ни звука. Возможно, его просто нет дома.

Джинни тихонько постучала в дверь под номером 5А. Секунду спустя дверь отворилась, и на пороге показался пожилой белый мужчина в старенькой рубашке в щегольскую полоску, с неестественно рыжими, явно крашеными волосами.

– Привет! – дружелюбно сказал он.

– Привет. Ваш сосед дома?

– Нет.

Джинни испытала одновременно облегчение и разочарование. Достала снимок Стива и показала ему.

– Скажите, он похож на этого человека?

Сосед взял снимок из ее рук, взглянул, сошурясь.

– Да. Это он.

Я была права! Я еще раз сумела доказать свою правоту. Моя поисковая система прекрасно работает!

– Шикарный мальчик, не правда ли?

А сосед-то голубой, догадалась Джинни. Элегантный пожилой гей. Она улыбнулась:

– Да, согласна с вами. А вы, случайно, не знаете, где его можно найти?

– По воскресеньям он, как правило, уезжает. Уходит около десяти, возвращается уже после ужина.

– А в прошлое воскресенье тоже уезжал?

– Да, леди. Кажется, уезжал.

Он, точно он!

– А вы, случайно, не знаете, куда он ездит?

– Нет.

Зато я, кажется, догадываюсь. В Балтимор, вот куда.

– Он вообще-то не из разговорчивых, – заметил мужчина. – Вернее, совсем с нами не говорит. А вы детектив, да?

– Нет. Хотя в данный момент чувствую себя детективом.

– Что он натворил?

Джинни колебалась. Затем подумала: почему бы не сказать ему правду?

– Я думаю, он насильник.

Мужчина ничуть не удивился.

– Охотно верю. Он со странностями. Сам видел, как от него выходили девушки и плакали. Прямо рыдали. Два раза точно видел.

– Очень хотелось бы заглянуть к нему. – Джинни надеялась отыскать улики, связывающие Харви с насилием.

Сосед заговорщически подмигнул ей.

– Ключ у меня имеется.

– Правда?

– Прежний жилец дал. Мы с ним дружили. Потом он съехал, а ключ так у меня и остался. А этот парень, как поселился, замки менять не стал. Наверное, воображает себя слишком сильным, не боится грабителей.

– Вы позволите мне войти?

Сосед колебался.

– Мне и самому любопытно заглянуть. Но что, если он вдруг вернется и застанет нас там? Парень он здоровый, спортивный, как-то не хочется, чтобы дело дошло до драки. Чтобы он на меня набросился и все такое…

Джинни и сама боялась этого, но любопытство пересилило.

– Я рискну, если вы позволите, – сказала она.

– Тогда подождите. Сейчас вернусь.

Что она увидит там, в квартире? Логово садиста, как у Уэйна Стэттнера? Беспорядок, разбросанные как попало вещи, недоеденные блюда из ближайшей закусочной и горы грязного белья? Или же, напротив, безупречный порядок, характерный для людей, страдающих навязчивыми идеями?

Сосед вернулся.

– Кстати, позвольте представиться. Я Молдвин.

– А я Джинни.