Шарлатаны - Робин Кук

— И ты не подначивала Аву, не говорила, что ей нужно отправиться вслед за отцом?

— Нет, конечно! Ничего такого я ей не говорила.

— Почему же ты сразу не рассказала мне правду, в самом начале наших отношений?

— Не знаю, — пожала плечами Ава. — Ты можешь удивиться, но я редко вспоминаю об этом. Потому что настолько вжилась в мою новую личность, что перестала возвращаться к прошлому. Думаю, однажды я рассказала бы тебе, а может, и нет. Не уверена. Я действительно не считаю это важным. Кстати, о важном. Пора нам перейти к другому, гораздо более серьезному вопросу. — Ава еще ближе придвинулась к Ною и еще больше понизила голос: — Прежде чем я скажу тебе то, что намереваюсь сказать, — повторила она свою загадочную фразу, — хочу, чтобы ты знал, Ной Ротхаузер: ты мне нравишься, по-настоящему нравишься. Мы отлично ладили в прошлом. Надеюсь, и в будущем наши отношения продолжатся. И, возможно, перерастут в нечто большее. Думаю, мы созданы друг для друга. Но произойдет это или нет — зависит от того, насколько ты готов к сотрудничеству.

— Сотрудничеству? — нерешительно повторил Ной. — К какому сотрудничеству?

— К сотрудничеству с нашей командой. С моей командой! Помимо моей личной заинтересованности в твоем участии, я уверена, ты будешь полезен для СНБ. Ты и я, вместе! Надеюсь, ты понимаешь, Ной Ротхаузер, чего мне стоило убедить боссов обратить внимание на твою кандидатуру? Поверь, я приложила немало усилий, продвигая тебя. Смешно: я лоббирую организацию лоббистов, — захихикала Ава. — И также, надеюсь, ты понимаешь, что исключительно благодаря моим усилиям ты сейчас сидишь здесь, в моем особняке, живой и здоровый, а не сгинул бесследно бог знает где. Поверь, парни с легкостью сделали бы свою работу, ведь никто не знал, что ты отправился в Лаббок.

Ной замер, чувствуя, как по спине пробежал леденящий холод.

— Мне даже пришлось пойти на небольшой шантаж — пригрозить, что не поеду на очередные переговоры в Вашингтон, — и все ради того, чтобы тебя вернули в Бостон и наш разговор состоялся. А теперь я хочу напомнить твои же слова, которые ты произнес, когда впервые пришел в этот дом и мы планировали твое выступление на конференции. Тогда ты сказал, что мы два сапога пара. Помнишь?

— Помню. Я имел в виду нашу преданность профессии.

— Да-да, конечно. Но, к несчастью, твоя метафора оказалась не такой универсальной, как я полагала, — добавила Ава.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Ной. Его охватило нехорошее предчувствие, что сейчас он услышит неприятные слова.

— Я надеялась, что твоя преданность профессии заставит тебя сосредоточиться на восстановлении в должности главного ординатора и не оставит ни времени, ни сил на то, чтобы создавать проблемы другим людям. Мне, например.

Гнев жаркой волной захлестнул Ноя: столь неприкрытое предательство подруги заставило его отшатнуться.

— Хочешь сказать, мое отстранение — твоих рук дело? — все еще не до конца веря, уточнил он.

— Косвенно, — сказала Ава. — Я лишь сообщила моим опекунам Кейону и Джорджу, что ты слегка приврал в диссертации. А еще рассказала, что доктор Мейсон мечтает добиться твоего увольнения. А уж парни, имея парочку фактов и обширные связи, смогли организовать твое временное отстранение от должности и небольшой отпуск.

Ной почувствовал, как кровь прилила к щекам. Человек, которому он доверял и которого считал близким, обманул его, заставив пережить настоящую муку. Это было настолько чудовищно, что просто не верилось.

— Позволь задать тебе один вопрос, — осипшим голосом произнес Ной.

— Пожалуйста, задавай свой вопрос.

— Почему ты и твои боссы из совета с таким рвением пресекаете малейшую попытку получить информацию о твоей профессиональной подготовке? Ты набросилась на меня чуть ли не с кулаками, хотя поначалу я интересовался всего-навсего количеством анестезий, которые ты провела, будучи ординатором. Собственно, поэтому я и залез в твой компьютер.

— Все очень просто: боссы не хотят, чтобы моя квалификация подвергалась сомнению, потому что я сама недвусмысленно дала им понять, что не потерплю никаких проверок.

— А СНБ знает причину, по которой ты так болезненно относишься к сомнениям насчет твоей квалификации?

— Нет, не знает, — отрезала Ава. — Теперь моя очередь задавать вопросы. Почему тебя так беспокоит моя профессиональная подготовка? Ты же сам говорил: меня приняли штатным анестезиологом в БМБ, одну из лучших клиник страны. Наверное, это что-то да значит! И тебе прекрасно известно, что в качестве штатного врача я провела более трех тысяч наркозов без каких-либо осложнений.

— А я тебе уже объяснял: всему виной мелкие неувязки, которые бросились в глаза при разборе трех последних случаев, закончившихся смертью пациентов.

— А я тебе объяснила, что произошло и почему. И, по-моему, достаточно убедительно. Однако ты не остановился на этом. Так что тебя не устроило? Давай, выкладывай начистоту.

— Ладно. Помимо всего прочего, меня смутил стиль твоих записей в историях болезни — полное отсутствие стандартных аббревиатур и куча прилагательных в превосходной степени. Конечно, это можно считать пустяком, ничего не значащей мелочью, но эта мелочь беспокоила, как камешек в ботинке.

— Ну, знаешь ли, это уже полнейший абсурд! — фыркнула Ава. — Смахивает на снобизм «плющей». Я пишу истории болезни так, как принято в Медицинском центре Бразоса в Лаббоке, штат Техас. Что еще?

— Меня удивляет, что в больнице у тебя нет ни друзей, ни хороших знакомых. Ты всех держишь на расстоянии вытянутой руки и предпочитаешь живому общению контакты в социальных сетях.

— Ой, да кто бы говорил! — снова ухмыльнулась Ава. — Можно подумать, ты душа компании и с утра до ночи окружен приятелями. Скорей уж мы и в этом похожи. Помнишь: два сапога пара. Допустим, ты изо всех сил стараешься быть дружелюбным и вежливым, в большей степени, чем я. Согласна. Однако настоящих близких друзей у тебя нет. Разве что девушка, которую, кстати, никто ни разу не видел и которая сбежала от тебя, потому что ей не хватало общения. А что касается социальных сетей, думаю, ты не зависаешь в них только потому, что у тебя на это нет времени. Во всяком случае, пока не окончишь ординатуру. Но как только немного освободишься, геймер внутри тебя снова поднимет голову. Можешь мне поверить, он никуда не делся. А лучшей игры, чем социальная сеть, просто не существует. Такова реальность,