Люби меня до смерти - Эллисон Бреннан

Таунхаус Патрика, выполнявший одновременно роль нового восточного офиса компании «Роган-Карузо-Кинкейд» и его нового дома, располагался на расстоянии каких-то шести кварталов от дома Люси и стоял в узком, обрамленном деревьями переулке, представлявшем собой ответвление Эм-стрит. С одной стороны, он соседствовал с посольством страны размером меньше, чем штат Род-Айленд, а с другой – с частным имением. Идти было недалеко, но снегопад и морозный ветер сделали путь гораздо длиннее, чем ежедневная прогулка длиной в милю до станции метро.

Люси позвонила и стала ждать. Она так вымокла и замерзла, что даже обида от того, что ее предали, несколько угасла, и на смену ей пришла печаль и неопределенность. Рано или поздно придется обсудить с Кейт и Диллоном, почему они держали ее в неведении насчет Мортона. А еще нужно будет поговорить с ними о его убийстве. Но не сегодня, когда болезненные воспоминания о пережитом вновь пробудились в ней.

Мортон был здесь, в Вашингтоне. Практически у нее дома. Даже несмотря на большой уровень преступности и насилия в округе Колумбия, Люси чувствовала себя здесь уютно, потому что всегда следовала правилам безопасности и действовала осмотрительно. У нее есть семья и друзья. У нее есть работа, есть будущее. Но он был здесь. А что, если она видела его? Что, если насильник приехал в Вашингтон за ней для того, чтобы снова причинить боль? А что, если Мортон хотел навредить Диллону, Кейт или другим членам ее семьи?

Люси почувствовала, как кружится голова и кровь застучала в висках. Она пошатнулась и схватилась за косяк. Руки покраснели от мороза – перчатки женщина забыла на обеденном столе. Она замерла, глядя на свои дрожащие руки.

Дверь открылась, и Люси быстро выпрямилась – не нужно Патрику видеть ее в таком жалком состоянии. Но открыл не Патрик.

– Шон!

Шон Роган одарил ее мягкой улыбкой. У него были милые ямочки на щеках. С момента первой своей встречи с партнером Патрика по бизнесу Люси подозревала, что он оттачивал свой озорной мальчишеский шарм перед зеркалом.

– Мне кажется, ты разочарована. Не рада видеть меня?

– Нет, нет, я просто… Патрик дома? – В ее голосе зазвучала растерянность.

Черт возьми, нужно вернуть свои эмоции под контроль. Она не хотела расклеиться перед мало знакомым ей Шоном.

В мгновение ока Роган перестал флиртовать.

– Я думал, ты в курсе, он же улетел в Калифорнию сегодня утром, – деловым тоном произнес он.

И как она могла забыть? Теперь не осталось никого из тех, кому она доверяет, никого из тех, кто знает всю ее историю. И куда теперь идти? Вариант один – обратно домой.

– Люси, ты дрожишь. – Шон аккуратно взял ее под руку, втянул в прихожую и закрыл дверь.

Она попыталась извиниться за то, что потревожила его, но не смогла выдавить ни слова. Ее щеки раскраснелись; видно было, как сильно женщина замерзла.

– Ты вся закоченела.

Люси попыталась расстегнуть пальто, но пальцы двигались с трудом. Шон наклонился, быстро расстегнул пуговицы и снял мокрое шерстяное пальто с ее плеч, накинув его на вешалку у двери. Затем нахмурился, увидев покрасневшие руки гостьи, и взял ее ладони в свои.

Роган был одет в простые джинсы и белую футболку, но его тело показалось ей настоящей печкой. Тепло его рук казалось столь же прекрасным, сколь и болезненным, когда ее ладони начали медленно оттаивать. Он поднес ее ладони ко рту и горячо подышал на них, поглядывая на Люси из-под упавшей на глаза черной челки.

– Прости, наверное, не сразу услышал звонок.

– Я позвонила всего один раз. Я пришла пешком.

– Пешком?

– Я была недалеко отсюда.

– В доме Кейт и Диллона? Так это полмили, а одета ты явно не по погоде.

Его яркие синие глаза оценивающе смотрели на нее, пока мужчина растирал ее руки.

– Что стряслось? С тобой все в порядке?

– Мне…

Ее губы задрожали. Нет, нет, нет, нет! Она не хотела расплакаться перед Шоном Роганом, только не перед ним, не перед партнером брата. Да и вообще ни перед кем не надо. Ей стоило просто отправиться в свою комнату. И зачем она сюда пришла?

Ты забыла, что Патрик в командировке.

– Мне лучше пойти к себе, – вымолвила Люси.

Шон, не обратив ни малейшего внимания на ее последнюю фразу, увлек гостью за собой по широкому коридору в заднюю часть дома, где в кирпичном камине, занимающем половину стены, весело потрескивая, горел огонь. Здесь он усадил ее у камина:

– Думаю, скоро согреешься.

Она молча кивнула, отводя глаза. Огонь был слишком горячим, но Люси сидела и смотрела на языки пламени, едва сдерживая слезы.

Боже, лишь бы не расклеиться прямо здесь и сейчас…

Роган отошел, и Кинкейд вздохнула с облегчением. Она соберется с силами, прогонит призраков прошлого и вызовет такси. Как же сильно хочется поговорить с Патриком! Может быть, самое правильное решение – слетать в Калифорнию?

Ага, и все бросить… Бросить работу, волонтерство, пропустить мероприятие по сбору средств для ФОМД в субботу… Фрэн будет сильно разочарована. Но Люси не привыкла убегать от проблем. Она не сбежала шесть лет назад, когда все, что ей хотелось, – это исчезнуть, и не собиралась бежать сейчас. Да и зачем? Ей не грозила опасность – Люси лишь чувствовала себя опустошенной из-за того, что ее обманывали близкие люди. Сегодня у нее не осталось сил, но завтра она будет вновь полна энергии.

Кинкейд посмотрела в сторону кухни, где Шон стоял спиною к ней, и мысленно поблагодарила мужчину за то, что он дал ей возможность побыть одной. Мистер Роган, конечно, довольно симпатичен, но она была не в настроении вести ни к чему не обязывающий разговор. Гостье совсем не хотелось рассказывать, почему она отправилась в такую погоду, чтобы повидать брата, и забыла, что тот работает за три тысячи миль отсюда.

Люси потерла ладони друг о друга, протянув руки к огню, и попыталась не думать о том, что Шон, вероятно, считает ее сумасшедшей. Последний час, с той самой минуты, когда она переступила порог дома и увидела двух агентов ФБР, беседующих с Кейт, вытянул из нее все силы, и она никак не могла унять дрожь в теле.

Шон вернулся к огню с двумя чашками и протянул одну ей:

– Держи. Поможет тебе согреться.

Люси заглянула в чашку. На поверхности плавали маленькие кусочки зефира.