Меченый - Уильям Лэшнер

– Я привел его к вам, миссис Калакос, – сказал я.

– Ты хороший мальчик, Виктор, – ответила она. – Я знала, что ты сделаешь точно так, как я просила.

– Спасибо за доверие, – поклонился я.

В комнате было темно, воздух загустел от благовоний, я опять сидел в кресле рядом с постелью, в которой, как обычно, лежала миссис Калакос. Тем не менее старуха выглядела совершенно иначе. Волосы, прежде растрепанные, были красиво уложены с помощью тонких заколок. Щеки рдели от румян, губы были ярко накрашены сердечком, на лифе халата белели кружева. Черт побери!

– Так где же он? Где мой мальчик? – спросила она.

– Ждет за дверями, пока я поговорю с вами.

– Не заставляй меня ждать, Виктор. Я старая женщина, мои дни сочтены. Приведи его ко мне. Сейчас же.

– Чарли тоже очень хочет вас видеть, миссис Калакос. Он взволнован и одновременно испуган.

– Разве можно бояться жалкого мешка с костями?

– Вы его мать, – сказал я. – Этого достаточно, чтобы испугать любого, а Чарли и подавно – он слишком хорошо вас знает.

– Ты пытаешься польстить старой женщине, Виктор?

– Это не входит в мои намерения, мэм. Просто хочу сказать, что ваш сын многое испытал за последние пару недель, особенно сегодня. Несколько часов назад его опять чуть не укокошили. И что очень важно, сегодня ему пришлось откопать нечто крайне темное из своего прошлого. Нечто, связанное с ограблением, случившимся тридцать лет назад.

– Что ты хочешь сказать, Виктор? Не томи меня.

– Была убита девочка.

– Какая девочка?

– Дочка Эдеров, та, что числилась пропавшей.

– Помню.

– Ее убил Тедди, потому что она видела награбленное добро. Чарли в этом не участвовал, но знал об убийстве. Именно поэтому у вашего сына не сложилась жизнь, именно поэтому он оказался в банде Уорриков и в конце концов ударился в бега. И именно поэтому ему придется отсидеть небольшой срок в тюрьме.

– Из-за убитой девочки мой сын Чарли поломал себе жизнь?

– Так точно, мэм.

– Он даже больший дурак, чем я думала.

– Прошу вас, миссис Калакос, будьте помягче с вашим сыном.

– Вы что, думаете, я чудовище, Виктор?

– Нет, мэм, просто мать.

– Ладно, вы меня предупредили. А теперь, Виктор, не будем откладывать. Дай мне взглянуть на моего мальчика.

Я встал с кресла, подошел к двери, открыл ее и кивнул.

Первой напряженно вошла седовласая Таласса.

– Мама…

Миссис Калакос неподвижно распростерлась на постели с закрытыми глазами, как будто несколько дней лежала без сознания, а не говорила со мной всего минуту назад.

– Мама, проснись. Мама. Ты жива?

– Да, – ответила миссис Калакос голосом слабым, но трагическим, словно откликнулась из загробного мира. – Я еще жива. Что ты хочешь мне сказать, дитя мое?

– Пришел Чарлз, – громко и отчетливо оповестила Таласса, словно обращаясь к далекому собеседнику. – Мой брат и ваш сын, Чарлз. Он пришел домой попрощаться с вами.

– Чарли? Здесь? Мой Чарли? Мой сыночек? Приведи его, Таласса, приведи его ко мне, дорогая.

Таласса отступила в сторону, и в комнату вошли Чарли Калакос в наручниках и Макдейсс. Чарли опустился на колени перед матерью и положил закованные руки на постель.

– Мама.

Не открывая глаз, миссис Калакос пальцами коснулась его лысой макушки, опустила ладонь и повела ее вниз по лбу, носу, рту и подбородку.

– Это ты, Чарли?

– Да, мама.

– Ты вернулся ко мне?

– Да, мама.

– Чтобы попрощаться, как я просила?

– Да, мама.

– Наклонись ко мне, дитя мое.

– Да, мама.

Чарли привстал и чуть не уткнулся губами в щеку матери.

Правая рука миссис Калакос резко взмыла вверх и ударила Чарли по щеке. Раздался звук, похожий на выстрел.