Осенний призрак - Монс Каллентофт

Вальдемар не сомневался ни минуты, когда открылась временная вакансия в Линчёпинге. Группа понравилась ему еще во время их совместной работы с тем ужасным делом об убийстве девочки-подростка.

Они не хотели его, он это знал. Но с его послужным списком не могли ответить «нет», ведь другим претендентом была женщина, только что проэкзаменованная в полицейской школе.

Форс. Шёман. Якобссон. Акбар. Мартинссон.

Не худшая компания легавых. Высокий процент раскрываемости. Напряженность в группе в пределах нормы.

Форс.

Маниакальная дама. Говорят, стала еще хуже после того, что случилось с ее дочерью, и она опять съехалась со своим пожарным. Как следователь она несгибаема. Очень раздражительна, а над такими он любит подшутить. У нее проблемы со спиртным. Многих его коллег погубила бутылка, и он никогда ничего не мог для них сделать. Потому что, когда человек опускается на дно, обратного пути уже нет.

Якобссон.

Мучается с детьми.

У них с женой никогда детей не было, и это к лучшему. Сейчас мы занимаемся только собой. Прошлой зимой ездили вдвоем в Таиланд и могли сколько угодно наслаждаться покоем, в отличие от семей с маленькими детьми, что проживали с ними в отеле.

Детская любовь. Любовь к ребенку. «Нельзя хотеть того, чего никогда не испытывал», — думает Вальдемар, делая последнюю затяжку.

Или все-таки можно?

Малин стоит у кассы магазина «Севен-Элевен» на Огатан. Волосы мокрые от дождя, трусы врезаются в ягодицы, самочувствие отвратительное, как и погода на улице. В спальне в гардеробе она отыскала старые негнущиеся джинсы и розовую рубашку — по ее прикидкам, ей не меньше десяти лет, но носить еще можно. Универмаг «Н&М» еще не открылся, а вещи из дома в Мальмслетте она заберет, когда будет время. То, что ей сейчас нужно сделать, — это забрать вещи, Туве и вернуть жизнь в то состояние, в котором она была до того, как они стали жить вместе, одной семьей, и до того как она подвергла жизнь Туве смертельной опасности.

Перед Малин зубная паста, щетка, дезодорант и кофе. Заспанный продавец пробивает товар.

— Выездной матч? — спрашивает он.

Выездной матч? Вчера у местной команды был выездной матч?

Потом до нее доходит, что имел в виду продавец, и ей хочется двинуть кулаком в его жирное рыло, но она только качает головой.

— То есть никакого выездного матча. Просто было поздно, так? Когда у меня такое же самочувствие, как у вас сейчас — судя по тому, как вы выглядите, — мне не хватает сил даже подняться с постели.

— Прекратите болтать и возьмите деньги!

Продавец разводит руками:

— Я только хотел пошутить, чтобы поднять вам настроение. Извините.

Малин забирает сдачу и выходит на дождь. До ее дома несколько сотен метров.

И вот она уже под душем. Вода, более холодная, чем дождь, омывает ее голову, прогоняет злые мысли, словно замораживая их.

«Главное — не думать о том, что было вчера, — убеждает себя Малин, попивая кофе из чашки, стоящей на полочке для мыла. — И пусть две таблетки альведона, что я нашла в аптечке, окончательно поставят меня на ноги.

Голова гудит.

Туве переедет сюда на неделе. Может, сегодня вечером.

А мне надо на работу. Но что же такое должно случиться, чтобы эта проклятая голова перестала трещать?»