Проект «Немезида» - Брендан Райх

…Результаты бывали весьма разрушительными. – На экране открылась диаграмма со списком периодов массового вымирания и соответствующими датами. – Каждые двадцать шесть миллионов лет жизнь на Земле откатывается едва ли не к точке старта. Единственная возможная причина этого – Немезида».

В кадр вернулся первый ученый со своей бессмысленной улыбкой.

«Немезида приблизится, ее гравитационное поле взломает систему тектонических плит на нашей планете, вызывая извержения вулканов, землетрясения и прочие стихийные бедствия. Земля превратится в настоящий ад. Человечество еще ни разу не видело Немезиды, и ее визита оно не переживет. И сделать ничего нельзя».

– Почему этот псих улыбается? – возмутился Гвоздь, качая головой. – Он рассказывает об Апокалипсисе, как будто это чертов концерт группы «Уан Дайрекшн»^[64]. Придурок.

Тем временем на экране двое парней побросали теннисные мячи в мусорную корзину – очевидно, для того, чтобы продемонстрировать законы гравитации. Через пару минут фильм закончился.

В памяти промелькнули события минувшей недели.

Происходило именно то, что описывалось в фильме. Потом все закончилось. И все исчезли.

Все вокруг бессмысленно. Абсолютно все.

– Значит, все эти ученые думают, что подлая звезда должна опустошить Землю, – начала я думать вслух. Полученная информация совершенно не имела отношения к тому, чего я подспудно ожидала, так что было не очень понятно, как реагировать. «Немезида» оказалась не моим личным серийным убийцей, а раскаленным газовым шаром из далекого космоса. – И в ответ на это наше правительство в строжайшем секрете оборудовало этот подземный бункер и наполнило его припасами. Тут пока все понятно.

– В рамках подготовки к глобальной катастрофе, – медленно кивнул Ноа. – Да. Конечно.

– Молот! Должно быть, эта звезда смерти сбросила его на нас. И все те кометы. Боже, Тоби был прав! Правительство действительно знало обо всем заранее, – добавил Гвоздь.

Я хлопнула ладонями по столешнице.

– И что потом? Все это просто… прекратилось? Землетрясения. Извержения. Клубы пепла, застилающие небо. Все это исчезло и унесло с собой – ну да, выходит так, – всех, кого мы когда-либо знали? Как такое возможно?

– И этой шахтой никто не воспользовался, – заметил Гвоздь. – Мы беспрепятственно проникли в нее. Столько усилий даром?

– И зачем понадобилось посылать человека снова и снова убивать меня? – Я почти кричала. – Зачем ставить опыты на школьниках? Зачем изолировать город? Они стреляли в людей. Отравили газом шестьдесят четыре человека – парней и девушек – на площади! Как хоть что-то из этого может быть связано с невидимой звездой, летящей по своей орбите за миллиарды километров отсюда?!

– И вот еще что… – тихо начал Ноа.

– Что? – спросила я отрывисто, почти боясь услышать ответ.

– Где теперь эта звезда смерти?

49

Ноа

Мин с Гвоздем перебирали папки.

– Мы целую неделю не могли ничего ни найти, ни узнать, – проворчал Гвоздь, отбрасывая бумаги в растущую кипу просмотренных документов. – А теперь задыхаемся от переизбытка информации. О, Вселенная, ты остроумна!

Он обернулся к Мин.

– Что там у тебя?

Она выпустила изо рта прядь волос.

– Телеметрические исследования. Прогноз движения небесных тел. Разрушения комет и орбитальная аэродинамика. Иными словами, нигде никакого намека, на что направлен «Проект Немезида». А у тебя?

– Те, что с самого верха, касались систем контроля над спутниками. То есть, я так думаю, но не уверен. Ничего скучнее в жизни не читал. А средняя полка, похоже, вся целиком посвящена вопросу: «Ну, и что же нам, черт возьми, теперь делать?». Там есть, например, папка, посвященная строительству гигантской космической станции, но на обложке стоит штамп: «Прекращено». Не полетела у них, видимо, эта штука на орбиту. То же самое и с подземным городом в Западной Виргинии.

Он потряс папкой, которую изучал прямо сейчас.

– А вот тут какой-то чувак распространяется о стратегии «противокометной» обороны. Сразу даю спойлер – эти рассуждения ведут в никуда. В общем, похоже, они очень долго размышляли, что бы такого сделать со звездой смерти, и пришли к выводу, что ничего не сделаешь.

Но они что-то сделали! – хотелось крикнуть мне. – Мы же живы, а Немезида исчезла.

Я сидел за одним из рабочих столов, не пытаясь помочь им. Я собирался просмотреть содержание жестких дисков на компьютерах, но почти сразу наткнулся на брандмауэр. Все было запаролено. Мин с Гвоздем, поглощенные изучением папок, казалось, забыли обо мне.

Меня это устраивало. События развивались слишком быстро. Немного времени, чтобы собраться с мыслями, совсем не мешало.

Трудно поверить, но я снова чувствовал себя прекрасно. Словно гора с плеч свалилась.

Мама меня не бросила.

Она совершила ошибку, отдав меня в руки этих психов, но пыталась все исправить. И беспощадный засекреченный спецназ ее ликвидировал. Мама погибла, сражаясь за меня. Я был ей дорог до последнего вздоха. При одной мысли об этом у меня дух захватывало.

Был ли у нее на самом деле рак? Или ее отравили? Или еще каким-то образом занесли в организм инфекцию? Или просто тупо застрелили, придумав надежную легенду? Этого, наверное, я никогда не узнаю. Несколько мгновений я размышлял о том, мог ли отец быть в этом замешан, но сразу отбросил подозрение. Хантер Ливингстон никогда бы не позволил властям завладеть чем-то, что он считал своим.

Как бы ужасно ни звучала правда, моего возбуждения она не охладила. За последние несколько дней я узнал два сногсшибательных факта: во-первых, мама меня не бросила, во-вторых, я не сумасшедший, а скорее, наоборот. Избранный. Центральная фигура в чем-то безумно важном.

Мин приготовилась штурмовать последний ряд папок. Я покачал головой. Одержимая конструкцией заговора, она не способна видеть картину целиком.

Мы с ней являемся частью того, что определит мировую историю.

Даже не частью, а отправной точкой!

Именно об этом говорят документы! Я еще не знал, что и каким образом мне делать, как вести себя, но ощущение собственной ничтожности ушло, и похоже – навсегда. Теперь, что бы ни случилось, я не испугаюсь.

Ведь я для этого рожден. Создан для этого. Я справлюсь с чем угодно, что поручит мне «Проект Немезида».

Гвоздь отбросил очередную папку в сторону и встал, потягиваясь, разминая руки и ноги. Заметив, что я ничего не делаю, он закатил глаза.

– Может, все-таки поможешь, Ноа? Или ты так, покурить зашел?