Дигитал - Олег Маркеев

— Волосы у себя на одном месте рвут. Вот как изобрели «открытый ключ», так и рвут от зависти. — Эдик закинул голову, посмотрел на Алексея. — Ну, пытаются работать комплексно. Опера, типа тебя, помогают. Ножками топают по адресам, откуда исходит шифрованная корреспонденция. Прокачают адресат на предмет возможного участия в преступной деятельности и успокоятся. Шифрует Маша, что любит подругу Сашу, да и бог с ней. Пусть любит, лишь бы на Аль-Кайду не работала. Ну а если засекут подозрительную активность, бросают в разработку в полный рост. По всему комплексу оперативных мероприятий, включая негласное проникновение в хату и крэк винчестера на месте.

— Не учи ученых! — оборвал его Костя. — Адреса «почтовых ящиков» скачал?

Эдик молча указал пальцем на жужжащий принтер.

— Только мало что это даст, — добавил он. — Зарегистрировать бесплатный «почтовый ящик» — два раза «энтер» нажать. Вот у этого, с «ником» Вуду, с которым она последние дни активно переписывалась, «ящик» на MNS. Это сервер «Майкрософта». Убожество, конечно, но соваться туда я не буду. Как говорят, не тронь говно, оно не и воняет. Ну, нафиг, еще засудят.

— Костя, пошли меня в командировку в Америку, я согласен! — вставил Алексей.

— Да иди ты! — отмахнулся Костя.

— Сам иди!! — неожиданно для себя сорвался на крик Алексей.

Вернулся на диван, сел, вытянув ноги.

Костя поправил очки, пожевал губами.

— Что-то ты злой, как с бодуна. А запаха вроде нет, — с примирительными интонациями произнес он.

Алексей уже успел взять себя в руки, усмехнулся.

— Как говорят малолетки, не все грибы одинаково вставляют.

Первым шутку оценил Эдик. Зашелся булькающим смехом со всхлипами.

Костя выдавил кислую улыбку.

— Ты действительно плохо выглядишь, брат.

— Спасибо на добром слове. Ты мне уже больничный выписал. — Леша показал бланк поручения.

— Оцени доверие.

Как раз о мере доверия Леша и хотел поговорить. Но вспомнив упоминавшуюся отнюдь не всуе контору, блюдущую электронную безопасность страны, решил отложить беседу, пока не окажутся в более подходящей обстановке.

Он провел взглядом по комнате.

— Костя, ты квартиру хорошо обшмонал?

— Даже анашу в Будде нашел, — ответил Костя.

— А это? — Алексей потрогал пальцем мочку уха.

— Визуально «прослушки» не обнаружили. Потом поищем специально.

— Значит, звонить отсюда по телефону я не буду. Береженого Бог стережет.

— С мобилы звякни, — подсказал Костя.

— Не катит, — покачал головой Алексей. — Ладно, доберусь до рабочего места, тогда и пробью номерок. ДТП один урод мне устроил. Надо бы с него на новые джинсы бабок стребовать.

Эдик развернул кресло, наклонился и достал из сумки ноутбук.

— Темные вы, просто пещерные троглодиты! — проворчал он, включая ноутбук. — Слушаю вас и припухаю. Диск же в любом киоске у метро продается. Сто рублей стоит. Нет, вам все звонить надо, девчонок на пульте от кроссвордов отвлекать.

Дисковод всосал лазерный диск, мерно загудел мотором.

— Говори номер, — обратился Эдик к Леше.

— Их два. М 993 ГИ 77 и М 239 УД 77. Второй типа свидетеля будет, — подумав, добавил Леша для конспирации.

— А нам без разницы. — Эдик выбил на клавиатуре бойку морзянку. — Момент… Первая тачка — «жигули» третьей модели, числится за гражданином Ивашкиным П. С. Второй аппарат… Леша, извини, украинский «запор» типа «Таврия». Принадлежит гражданке Кожухарь Татьяне Филипповне. Тачки не в угоне. Доволен? Установочные на хозяев пробить?

— Обойдусь.

Костя, увидев лицо Алексея, резво встал, подошел к дивану.

— Братка, ты мне ничего не хочешь рассказать? — спросил он, не спуская взгляда с Алексея.

У Алексея на языке вертелся встречный вопрос: кто навел Костю на это дело?

В версию об амбициозном прокурорском следователе, заранее накопившем информацию и случайно получившем на своей «земле» нужный труп, он уже не верил. Точнее, хотел не верить. Пусть уж лучше Костик сошелся с большими людьми, играющими в серьезные игры. Черт с ним, пусть даже с мифической «Белой стрелой» связался. Только бы не лез в эту компьютерную мясорубку по собственной инициативе и глупости. На войне солдат имеет шансы уцелеть, если сам не трус и командир не полный дуб. В составе армии воевать веселее и безопасней. А один в поле не воин. Из одиночки быстро делают труп неустановленного лица в глухом перелеске.

— Позже, — ответил Алексей, выдержав пристальный взгляд. — Ты мне уже задачу нарезал. Копну немножко, тогда и поговорим. У тебя на сегодня какие планы?

— Заброшу вещдоки в контору. Потом с Эдиком сгоняем к ее провайдеру, изымем данные по трафику. А дальше — дежурным в ночь. Можешь после восьми подъехать в прокуратуру.

— Договорились.

Алексей встал, собрал с дивана бумаги, аккуратно свернул, сунул в барсетку.

На изнанке входной двери квартиры красовался постер, чуть приличнее, чем тот, что украшал спальню. Накачанный анаболиками демон и голливудских стандартов красавица изображали из себя мухинскую рабочего и колхозницу. Вместо серпа и молота дружно демонстрировали неприличный жест с оттопыренным средним пальцем. У демона палец был стальной и крючковатый. У девицы с садистским маникюром. За их спинами на фоне огня пылала надпись: «Welcome to hell».

Алексей, возясь с замком, находившимся под левой грудью плакатной девицы, подумал, что еще неизвестно, где он — Ад. Здесь, в квартире с еще не выветрившимся запахом смерти, или там, за дверью.

— Погоди!

Костя быстрым шагом вышел в коридор. Помог открыть замок.

Молча протянул коробочку с лазерным диском. На обложке красовалась мулатка. Наклонив породистую лобастую голову, изображала крайнюю степень тоски и задумчивости.

«Скин Флэшвундс», — разобрал английские буквы Алексей. Ни группы, ни певицы с таким именем не слыхал. Его музыкальные пристрастия дальше «ДДТ» и «Наутилуса» не пошли. Этно-заумь и техно органически не переваривал.

— На фиг она мне? — спросил он.

— Другой коробки не нашел. — Костя наклонился, прошептал ему в ухо:

— Копия содержимого винчестера погибшей. Оцени меру доверия.

Алексей оценил не только меру доверия, но и степень риска. Так просто вещдоки по разным нычкам не прячут. Последние сомнения пропали. Костя был в игре. Одним из правил которой было припрятывать убойную информацию, как козырный туз. Или как последний патрон.

— Только не надо из меня дурилку картонную делать, — тихо произнес Алексей.

Костя вдруг самодовольно усмехнулся.